…
Едва прозвучали эти «оглушительные» слова, как лицо Цюй Дунли потемнело. Его взгляд, подобно острому лезвию, впился в Гао Цзыюя – казалось, еще секунда, и его кулак снова впечатается в эту наглую физиономию…
Видя, что обстановка накалилась до предела, Цюй Сяннань поспешно вмешался. Он оттолкнул Гао Цзыюя в сторону:
— Тебе мало было? Я же сказал – прикуси язык! Хоть он и ненамного старше тебя, по статусу он твой дядя. Знай свое место и фильтруй базар! Живо уходи!
— Дядя? — Гао Цзыюй скривился, осознав, что его соперник в любви внезапно оказался на целое поколение выше в семейной иерархии. От этого открытия во рту стало горько.
Он резко обернулся к Цюй Сяннаню:
— Какой, к черту, дядя? Для меня единственный дядя в этом мире – ты! Остальные этого титула не достойны. И раз уж ты слышал, зачем я здесь, так вразуми его, пусть прекращает этот цирк! Что бы Хэ Цзяоцзяо ни натворила, она не заслужила того, чтобы гнить за решеткой в ожидании приговора!
— Ладно, ладно, проваливай уже, — Цюй Сяннань почувствовал нарастающую тревогу при одном упоминании имени Хэ Цзяоцзяо. Он буквально вытолкал парня за дверь.
— Идем, сядем в машину. Мне нужно поговорить с тобой с глазу на глаз, — мрачно бросил Цюй Сяннань, увлекая Гао Цзыюя вниз по лестнице.
Видя непоколебимую решимость наставника, Гао Цзыюй не стал больше нарываться и покорно последовал за ним.
Когда они оказались в салоне его Bentley, Цюй Сяннань без приглашения сел на пассажирское сиденье.
— Дядя, выкладывай, что там у тебя, — Гао Цзыюй никак не мог взять в толк, почему старик становится таким дерганым каждый раз, когда речь заходит о семье Цюй или делах корпорации.
— А теперь отвечай честно, — голос Цюй Сяннаня дрожал от ярости. — Что значил твой вопль там, наверху? Ты что… спал с Хэ Цзяоцзяо?!
— А, так ты об этом? — Гао Цзыюй вальяжно откинулся на спинку кресла, приняв свой привычный раздолбайский вид. — Да брось, это был всего лишь повод, чтобы заставить Цюй Дунли отозвать иск. С чего бы мне действительно с ней спать?
Он на мгновение замолчал и добавил с циничной откровенностью:
— Но слушай, дядя, перед тобой я кривить душой не стану. Эта девка реально меня зацепила. Она чертовски горяча, просто идеал в моем вкусе! Мне плевать, под кем она была раньше. Сейчас мы оба свободны, и я намерен ее заполучить.
— Заткнись!
Цюй Сяннань побледнел. Худшие опасения подтверждались – катастрофа была неизбежна.
— Мне плевать, каких шлюх ты таскаешь в постель, пока это не переходит границы, — прошипел он. — Но о Хэ Цзяоцзяо даже не думай! Забудь это имя!
— Это еще почему? — Гао Цзыюя забавила такая бурная реакция. Он не удержался от шпильки:
— Дядя, только не говори мне, что и ты на нее засматриваешься? Вот это был бы номер!
— Псих! — Цюй Сяннань едва не задохнулся от возмущения. — Эта женщина – ходячее проклятие! Тот, кто к ней прикоснется, пойдет ко дну. Предупреждаю в последний раз: выкинь эту дурь из головы!
— Ага, конечно, — Гао Цзыюй и не думал воспринимать эти нравоучения всерьез, считая их старческим маразмом. Чтобы не раздувать конфликт, он небрежно бросил:
— Ладно-ладно, не трону я ее, успокойся.
— Вернемся к делу. Дядя, ты можешь надавить, чтобы дело закрыли? Тебе самому не кажется это дикостью? Президент крупнейшей корпорации воюет с девчонкой… Вам там в Qu's Group совсем заняться нечем?
— Не лезь не в свое дело! — Отрезал Цюй Сяннань. — Я все сказал. Еще раз предупреждаю: не смей приближаться к Цюй Дунли и тем более к кому-либо из семьи Цюй. Есть вопросы – иди ко мне! Будешь самоуправничать – я в один миг лишу тебя всего, что ты имеешь!
Гао Цзыюя покоробило это упоминание о долге. — Хах, прекращай уже этими угрозами разбрасываться. Бесит. В конце концов, я тебе не родной сын, а так – бродячий пес, которого ты подобрал на улице. Твоя доброта зависит от того, с какой ноги ты сегодня встал. Наступит день, когда мне это осточертеет, и мы разбежимся. Не переживай, я и без тебя не подохну!
— Ты! — Цюй Сяннань едва сдерживал дрожь в руках. — Твой папаша тебя полтора десятка лет растил, а ты собрался всё это оборвать одним махом? Я просто хочу, чтобы ты перестал вести себя как капризный щенок и начал думать головой. Слушайся меня, и проблем не будет!
— Ладно-ладно, проехали.
Гао Цзыюй не хотел больше препираться. Все его мысли были заняты лишь тем, как вытащить Хэ Цзяоцзяо. Коротко кивнув на прощание, он завел мотор и умчался прочь.
Цюй Сяннань вернулся в кабинет. Цюй Дунли все еще сидел на диване, ожидая продолжения рабочего разговора.
— А-Ли, приношу свои извинения за этот инцидент.
Цюй Сяннань всегда относился к брату, который был младше него почти на двадцать лет, с долей почтения. В конце концов, процветание семейной империи на девяносто процентов держалось на железной хватке Цюй Дунли – настоящего двигателя всей корпорации…
— Держи своего выкормыша на коротком поводке, — в голосе Цюй Дунли сквозило ледяное презрение. — Нечего ему бросаться на людей.
Цюй Сяннань тяжело вздохнул, вспомнив прошлое Гао Цзыюя. — Да, мой косяк. Он всегда был бунтарем. Еще в подростковом возрасте натворил делов, так что мне пришлось засунуть его в спецназ на пару лет, чтобы хоть немного обтесать. В последнее время он вел себя смирно… Не переживай, я сделаю так, чтобы он больше не маячил перед глазами.
— Мне плевать на его биографию, — Цюй Дунли едва сдерживал клокочущую внутри ненависть при мысли о том, что Гао Цзыюй мог касаться Хэ Цзяоцзяо…
— Понял. — Цюй Сяннань решил сменить тему. — Насчет дела Хэ Цзяоцзяо… я узнал о нем только вчера. Скажи, это серьезно?
— Я сам разберусь, серьезно это или нет. Не лезь в это дело.
— Слушай, если она действительно виновна, то пусть решает суд, тут вопросов нет. Но если это просто результат твоих личных терок с ней, лучше не доводить до крайности. Такая грызня не пойдет тебе на пользу в долгосрочной перспективе.
— Я же сказал: не вмешивайся! — Цюй Дунли резко вскипел. Желание обсуждать рабочие моменты испарилось. Бросив лишь пару фраз по делу, он покинул кабинет.
Вернувшись к себе, он так и не смог сосредоточиться. Откинувшись в кресле и закинув ноги на стол, он прикрыл глаза. В голове пульсировала лишь одна мысль: Хэ Цзяоцзяо сейчас гниет в камере следственного изолятора. Сердце сжималось от странной, удушающей смеси чувств.
И в этот самый момент дверь без стука распахнулась.
Цюй Дунли приоткрыл веки и увидел Хэ Аньвэнь. От ее вида его затошнило. — У меня нет времени на пустую болтовню. Выйди вон.
— А-Ли, — Хэ Аньвэнь уже привыкла к его холодному равнодушию, но сегодня у нее был козырь в рукаве.
— Раз уж ты так занят, перейду сразу к делу, — она невозмутимо извлекла из сумочки листок бумаги и положила его прямо перед ним. — Я сегодня была в больнице на плановом осмотре, и результаты оказались… неожиданными. Думаю, тебе стоит взглянуть.
Конец.
http://tl.rulate.ru/book/158952/12352585
Готово:
