Глава 4. Подготовка
9 серия
Пять лет спустя.
Огромный актовый зал был забит до отказа.
Вспышки камер сверкали со всех сторон, а поздравительные крики оглушительно разносились по помещению.
Сегодня проходила Церемония выпуска всех Академий героев начального уровня по всей стране.
Зал был полон семей выпускников, представителей различных гильдий и бизнесменов из окрестностей.
Представители гильдий, поддерживавшие отношения с нынешними выпускниками на протяжении долгого времени, внимательно следили за «перспективными кадрами» согласно отчетам скаутов.
Ведь ростки выдающегося Героя всегда стремятся пробиться наружу.
Прямо как тот человек по имени Пэ Джонхёк, стоявший в самом первом ряду.
Директор сеульской западной Академии героев начального уровня славился краткостью своих речей. И это было правдой. Он всегда укладывался в пару слов, а в такие дни, как сегодня, когда на трибуну поднималось множество людей, его выступления становились еще короче.
Для тех, кто не выносил шаблонных речей, он был настоящим спасителем.
Проблема заключалась в том, что сейчас на сцене было слишком много «злодеев».
— Это еще кто такой?
— Не знаю. Но выглядит так, будто будет трындеть до посинения.
— Я сейчас с ума сойду.
Пак Санъу, наблюдавший за шепчущимися впереди выпускниками, перевел взгляд на трибуну.
Там он увидел старика, который с довольной улыбкой спускался со сцены, и женщину средних лет, поправлявшую одежду перед выходом.
Он даже не знал, кто они такие.
Наверняка они представлялись перед началом речи, но на трибуну поднялось столько людей, что имена совершенно не задерживались в голове.
Да и те, кто стоял на сцене сейчас, вряд ли на это рассчитывали.
Скорее всего, они лезли туда только ради того, чтобы оставить неоспоримое доказательство в виде фотографии.
«Скукотища».
Пак Санъу подавил зевок и на мгновение отвернулся.
Там сидела студентка, которая улыбалась так лучезарно, будто произошло что-то невероятно радостное.
Узкое лицо, чистая белая кожа. Большие, слегка опущенные уголки глаз придавали ей милый вид, а прямые черные волосы до плеч делали ее настоящей красавицей.
Ее звали Ли Сэбом.
В этом году она окончила старшую школу и только что поступила в университет. Встретившись с ним взглядом, она широко улыбнулась и помахала рукой.
Пак Санъу коротко махнул ей в ответ и посмотрел на того, кто сидел рядом.
Старшеклассник, усердно делавший снимки на довольно массивную камеру, вздрогнул, когда их взгляды встретились. Поколебавшись мгновение, он низко поклонился в знак приветствия, после чего снова принялся фотографировать.
Этого парня звали Ким Джасон.
Он был одним из тех, кого отобрали в Синем приюте и проверили в деле. В итоге было решено, что он пригоден для использования.
Пользуясь случаем, Пак Санъу внимательно осмотрел Ким Джасона.
Для восемнадцатилетнего школьника у него были широкие плечи и лицо, которому шла даже короткая стрижка. Красавец с выразительным, слегка лисьим разрезом глаз.
Да.
Он был по-настоящему красив.
«Действительно хорош собой».
Внезапно Санъу вспомнил свое отражение в зеркале, когда собирал вещи в общежитии.
Вне зависимости от внутреннего содержания, его лицо выглядело кротким, а бледная кожа — следствие того, что его до сих пор иногда рвало кровью — смотрелась не так уж плохо.
Да, вполне сносно.
«Хотя и не красавец».
Просто на приличном уровне.
Такие праздные мысли лезли в голову только потому, что сейчас было свободное время.
Пак Санъу усмехнулся, довольный своим положением, и снова посмотрел вперед.
Женщина средних лет уже ушла, ее место занял кто-то другой. Осталось примерно семь человек. После того как эта семерка отметится на трибуне, настанет очередь директора, которого так ждали выпускники.
Санъу вздохнул.
Его ноги не устали бы от долгого стояния, но было жаль тратить время впустую. За это время он мог бы взмахнуть копьем еще несколько сотен раз.
В этот момент директор, ожидавший своей очереди, резко вскочил.
Он прошел мимо человека, который только собирался поправить одежду и взойти на помост, поднялся к микрофону и взял его в руки.
— Здравствуйте. Я Квон Сынте, директор сеульской западной Академии героев начального уровня. Выпускники, я искренне поздравляю вас с окончанием учебы. Однако вы должны понимать: вы еще даже не стоите на стартовой линии. Поздравляю тех, кто поступает в Академию героев, а также тех, кто выбрал военные академии или полицейский университет. На этом сегодняшняя церемония окончена.
— Ура-а-а-а!
— Наконец-то!
— Директор! Вы лучший!
Раздался громоподобный рев восторга.
Выпускники, радостно хлопая в ладоши, начали разбредаться во все стороны. Растерянные учителя пытались снова собрать учеников, но не было ни единого шанса, что вкусившие свободу подростки вернутся на места.
Среди всеобщего шума директор проигнорировал людей, пытавшихся предъявить ему претензии, и покинул зал.
Пак Санъу, наблюдавший за этой сценой, усмехнулся и вскоре встретился с Ли Сэбом, которая приближалась к нему с пышным букетом цветов.
— Поздравляю с выпуском.
— Спасибо, что пришла, нуна.
— Конечно, я должна была прийти. Ты ведь тоже был на моем выпуске.
Приняв букет, Пак Санъу повернул голову к Ким Джасону, который продолжал фотографировать.
— Хён, спасибо, что тоже пришел.
— Да нет, это же естественно...
Тот выглядел жалко и забито, но все так же оставался красавцем.
Пак Санъу пожал плечами.
— Раз уж с церемонией покончено, заберем мои вещи из общежития и пойдем поедим чего-нибудь вкусного. Я накопил приличную сумму из тех пособий на представительские расходы, что давали государство и школа.
— Значит, ты угощаешь?
— Разумеется.
Втроем — точнее, Пак Санъу и Ли Сэбом болтали о том о сем, а Ким Джасон следовал за ними — они направились к общежитию.
Как только закончатся фотосессии с семьями, остальные выпускники тоже потянутся за вещами.
Поэтому лучше было управиться до того, как начнется столпотворение.
Расчет оказался верным: дорога к общежитию была пустынной.
Ким Джасон добросовестно исполнял роль фотографа. Стоило им пройти мимо какой-нибудь скульптуры или статуи, он тут же суетился, выбирая лучший ракурс для снимка. А когда Ли Сэбом забирала камеру, чтобы сфотографировать их вместе, он робко замирал, косясь на Санъу, и только потом пристраивался рядом.
Оставив на память кучу снимков и забрав вещи, они наконец покинули территорию школы.
— Ну и как ощущения?
— Ощущения?
— Ты ведь провел в этой начальной школе пять лет. Тебе не жаль уходить вот так, просто получив диплом?
— Ни капли.
Его решительный тон вызвал у Ли Сэбом любопытство.
— Почему?
— Здесь было слишком много мусора. И примерно столько же придурков, которые не знали своего места и постоянно выпендривались.
— Наш Санъу... Как ты только терпел?
— Среди них попадались те, у кого за спиной стояли влиятельные семьи. Приходилось сдерживаться. Но я даже составил список, чтобы обязательно отплатить им позже.
Ли Сэбом мельком взглянула на побледневшего Ким Джасона и сказала:
— Кто бы они ни были, они создали себе огромные проблемы из-за детских ошибок.
— Такова жизнь. Каждый пожинает то, что посеял, верно? Это не игра, где можно начать все с начала.
Он обыденно признал, что является для них той самой «огромной проблемой».
Ким Джасон содрогнулся, вспомнив прошлое, которое начал подзабывать, и весь напрягся.
Этой парочке было плевать на его состояние. Недолго поспорив о еде, они решили зайти в ближайший ресторан с шведским столом.
Вкус был вполне приемлемым, а соотношение цены и качества — отличным.
Ли Сэбом, потягивая американо, спросила:
— И что ты теперь собираешься делать?
— Немного побуду в приюте, а потом поступлю в Академию героев.
— Я не об этом. Ты же говорил, что хочешь начать бизнес и задействовать нас?
— А, ты про это?
Благодаря прочтению «Черного мудреца» Пак Санъу знал слишком много. Не было смысла давать знаниям гнить, нужно было использовать их в своих целях.
Поэтому он выбрал разделку трофеев.
— Начнем с мясного дела.
— Разделка? Ты имеешь в виду разделку туш монстров?
— Да. Связи для получения туш монстров я заведу в Академии героев, так что нам будет проще закрепиться на рынке, чем другим фирмам.
— А до того, как заведешь связи?
— Пока что подготовка.
Пак Санъу смочил горло кофе.
— В этом году я устрою в разделочные компании тех ребят из приюта, которые кажутся толковыми, чтобы они освоили технологию. Если не будет мастеров, открывать фирму бессмысленно.
— Говорят, это очень тяжелая работа.
— Зато она приносит много денег.
— Это правда, но если они станут мастерами, зачем им возвращаться в твою контору? Они и там смогут неплохо зарабатывать.
Ким Джасон невольно кивнул.
Верные слова.
Вряд ли у кого-то остались хорошие воспоминания о приюте. Хоть старый директор-мусор и сдох, а на его место пришел новый, жизнь там медом не стала.
— Я не говорю им становиться там мастерами. Пусть просто запомнят технологию хотя бы визуально.
— Разве это не одно и то же?
— Нет. Мастерами они станут уже у нас. В чужие фирмы я их отправлю, чтобы они увидели, как нужно обращаться с телами монстров. А нарабатывать навыки на основе этих знаний они будут уже в нашей компании.
— То есть знания — в чужой фирме, а навыки — в нашей?
— В точку.
Чтобы стать мастером по разделке монстров, нужно не только терпение, но и немалые деньги.
Туши монстров для практики не падают с неба бесплатно.
Ли Сэбом склонила голову набок, обдумывая ответ, и спросила:
— А где мы возьмем туши для практики? Даже если у тебя будут связи в Академии, никто не станет отдавать их в убыток себе, верно?
— Монстров для практики я буду добывать сам.
— Ты?
— Я. И это своего рода инвестиция. Инвестиция, по которой им придется выплатить чудовищную неустойку, соразмерную затратам на обучение, если они решат уйти в другую фирму после завершения контракта.
Пак Санъу допил американо и пробормотал:
— Ну, или пусть отдают свои жизни.
Его тон был настолько уверенным, что Ли Сэбом наконец задала вопрос, который давно ее мучил:
— Слушай, а насколько ты сейчас силен? Ты ведь только что окончил начальную школу.
— Тебе кажется странным, что выпускник начальной школы собирается охотиться на монстров?
— Ну, убить монстра — это не такая уж простая задача.
— Мой результат в рейтинге выпуска — пятьдесят пятое место. В Академию героев зачислили сто двадцать шесть человек.
Почти середина.
Нельзя сказать, что это плохо, но для мечтаний о блестящем будущем таких баллов явно маловато.
Этот результат никак не вязался с тем, что Ли Сэбом видела до сих пор, поэтому она озадаченно прищурилась. Затем, что-то вспомнив, она с улыбкой спросила:
— Это с учетом письменных тестов?
— Это общий рейтинг.
— Тогда на каком ты месте, если брать только чистую практику?
— Где-то на тридцать втором.
— А если отбросить оценки и брать только реальную силу, сколько человек стоят выше тебя?
— Один.
— Все-таки есть такой?
Вопрос был праздным, но Пак Санъу горько усмехнулся.
— Есть. Парень, который сам по себе является воплощением несправедливости.
— Но ты ведь тоже не самый «честный» человек. Ты начал управлять маной еще до десяти лет.
Ким Джасон невольно кивнул, но тут же испуганно спохватился и покосился на Санъу.
— Это так, но...
— Кстати, почему о тебе и том «несправедливом» человеке ничего не пишут в СМИ? Раньше Герои, начавшие управлять маной до десяти лет, постоянно мелькали в газетах и новостях. Вы что, оба скрываете свою силу?
— Да.
— Насколько же вы сильны, раз зашли так далеко в маскировке?
— Это за гранью здравого смысла.
Пак Санъу вспомнил Пэ Джонхёка, за которым наблюдал последние пять лет.
— Мне до него еще далеко, но этот человек уже сейчас, опираясь только на свои навыки, может стать Героем среднего ранга.
— Средний ранг?
— Я уверен.
Обычно до среднего ранга добираются к тридцати с небольшим. Самые талантливые — к началу или середине двадцатых.
Такой разброс объясняется разницей в талантах.
— Эм, насколько я знаю, самому молодому Герою среднего ранга было девятнадцать...
— Этот человек — мой ровесник, ему пятнадцать. И этот ненормальный, если бы приложил чуть больше усилий, мог бы достичь этого еще раньше.
— Действительно невероятный человек.
— Это точно.
Пак Санъу криво улыбнулся.
Ли Сэбом, уловив его настроение, спросила:
— А ты когда сможешь? Стать Героем среднего ранга.
— Если все пойдет хорошо, то лет в семнадцать.
— Но ты ведь тоже потрясающий.
— Нет, разница велика. Я ради этого пашу как проклятый, а он все делает не напрягаясь.
И это было чистой правдой.
Как Пак Санъу знал, что Пэ Джонхёк скрывает свою силу, так и Пэ Джонхёк знал, что Пак Санъу делает то же самое.
Этого было не избежать.
Когда стоишь на вершине, низ просматривается очень хорошо. С учителями было проще — достаточно было осторожничать на их уроках, но с Пэ Джонхёком они сталкивались постоянно.
Тот подмечал крупицы скрытой силы и вычислял общую картину.
А затем подтверждал свои догадки.
«Этот чертов ублюдок определил мой уровень во время спарринга».
Тогда Пак Санъу на собственной шкуре почувствовал разрыв между собой и главным героем.
Тот специально варьировал силу атак, чтобы выявить его предел.
Удары, которые было невозможно отразить с тем уровнем мастерства, что Санъу демонстрировал на публику. Подавленный мощью и жаждой крови, он не выдержал и среагировал.
В тот миг догадки Джонхёка превратились в уверенность.
«Может, он тогда же понял, что я нахожусь в процессе модификации тела».
С тех пор Пэ Джонхёк, несмотря на отсутствие общих интересов, проявлял к нему дружелюбие.
Возможно, это была некая солидарность людей, хранящих секреты.
Конечно, это чувство было односторонним.
— Какая разница, велик разрыв или... впрочем, это не так важно, давай опустим. Сейчас для нас главное то, что ты в одиночку сможешь обеспечивать материалом будущих мастеров.
— Именно.
Ли Сэбом допила остатки кофе.
— Думаю, это сработает. При таких условиях люди наверняка захотят вернуться к нам после стажировки.
— Этот план опирается не на такую шаткую вещь, как привязанность, а на человеческую жадность.
Была и другая причина.
Как правило, компании, нанимающие людей на должности, требующие дорогостоящего обучения (как разделка монстров), предпочитают выходцев из обычных семей, а не сирот.
Причин было много, но это была лишь одна из форм дискриминации, с которой сталкивались воспитанники приютов.
Ли Сэбом удивленно произнесла:
— А я-то думала, ты будешь угрожать им насилием, как раньше.
Как только она это сказала, его кроткий взгляд мгновенно стал острым.
Увидев это, Ли Сэбом весело рассмеялась, а Ким Джасон, следивший за ними, так напрягся, что едва не перестал дышать.
Но никакого насилия, давящего на психику, не последовало.
Пак Санъу просто хмыкнул, и Ким Джасон с облегчением выдохнул.
Ли Сэбом непринужденно продолжила:
— В любом случае, шансы есть. Насколько я знаю, работа с частями тел монстров до сих пор преподается старым методом наставничества, а не конвейерным способом.
— И когда один мастер будет готов, я заставлю его обучать других воспитанников.
— Хм, а захочет ли он делиться навыками, которые дались ему таким трудом?
— Придется заставить.
— Насилием?
— Это тоже неплохой вариант, но я просто пропишу это в контракте. К каждому нужен свой подход: на кого-то действует сила, на кого-то — нет. Насилие нужно использовать с умом, в зависимости от ситуации и человека.
— ...Ты так и не сказал, что не будешь его использовать.
Глядя на Ли Сэбом, которая изобразила легкое отвращение, Пак Санъу лишь пожал плечами, будто не понимая, в чем проблема.
— Мы не настолько богаты, чтобы отказываться от эффективных средств. К тому же мы все друг друга знаем как облупленных, нет смысла притворяться пай-мальчиком.
— В чем-то ты прав, но ты хоть понимаешь, насколько ты наглый?
— Как я могу этого не знать?
Ответив, Пак Санъу поднял чашку и обнаружил, что кофе закончился. В ту же секунду Ким Джасон с криком «Я принесу еще!» сорвался с места, заставив Санъу лишь покачать головой.
— Хён все такой же. Казалось бы, пора уже привыкнуть друг к другу.
— Он просто очень чувствительный.
— Даже чересчур...
Поразмыслив немного над его поведением, Пак Санъу решил, что пока тот справляется со своими обязанностями, проблем нет.
Тем более, Джасон и так старался вовсю.
— Ну ладно, это не так важно. Ты достала то, о чем я просил?
— Поддельное удостоверение и копье?
— Да.
— Оба уже у меня. Но насчет копья я, честно говоря, не уверена. Купила то, что продавалось по адекватной цене. Не знаю, стоит ли оно тех денег.
— И сколько ты отдала?
Ли Сэбом немного помедлила и показала два пальца.
— Вряд ли два миллиона. Двадцать?
— Да.
— Подержанное?
— Верно.
Пак Санъу откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
— Нужно смотреть. Если копье стоящее, то двадцать миллионов — это недорого. Но если это бесполезный хлам, то у нас проблемы.
— А что будет, если копье окажется хламом?
Подготовка. Часть 2.
http://tl.rulate.ru/book/159081/9807336
Готово:
