— Способен ли Черкесский охранный полк уничтожить восточный отряд партизан? — В лоб спросил Мурад.
Вопрос застал Топора врасплох. Ошеломленный такой удачей, он на несколько секунд просто застыл на месте.
Придя в себя, он с горящими глазами заверил Мурада:
— Ваше высочество, даю голову на отсечение: черкесы разнесут их в пух и прах!
— Мы тренировали их больше трех месяцев. О партизанах нам известно всё: каждый их шаг, каждое убежище.
— Их численность не изменилась – всё те же полторы тысячи человек. У нас же под ружьем три тысячи черкесов. Двукратное преимущество!
— К тому же у нас пятьсот современных казнозарядных винтовок. По огневой мощи мы их просто задавим.
— Я видел их оружие – сплошное старье. Хуже, чем у гарнизонов в какой-нибудь Северной Африке.
— Ваше высочество, дайте мне черкесов и немного провинциальных войск, и мы очистим леса. Ваша верная гвардия жаждет пролить кровь за ваше дело! — Топор так и сыпал доводами, перечисляя преимущества своих людей.
На бумаге выходило, что Черкесский полк должен просто смести противника.
Мурад понимал, что реальная война – это не сухие цифры в отчетах. Особенно в горах, где всё может пойти не так.
Но времени на глубокий анализ не было. План был прост: отогнать партизан и бежать!
В конце концов, ему не нужно было полное истребление врага. Достаточно, чтобы Черкесский полк обеспечил безопасный коридор до порта Бургас.
— Хорошо, Топор. Готовь полк. Жди моей команды, и выдвигаемся на зачистку восточного сектора! — Приказал Мурад.
— Слушаюсь, ваше высочество! — Выпалил Топор, сияя от восторга.
Настал его звездный час. Топор помнил всё, что обещал ему Мурад, и не собирался упускать шанс отличиться.
Он пулей вылетел из резиденции и направился прямиком в лагерь черкесов.
— Лютер! Дерек! — Крикнул он, завидев инструкторов.
Впрочем, теперь их следовало называть иначе. Лютер и Дерек теперь были командирами 1-го и 2-го черкесских полков соответственно.
Топор разделил три тысячи ополченцев на два подразделения, отдав по одному под их начало.
Его собственный Елховский охранный полк стал чем-то вроде учебного батальона при штабе, а сам Топор провозгласил себя командующим всеми черкесскими силами.
Разумеется, все эти звания – от полковников до командующего – были их собственной выдумкой, и имперское правительство этих чинов не признавало.
— Мы здесь, босс. — Слушаю, господин командующий!
Лютер и Дерек мигом оказались рядом.
— Сколько людей сейчас в лагере? — Осведомился Топор.
— В первом полку триста двадцать три человека!
— Во втором – триста тридцать семь!
Они докладывали по очереди. В лагере находилось едва ли двадцать процентов личного состава – издержки ополчения. Людям ведь нужно было еще и делом заниматься, чтобы кормить семьи.
— Срочно собрать всех! Никого не выпускать за ворота. В ближайшие дни выступаем, — скомандовал Топор.
— Боевое задание? — Лютер прищурился. — Неужели принц дал добро на партизан?
Топор едва заметно кивнул, подтверждая догадку.
Лютер не сдержал радости:
— Босс, наконец-то! Наш шанс прославиться!
— Тише ты, — прикрикнул на него Топор. — Раньше времени не болтать. Солдатам тоже ничего не говорить – скажем, когда будем на востоке. Для них это просто маневры.
— Есть! — Гаркнул Лютер. — Мы с Дереком мигом всех соберем.
— Действуйте.
…
Пока черкесы готовились к походу, Мурад принял Османа Нури, который совсем недавно вернулся в Пловдив.
— Ваше высочество, — поприветствовал его тот.
— Осман Нури бей, скажите прямо: сколько солдат из провинциальных войск вы можете задействовать так, чтобы в Военном министерстве не подняли шум? — Спросил Мурад.
Осман Нури не сразу понял, к чему клонит принц, но, прикинув в уме, ответил:
— Три тысячи человек, ваше высочество.
— Три тысячи… неплохо, — пробормотал Мурад. — Через пару дней вы выступите со мной, взяв этих людей.
— Могу я узнать причину, государь? — Осторожно спросил Осман Нури.
Мурад понимал его замешательство. Нельзя просто так сорвать три тысячи солдат и увести их в неизвестном направлении.
Поэтому он озвучил свою официальную версию:
— Я намерен лично проинспектировать порт Бургас. Но прежде чем туда попасть, мне нужно покончить с партизанами, которые там расплодились.
У Мурада были старые счеты с этим отрядом. Сначала они сорвали его первый план побега, а теперь перекрыли путь для вывоза его сокровищ.
Если бы он бежал налегке, он мог бы проскользнуть горными тропами под охраной черкесов. Но с ним была целая кавалькада слуг и всё то добро, что он успел «накопить» за время службы губернатором.
От недвижимости в Пловдиве пришлось отказаться, но расставаться с ликвидными ценностями он не собирался.
Услышав о зачистке лесов, Осман Нури не стал возражать. Мурад еще в первый день своего приезда заявлял о планах уничтожить партизан. Видимо, теперь он счел момент подходящим.
— Слушаюсь, ваше высочество, — ответил он. — Раз уж мы идем на партизан, может, стоит официально уведомить министерство? Мы могли бы собрать куда больше войск для облавы.
http://tl.rulate.ru/book/159136/9956512
Готово:
