Не дождавшись ответа, Мурад увидел Османа Нури, который вовсю руководил боем.
— Цельтесь точнее! Подавите их пушки на стене! — Во всю глотку кричал Осман Нури.
— Осман Нури! — Позвал Мурад. Тот обернулся, и Мурад продолжил:
— Что вы творите?!
— Ваше величество, прошу простить меня за обман, — Осман Нури быстро подошел к принцу. — Тирания султана Абдул-Азиза еще не свергнута. Мы действуем заодно с силами внутри Стамбула, чтобы помочь вам взойти на престол.
Мурад застыл на месте, ошеломленный услышанным.
«Ну ты и прохвост, Осман Нури! С виду такой порядочный человек, а за спиной плетешь интриги», – пронеслось в голове у Мурада.
— Осман Нури, вы рискуете моей жизнью! — В гневе выкрикнул он.
Ложь и риск жизнью наследника – Осман Нури нарушил сразу два негласных табу. Все доверие, которое он заслужил ранее, в этот миг обратилось в пепел.
— Ваше величество, обстановка не терпит отлагательств. Прошу, забудьте на время о моих проступках, — Осман Нури словно не слышал гнева султана, продолжая гнуть свою линию.
Мурад окинул взглядом окрестности: вокруг все заволокло дымом, Топор командовал канонирами, а под прикрытием огня сотни солдат бежали на штурм Стамбула.
Каждую минуту кто-то падал. Повсюду в поле зрения Мурада мелькали алые пятна крови.
Мимо него двое солдат протащили раненого, у которого изо рта хлестала кровь. Глядя на его мучения, Мурад почувствовал, как к горлу подкатил комок.
С трудом подавив тошноту, он постарался сохранить лицо перед подчиненными.
— Считайте, что я вас предупредил, — бросил Мурад и, опираясь на руку Хабара, вернулся в карету.
Он вовсе не собирался так просто прощать Османа Нури, но в нынешней ситуации был вынужден замять конфликт.
Статус предводителя переворота стал свершившимся фактом. Пути назад не было, оставалось только идти вперед и одним ударом покончить с правлением Абдул-Азиза.
Мурад терпел Османа Нури только потому, что ему нужен был опытный командир, способный сплотить мятежников.
В противном случае, если переворот провалится, Абдул-Азиз не пощадит никого.
Разобравшись с султаном, Осман Нури вернулся к командованию.
В бинокль он увидел, как его солдаты уже ворвались в город и захватили контроль над воротами.
Воспользовавшись успехом, он усилил натиск. Оставив лишь тысячу человек для охраны Мурада, он бросил все остальные силы в бой за Стамбул.
Остатки гарнизона ворот, лишившись командования, все же успели нанести атакующим ощутимый урон.
В самый разгар сражения к месту боя подоспело подкрепление защитников города.
Из-за внезапной контратаки темп наступления мятежников заметно упал.
— Вперед! Ни шагу назад! Наступать! — Завидев это, Осман Нури лично выскочил на передовую. Чтобы подстегнуть солдат, он застрелил дезертира, который в ужасе пытался бежать.
Под угрозой смерти солдаты, начавшие было отступать, снова бросились в атаку.
Таков был боевой дух османской армии: при первых же серьезных потерях ряды начинали редеть. Лишь элитные части держались стойко – как те, что защищали Стамбул.
Провинциальные войска Османа Нури и примкнувшие по пути отряды уступали защитникам столицы в стойкости, но положение спас Черкесский охранный полк под началом Топора.
Хотя черкесы были лишь добровольческим формированием, их боевой дух превосходил регулярные части.
С криками «Да здравствует султан Мурад!» черкесские воины, не щадя жизней, бросались на врага.
Дисциплина и меткая стрельба оказались бесполезны перед лицом этой безумной ярости.
Черкесы стремительно сокращали дистанцию и в рукопашной схватке буквально перемалывали защитников Стамбула.
Залитые кровью с головы до ног, они походили на демонов, вышедших из преисподней, внушая врагу неописуемый ужас.
Вскоре под натиском этой «смертельной атаки» оборона ворот рухнула, а вместе с ней в бегство обратились и подошедшие подкрепления.
За считанные минуты пространство у ворот заполнилось брошенным оружием и бегущими солдатами. Паника распространялась подобно эффекту домино.
Войска Османа Нури победным маршем вошли вглубь Стамбула, где вскоре соединились с другими отрядами мятежников.
Известие об успехе Османа Нури тут же доставили в штаб переворота, расположившийся в здании Военного министерства.
Там уже собралась вся «четверка» заговорщиков: Али-паша, Фуад-паша, Йылмаз-паша и Великий муфти.
Выслушав доклад, Али-паша распорядился:
— Пусть этот подполковник Осман Нури немедленно доставит его высочество Мурада сюда. Мы должны немедля присягнуть ему на верность.
— Согласен.
— Разумно.
Остальные трое поддержали предложение.
Получив приказ, Осман Нури во главе отряда черкесов отправился обратно в лагерь за Мурадом.
— Ваше величество, войска, верные Абдул-Азизу, разбиты. Мы одержали окончательную победу. Прошу вас прибыть в город, паши ждут возможности присягнуть вам, — произнес он, опустившись на одно колено.
Мурад вышел из кареты, холодно взглянул на него и съязвил:
— Осман Нури, откуда мне знать, что вы снова не лжете? Может, вы хотите заманить меня в город и выдать Абдул-Азизу, чтобы искупить свою вину за мятеж?
Мурад так и лучился недовольством, и винить его в этом было трудно.
Любой правитель, столкнувшись с подчиненным, который склонен к самоуправству и пренебрежению субординацией, отреагировал бы так же.
Раньше Мурад терпел его из нужды, но теперь, когда опасность миновала, он дал волю чувствам.
http://tl.rulate.ru/book/159136/9956521
Готово:
