Отчаянная контратака Гу Цинши застала нападавших врасплох — теперь уже женщины несли потери. Среди их визгов и криков наконец образовался просвет.
Гу Цинши метнулась на кухню и схватила кухонный топорик. Она замахнулась и полоснула в сторону рук, тянувшихся к ней.
— Пошли вон! Все вон отсюда!
Гу Цинши сражалась не на жизнь, а на смерть, нанося удары наотмашь.
— Сегодня вы облили меня грязью и решили сжить со свету! Что ж, даже если я умру, я заберу вас с собой!
С топориком в руках она возвращала им всю ту боль, что они причинили ей мгновением ранее. Опешившие женщины едва не лишились пальцев, от страха они едва не намочили штаны.
Хозяйка, в полном беспорядке валявшаяся на полу, в ужасе смотрела на Гу Цинши:
— С ума сошла... Ты свихнулась!
— Да, я свихнулась! Вы меня до этого довели! — Гу Цинши яростно сплюнула, её глаза горели красным. — Кто не хочет сдохнуть — присели и замолкли!
В ресторане, где секунду назад стоял невообразимый гвалт, воцарилась гробовая тишина. Толпа, собравшаяся снаружи в три кольца, замерла, не смея проронить ни слова.
Гу Цинши с топориком в руке, в растерзанной одежде и с растрёпанными волосами выглядела жутко. Уголок её рта был разбит. Но никто не обращал внимания на её плачевный вид — все видели лишь её налитые кровью глаза и исходящую от неё неприкрытую ярость.
Она подтащила стул, села и с грохотом опустила топорик на стол, в упор глядя на хозяйку:
— Теперь мы можем спокойно обсудить моё «воровство» и «соблазнение» старого Ляна?
Волосы хозяйки были в еще большем беспорядке, чем у Гу Цинши, на голове не хватало целого клочка волос — тот валялся прямо под ногами девушки. Гу Цинши выдрала его с корнем. Кожа на голове хозяйки нестерпимо горела, всё тело ныло, а в душе боролись ненависть, шок и страх.
Она и представить не могла, что чистенькая, хрупкая и, казалось бы, беззащитная Гу Цинши способна на такой взрыв.
Она позвала родственниц и подруг, решив проучить девчонку так, чтобы та больше носа не смела показать в уезде, но в итоге получила сокрушительный отпор.
Ей хотелось продолжить драку, но, глядя на топорик и безумный взгляд Гу Цинши, она не смела шелохнуться. Лишь процедила сквозь зубы:
— И в чём же я ошиблась? Хоть слово правды скажи!
— Ни одного слова правды в твоей речи не было. Начнём с денег.
Гу Цинши швырнула на стол тетрадь:
— Это все мои записи с того дня, как я сюда пришла. Даты, количество столов, заказанные блюда и цены — здесь зафиксировано всё. Я даже вписывала имена, если это были знакомые или постоянные клиенты. Каждый фэнь учтён, всё можно перепроверить.
Гу Цинши знала, что с деньгами шутки плохи, поэтому с самого начала старалась вести учёт максимально скрупулёзно.
— Большинство посетителей — местные жители. Раз ты считаешь, что я ворую, я найду их всех и сверю счета с каждым по отдельности. Я работаю здесь меньше месяца, цены в меню фиксированные. Уверена, люди помнят, сколько они заплатили. Если в расчётах будет не хватать хоть одного фэня — я выплачу вам в стократном размере.
Она говорила твердо и решительно. В толпе произошло оживление. Раз девушка зашла так далеко и в её голосе нет ни тени вины, значит, её действительно оклеветали.
Лицо хозяйки то бледнело, то краснело.
Старый Лян, сгорая от стыда, запричитал:
— Это всё недоразумение, Сяо Гу. Я сам с ней поговорю, не нужно никаких сверок.
Такая проверка сделала бы их посмешищем на весь уезд.
Начальник толкнул жену в бок: — Быстро извинись перед Сяо Гу!
Хозяйка, видя такой поворот событий, тоже пошла на попятную, не желая раздувать скандал, но из гордости не могла заставить себя склонить голову. Она молчала.
Старому Ляну ничего не оставалось, как самому просить прощения у Гу Цинши, умоляя её замять дело.
Однако она отказала:
— Нет. Мы найдем людей. Это вопрос моей репутации.
Гу Цинши холодно взглянула на хозяйку и обратилась к толпе зевак:
— Люди добрые, помогите мне! Посмотрите имена в этой тетради и сообщите тем, кого знаете. Если вы сами ели здесь в эти дни — пожалуйста, подтвердите суммы, помогите восстановить моё доброе имя. Я не позволю клеймить себя воровкой.
Слова Гу Цинши тронули людей. Кто-то поднял руку:
— Дай-ка мне тетрадь, я помогу найти людей.
— Спасибо вам огромное! Вот, держите.
Люди начали изучать записи, узнавая знакомых.
— О, старину Ли я знаю! Пойду позову, он живет в конце улицы, быстро придет.
— А это сестра Чжао, я знаю, где её дом. Сбегаю за ней.
— Я знаю дядю Паня...
Один за другим люди отправлялись за «свидетелями».
http://tl.rulate.ru/book/159256/10078838
Готово:
