Глава 22. Сарутоби Хирузен
Внутри уютного ресторанчика темпуры Камидай продолжал увлеченно изучать меню, словно это был свиток с секретными техниками. Каждый раз, когда его карандаш ставил очередную галочку напротив блюда, сердце Минато Намикадзе болезненно сжималось.
— Темпура из угря... О-о-о, одно название звучит как песня! Заказываем! — воскликнул Камидай, занося руку для следующей отметки.
Минато не выдержал. Его рука, словно молния, накрыла ладонь мальчика, прерывая этот пир расточительности.
— Камидай... — Минато выдавил из себя самую дружелюбную, но слегка натянутую улыбку. — Ты уже заказал столько, что хватит на небольшой полк. Давай сначала съедим это, а если не наешься — закажем еще. Нехорошо, если еда пропадет, верно?
Камидай послушно кивнул:
— Хм, и то верно. Вы очень мудры, Минато-сама.
Минато подозвал официанта и, понизив голос, добавил:
— Только не несите всё сразу. Подавайте порциями: как только мы закончим с одной тарелкой, приносите следующую партию.
Официант кивнул и удалился. Минато втайне надеялся, что желудок мальчика имеет предел, и часть заказа удастся отменить до того, как повара приступят к готовке. Его кошелек и так уже опасно истончился.
Вскоре на столе появилась первая порция золотистой, хрустящей темпуры. Камидай замер, глядя на еду преданными глазами, а затем перевел взгляд на Минато. Правила приличия требовали дождаться разрешения хозяина стола.
— Ну же, угощайтесь, — улыбнулся Минато. — Темпуру нужно есть горячей, пока корочка хрустит.
Камидай подцепил палочками кусочек морского карася и отправил его в рот. Хруст панировки, нежнейшее, тающее на языке мясо рыбы... Парень, чьим рационом в пустыне были сухие пайки и жесткое мясо, едва не разрыдался от восторга. К черту этикет! К черту приличия! Жизнь слишком коротка, чтобы не наслаждаться такой вкуснотищей!
Началось нечто невообразимое. Камидай превратился в настоящий вихрь, сметающий всё на своем пути. Из-за невысокого роста ему было неудобно тянуться к дальним тарелкам, поэтому он просто встал, не прекращая работать челюстями.
Минато, Какаши, Обито и Рин замерли с палочками на полпути к ртам, в полном оцепенении наблюдая за этим гастрономическим безумием. Обито даже начал заикаться:
— О-он... он же ел сегодня в дороге... Откуда в нем столько места? Он что, не ел последние лет восемьсот?
Какаши, сохраняя привычное хладнокровие, предположил:
— Скорее всего, он никогда не пробовал ничего подобного. В Стране Ветра одни пески, растений почти нет, рек — тем более. Ресурсы скудны, там еда — это просто топливо, чтобы не протянуть ноги. О вкусе там думают в последнюю очередь.
— Истинно... так... — прошамкал Камидай с набитым ртом, едва не захлебываясь от восторга. — Это так вкусно, что я готов плакать!
Рин, глядя на то, как парень запихивает в себя очередной кусок, не успев прожевать предыдущий, обеспокоенно заметила:
— Камидай, помедленнее. Ты же подавишься! Никто у тебя еду не отнимает.
Минато же сидел, окруженный аурой тихой печали. Судя по аппетиту их гостя, отменить заказ не получится. Камидай явно был намерен уничтожить всё меню.
Спустя час.
— Я больше... не могу... Бе-э... — Камидай откинулся на спинку стула, тяжело дыша. Еда стояла у него уже где-то в районе горла. Он попытался что-то сказать, едва не спровоцировав обратный процесс, но героическим усилием воли сглотнул всё обратно.
Четверка шиноби Конохи смотрела на него «рыбьими» глазами. Даже если это было невероятно вкусно, зачем же так издеваться над собой?
— Эх... — Минато тяжело вздохнул. В итоге Камидай в одиночку уничтожил почти весь заказ. Когда пришло время расплачиваться, сердце «Желтой Молнии» облилось кровью. Кошелек, еще утром вполне упитанный, теперь напоминал сдувшийся шарик.
Спрятав опустевшее портмоне в карман, Минато скомандовал:
— Ну что ж, счета оплачены. Пора идти. Нас ждет Третий Хокаге.
Камидай, чей живот теперь напоминал приличных размеров арбуз, медленно и осторожно поплелся следом. Он боялся даже чихнуть — любое резкое движение грозило катастрофой. Расставаться с таким великолепным обедом столь бесславным образом он не желал.
Путь до резиденции Хокаге, который обычно занимал минут тридцать, растянулся на целый час. Когда они наконец достигли величественного здания, Минато обернулся к детям:
— Подождите в холле. Я сначала доложу Третьему о выполнении миссии и ситуации с Камидаем, а потом позову вас.
Минато в одиночку поднялся в кабинет. После короткого стука из-за двери донесся уверенный, властный голос:
— Войдите.
За столом, в окружении свитков и бумаг, сидел Сарутоби Хирузен. На нем была белая мантия Хокаге, из-под которой виднелся красный боевой костюм, а на подбородке красовалась аккуратная черная бородка.
— А, Минато, это ты, — улыбнулся старик, отрываясь от дел.
— Третий-сама, — поклонился Минато. — Я привел того мальчика. Сейчас он ждет внизу.
Лицо Хирузена мгновенно стало серьезным.
— Тот самый ребенок с Улучшенным геномом Стихии Магнетизма? Я читал отчет Соичи. Судя по результатам чтения мыслей, он чист. Я планировал принять его в деревню, дать ему шанс стать частью Листа. Что ты думаешь на этот счет, Минато?
Минато покачал головой:
— Третий-сама, боюсь, всё не так просто. Этот мальчик — шпион, подосланный Сунагакуре. Вероятно, на него наложили какую-то технику, заблокировав ключевые воспоминания, которые Соичи не смог обнаружить. Его цель — сбор данных о наших техниках, секретах и внутреннем устройстве. Казекаге Кайто планирует использовать его как проводника, когда начнется полномасштабная война, чтобы нанести удар в самое сердце Конохи...
Взгляд Хирузена стал острым, как лезвие куная.
— Шпион? Но как ты это узнал, если техника Яманаки не сработала?
Минато подробно изложил свои наблюдения: анализ поведения, результаты проверки в лесу и то самое письмо, перехваченное у ниндзя-ястреба. По мере рассказа лицо Третьего менялось: от суровой сосредоточенности до крайнего недоумения. В конце концов, на его губах заиграла странная усмешка.
— То есть... — Хирузен озадаченно попыхивал трубкой. — Мальчишка согласился стать шпионом, потому что думал, что это легче, чем воевать? А теперь ноет и просится домой, потому что шпионить оказалось слишком трудно? Зачем Кайто вообще отправил такого неопытного ребенка на столь важное задание?
Минато кивнул:
— Я тоже задавался этим вопросом. Но потом всё встало на свои места. У Суны не хватает сильных бойцов, и каждый обладатель генома для них на вес золота. Кайто не хотел рисковать талантливыми шиноби. Камидай же, несмотря на свои способности, в глазах Казекаге — бездарность без боевого духа. Если у него получится закрепиться в Конохе — отлично. Если его раскроют и казнят — деревня ничего не потеряет. К тому же Камидай — затворник, он почти ничего не знает о Суне, так что мы не вытянем из него ценной информации. А родственные узы, по мнению Кайто, должны были гарантировать, что мальчик не переметнется на нашу сторону. Это была просто ставка в азартной игре — авось повезет.
Хирузен внимательно выслушал анализ Минато и медленно кивнул. В словах «Желтой Молнии» была железная логика.
http://tl.rulate.ru/book/159062/9837247
Готово:
