Глава 4: Поступление в Академию
— Нет…
Учиха Хаяси резко проснулся, всё ещё сонный и дезориентированный. Он сел на кровати, несколько раз моргнул и тут же опустил взгляд на свою одежду, поспешно осматривая себя.
— Фух… — с облегчением выдохнул он. — Пижама… не женская одежда. Да что это вообще был за сон?
Он провёл ладонью по лицу и недовольно пробормотал:
— Дурацкая система…
Будильник ещё не звонил, и Хаяси решил, что у него есть время поспать ещё немного. А если уж в чём он действительно был силён, так это во втором заходе сна.
Он уже собирался снова рухнуть на подушку, как вдруг его накрыло осознание.
— Чёрт!
Вчера вечером он так и не поставил будильник. Сердце ухнуло вниз, и Хаяси в панике метнулся к часам.
8:20 утра.
Он застыл, и на лице проступил чистый ужас.
Регистрация!
Хаяси выскочил из кровати и накинул свой чёрный плащ в стиле клана Учиха. С молниеносной скоростью он метнулся в ванную, плеснул в лицо холодной водой и быстро пригладил волосы.
В конце концов, он мог истекать кровью, мог даже проиграть бой — но позволить своей причёске быть растрёпанной он не собирался ни при каких обстоятельствах.
Схватив недоеденный с вчерашнего дня кусок хлеба, он вылетел из дома и понёсся в сторону Академии ниндзя.
— Я пошёл! — крикнул он рамке с фотографией на столе, прежде чем с грохотом захлопнуть за собой дверь.
Во дворе раздался его звонкий, ещё по-детски чистый голос — голос пятилетнего мальчика, начинающего новый день.
Утреннее солнце заливало деревню золотым светом. В воздухе витал аромат распускающихся цветов. Щебетали птицы, лавочники уже выставляли товары, а жизнь в Конохе текла спокойно и размеренно.
Несмотря на то что вчерашние тренировки вымотали его до предела, Хаяси совсем не чувствовал усталости. Напротив — тело казалось лёгким и наполненным силой. Даже он сам удивился этим переменам.
Значит, это работа системы…
В это время Третий Хокаге находился в самом расцвете сил. Сарутоби Хирузен — современник и близкий знакомый его отца, Учихи Кагами, — был известен как «Профессор ниндзюцу». Владение бесчисленными техниками делало его одним из самых уважаемых шиноби в мире.
Ходили слухи, что даже Каге других великих стран относились к нему с опаской. Некоторые и вовсе называли его «Сильнейшим Хокаге».
Конечно, подобные титулы часто были преувеличением. В конце концов, Ханзо Саламандру тоже когда-то называли «полубогом».
И всё же именно сила Третьего Хокаге обеспечивала Стране Огня мир и стабильность. С момента последней крупной войны шиноби прошло почти десять лет.
Хотя войны, как правило, приходили неожиданно.
Впрочем, Учиху Хаяси всё это сейчас мало волновало. Его главной заботой были вовсе не мир, не война и не политика.
Очки.
Очки — это всё. О, глупая система, дай мне ещё!
Когда Хаяси добрался до Академии, двор уже был заполнен детьми и их семьями. Он заметил мужчину за регистрационным столом, который как раз собирал бумаги.
Желудок неприятно сжался.
Чёрт… Я опоздал? Неужели я правда так и не стану ниндзя?
И тут раздался знакомый голос:
— Хаяси!
Он остановился и обернулся.
Перед ним появилась девочка примерно его возраста — с тонкими чертами лица, длинными чёрными волосами и глазами, тёмными, как ночь. На ней был такой же плащ Учиха, а осанка излучала спокойное достоинство.
— Хаяси, ты опять опоздал! — сказала она, слегка надув губы.
— Доброе утро, Микото, — ответил Хаяси, неловко почесав затылок и улыбнувшись.
— Я… эм… искал направление своей жизни.
— А? — Учиха Микото наклонила голову, явно не понимая.
Да уж, слишком сложно для пятилетнего ребёнка. Хаяси тут же понял, насколько глупо это прозвучало. В следующий раз стоило бы просто сказать, что он помогал бабушке перейти дорогу.
Не дав ему придумать оправдание получше, Микото протянула ему лист бумаги.
— Вот, это твоя регистрационная форма. Я заметила, что тебя нет, и заполнила её за тебя.
Глаза Хаяси расширились.
— Микото, ты моя спасительница!
Её доброта неизменно поражала его. В отличие от многих соклановцев, в которых сквозило высокомерие, Микото была по-настоящему мягким и искренним человеком. Возможно, именно поэтому Хаяси так к ней привязался.
Они оба были сиротами. Конечно, клан Учиха заботился о детях без родителей, но даже так Хаяси часто ощущал отстранённость окружающих — пусть и едва заметную. Но только не со стороны Микото.
Когда его дразнили или задирали, именно она всегда вставала на его защиту.
Хаяси тихо вздохнул.
Микото такая добрая… Жаль только, что у неё потом родятся такие дети, как Саске и Итачи… Наверняка это всё из-за Фугаку.
Его губы изогнулись в лукавой усмешке.
Может, мне однажды просто убить Фугаку? Ради мира, разумеется.
— Хаяси? — Микото снова наклонила голову и тепло улыбнулась.
— Ты завтракал?
С этими словами она достала из сумки аккуратно завернутый рисовый шарик.
— Я сделала его утром… Хочешь попробовать? Наверное, он не очень вкусный… — в конце её голос стал тише, в нём прозвучала застенчивость.
Хаяси посмотрел на онигири в её руках. Для кого-то это была бы обычная еда. Но для него — настоящее сокровище. Тем более что он был голоден.
— Если это сделала Микото, значит, точно вкусно, — сказал он с улыбкой.
Её щёки слегка порозовели, но, увидев искренность в его глазах, волнение исчезло, сменившись мягкой улыбкой — той самой, трогательной улыбкой пятилетней девочки.
— Тогда… ладно, — сказала она.
Хаяси взял онигири, откусил — и едва не расплакался.
— Это… правда очень вкусно.
Я сейчас расплачусь. С тех пор как я оказался в Конохе, я ничего вкуснее не ел.
Желая отплатить тем же, он полез в сумку и достал свой завтрак.
— Тогда я тоже с тобой поделюсь.
Он с гордостью протянул ей наполовину съеденный, зачерствевший кусок хлеба.
— …Эм, нет, спасибо. Я уже поела, — сказала Микото, с трудом сдерживая смех.
— А… — Хаяси смущённо почесал щёку и доел свой рисовый шарик.
После этого они вместе направились к воротам Академии. Вступительный экзамен вот-вот должен был начаться.
Хаяси сжал кулаки, и в груди вспыхнула решимость.
Это было началом его пути шиноби.
http://tl.rulate.ru/book/158762/9696804
Готово:
