я
Целых пять страниц были посвящены великим свершениям этого Налюе, причем с каждой страницей повествование становилось все более преувеличенным, пока в конце концов он не предстал едва ли не спасителем мира.
И тут Дорай наконец вспомнил: да это же тот самый бог войны и магии людей, Налюе! А значит, эта книга?..
Он перевернул ее, снова взглянул на название, и в голове у него загудело. Да ведь это же учебное пособие, которое было в ходу среди людей несколько сотен лет назад!
Когда-то давно и воины, и колдуны носили общее имя — сверхлюди. Сейчас так уже почти никто не говорил. Воин был воином, рыцарь — рыцарем, а маг — магом. Лишь когда их упоминали всех вместе, их называли сверхлюдями. Учитель в школе, бывало, немало хвастался своими познаниями на этот счет.
Увидев эту книгу, Дорай понял, что нашел сокровище. Он обернулся к Аодо и увидел, что тот уже тихо доел овощные шарики и теперь смирно сидел, глядя на него.
В этот момент Аодо поднялся, подошел к Дораю, лег рядом и снова принялся лизать ему руку.
«Черт возьми, — думал в этот момент пес Аодо, — я, великая адская гончая, вынужден изо всех сил подражать настоящей собаке и ублажать человека! Если другие гончие об этом узнают, где будет моя собачья честь?»
Эх!!!
«Впрочем, судя по виду Дорая, он понял, что это за книга. Эффект неплохой!»
Смотреть на его изумленные глазенки, на его потрясенное лицо было невероятно приятно.
Пес Аодо был доволен собой, словно совершил нечто выдающееся. Он так радовался, что его собачьи глаза сощурились в два полумесяца.
Но на улице уже темнело, в комнате стало совсем ничего не видно. И хотя в голове Дорая роились бесконечные вопросы, он ничего не мог поделать. Выносить книгу наружу он не решался. Если бы ее увидели аристократы или воины, его бы, скорее всего, тут же убили.
От этой мысли по спине пробежал холодок.
Откуда этот пес притащил книги? Их не видели уже несколько сотен лет, откуда они могли взяться сейчас? Неужели из дома кого-то из аристократов Домэна?
В городе Домэн право и возможность обучаться боевым искусствам имели только знать и богачи. А семьями, которые могли бы хранить книги многовековой давности, были лишь семья правителя города Линка и его заместителя Оэна. Только их родословные были достаточно древними, чтобы владеть подобными реликвиями.
Однако ни в семье правителя, ни в семье Оэна не было высокоуровневых магов, только воины. Так что, похоже, источник у этой книги был иной.
Постепенно стемнело окончательно, и в комнате стало ничего не разглядеть. Дораю пришлось отложить чтение. Лампы… во всех трущобах их было всего несколько штук. Да и те зажигали не для чтения, а для работы. Он помнил, что у тетушки Анни была масляная лампа, но она пользовалась ей только по ночам, когда шила одежду для знати. В обычное время она ее берегла.
Бедняки в трущобах были очень бедны. Большинство не могли позволить себе даже одежду, не говоря уже о том, чтобы покупать масло для лампы и читать по ночам. Для них это было немыслимо. Работа — вот их удел. А чтение — это для знати и богачей. Они недостойны.
От этой мысли в сердце Дорая зародилось странное чувство. Почему им можно, а ему нельзя? Это несправедливо.
Эта мысль заставила его встрепенуться.
Он поднялся, подошел к изголовью кровати, где была лежанка Аодо, и сгреб в охапку все остальные украденные книги. Затем он спрятал их под свою подушку. Неважно, откуда Аодо их притащил, он прочтет их все. И прочтет очень внимательно.
С этой мыслью он быстро провалился в глубокий сон.
В темноте глаза Аодо засветились ярким светом. Увидев, что Дорай уснул, он медленно встал. Хвост его больше не вилял, тело выпрямилось.
Он выглянул наружу. Только стемнело, люди еще ходили по улицам. Он подавил нетерпение и снова сел.
Магические кристаллы — вещь хорошая, полная разнообразных элементов энергии. Если их будет достаточно, он сможет быстро восстановиться. Но в той шахте, где работал Дорай, кристаллов было совсем мало. Наверное, хватит на три-пять дней, но и это лучше, чем ничего.
За прошедший день он почувствовал, что раны заживают. Все благодаря ночному походу к месторождению. Вот бы найти небольшую жилу магических кристаллов…
С этой мыслью Аодо устремил взгляд на улицу, ожидая, когда пройдет время.
Прошел час. Около десяти вечера пес Аодо медленно поднялся, подошел к Дораю и по обыкновению одарил его вспышкой магического света. Затем он отступил к двери и выглянул наружу. В трущобах уже царила мертвая тишина, лишь изредка можно было встретить пьянчуг, напившихся до беспамятства.
Убедившись, что все спокойно, он тихо открыл дверь, выскользнул наружу и быстро покинул город.
Шахта выглядела так же, как и вчера, лишь следы дневной работы напоминали о присутствии людей. Аодо прибыл на место и заметил, что за день рудник немного разработали.
Ночью на шахте никого не было. Стояла тишина, нарушаемая лишь стрекотом насекомых. В безмолвных горах его единственными спутниками были камни.
Аодо не терял бдительности. Он осторожно обошел окрестности и, только убедившись, что вокруг ни души, расслабился. Он высвободил свою духовную силу, направил ее глубоко под землю и начал свою ежедневную работу.
Поглощение руды.
Точнее, поглощение мельчайших элементов энергии из жилы. Будь он в городе, ему пришлось бы глотать кристаллы и медленно переваривать их, иначе магические колебания могли бы привлечь внимание. Но здесь, в безлюдном месте, он мог поглощать энергию без всяких опасений.
Ночь снова пролетела быстро. Перед рассветом он тихо вернулся в город.
За ночь поглощения он почувствовал, что раны зажили еще немного, и был очень доволен.
Тихо проскользнув на свою лежанку, пес Аодо с облегчением выдохнул. Он и сам знал, что в этом городе нет сколько-нибудь серьезных сил — максимум первый уровень. С его нынешней силой второго уровня он мог бы свободно разгуливать где угодно.
Но бережёного бог бережёт — эту человеческую пословицу он усвоил хорошо.
Притворно улегшись, он подождал около получаса, пока не проснулся Дорай.
Как и вчера, Дорай повторил все свои утренние ритуалы, встретился с дядюшкой Доду на рынке, и они направились к шахте. Он хорошо помнил вчерашнее, поэтому у ворот осторожно огляделся по сторонам. Не заметив Аодо, он вздохнул с облегчением.
Дядюшка Доду заметил, что Дорай ведет себя как-то странно. Когда они дошли до реки, он не выдержал и спросил:
— Дорай, почему ты такой дерганый?
Дорай пожал плечами:
— Я вчера побил Аодо.
Доду опешил. Он испуганно огляделся по сторонам. Не увидев ни Аодо, ни его отца, он с облегчением выдохнул, а затем потрясенно спросил Дорая:
— Что на тебя нашло? Зачем ты побил Аодо?
— Я голоден, — ответил Дорай. — Чтобы работать, мне нужно есть досыта. Двух овощных шариков на вечер мне мало, я хочу есть мясо. Аодо отбирал мои деньги. Раньше это было можно, но теперь — нельзя.
http://tl.rulate.ru/book/159042/9814467
Готово:
