Вернувшись из дома Цзэн Тунтун, я позвонил Дун Сину и спросил, правда ли то, что он рассказывал про красные трусы. История казалась слишком уж дикой: неужели бывают такие извращенцы? И вот теперь, встретив А-У, я решил проверить всё лично.
— Эй, ну ты и правда чёртов извращенец! — я снова ткнул А-У стволом в голову.
— Брат Ху, я же ношу их под одеждой, это никому не мешает! Ну что опять не так?! — А-У выглядел так, словно вот-вот разрыдается.
Его слова прозвучали даже как-то резонно. Действительно, какое мне дело? Я заставил его подтянуть штаны и только тогда мрачно спросил:
— Что Ван Кунь собирается делать дальше? Говори честно, иначе я тебя точно пристрелю!
А-У затараторил, выкладывая всё как на духу:
— Брат Кунь сейчас люто тебя ненавидит. И не только из-за Ван Тао, но и потому, что ты помешал семье Цзэн подписать мировое соглашение. Ненависть в квадрате, можно сказать! Но что конкретно он планирует, я не знаю. Нам он ничего не говорил, велел только следить за тобой!
Под прицелом одностволки А-У вряд ли решился бы лгать. Похоже, Ван Кунь и сам ещё не придумал план действий.
Что же касается обвинений в том, что семья Цзэн не подписала бумаги из-за меня... Мне было всё равно. Был этот факт или нет, помириться мы с ним всё равно не могли.
— Возвращайся и передай Ван Куню: если есть дух, пусть приходит в открытую, — холодно произнёс я. — Хватит этих мелких пакостей. Если недоволен — давай забьём стрелку и схлестнёмся, посмотрим, кто тут трус!
С этими словами я убрал одностволку и развернулся, чтобы уйти.
Устраивая эту сцену, я преследовал две цели. Во-первых, дать понять Ван Куню: я вижу все его уловки насквозь, так что пусть не тратит силы зря. Во-вторых, предупредить: не думай, что ты один такой крутой со своим дробовиком. У меня тоже есть ствол, и если что — потягаемся.
Я слишком хорошо знал людей такого сорта. Уступать или просить мира бесполезно. Лишь продемонстрировав превосходящую силу, можно заставить их бояться.
Вернувшись в кабинет, я вздохнул. Вообще-то, с Ван Кунем у нас были неплохие отношения, он даже как-то яблоко мне чистил, выражая своё уважение. Я планировал вытянуть из него детали смерти Лю Фушэна, но теперь, после такого поворота, о разговорах можно забыть. Какой уж тут шпионаж.
К счастью, я всего лишь осведомитель без жёстких обязательств. Получится — хорошо, нет — так нет. Вряд ли Ван Вэй возлагал на меня все свои надежды.
Дни текли своим чередом. Ван Кунь временно оставил меня в покое, со стороны Ху Вэньханя тоже было тихо.
Ван Кунь был занят делом брата. Говорили, он ещё несколько раз пытался подобраться к семье Цзэн, но всякий раз его выгоняли. Я проверил законы: если дело переквалифицируют в непреднамеренное убийство, да ещё при активном возмещении ущерба и получении письма о прощении, срок могут скостить процентов на сорок. Посидит пару лет и выйдет. Неудивительно, что Ван Кунь так старается.
Однажды вечером, когда я по обыкновению сидел в кабинете, вдруг зашёл Кэ Дали и сообщил, что ко мне посетитель. Называет себя моим шурином.
Шурин?
Кто это?
Пока я гадал, дверь кабинета распахнулась, и на пороге возник тощий, как скелет, парень с ввалившимися глазами и копной жёлтых волос — типичный неформал. Это был Цзэн Сяобао, брат Цзэн Тунтун!
— Эй, я же не разрешал тебе входить... — Кэ Дали обернулся, рявкнул на парня, а потом вопросительно посмотрел на меня, пытаясь понять, кто мы друг другу.
— Я к зятю пришёл, чё ты меня тормозишь?! — лицо Цзэн Сяобао было мрачным.
Особой симпатии к этому парню я не питал, но, во-первых, он всё же брат Цзэн Тунтун, а во-вторых, в тот раз он лихо прогнал Ван Куня лопатой, чем вызвал у меня невольное уважение. Я махнул Кэ Дали рукой, отпуская его.
Когда Кэ Дали вышел, я сказал:
— Кто тебе зять? Не ори попусту.
— Да ладно прикидываться, — фыркнул Цзэн Сяобао. — Ещё в школе было видно, что у вас с ней не просто так!
Я ответил, что прошлое осталось в прошлом, теперь всё иначе, и спросил, зачем он пришёл.
— Работу ищу, — заявил Цзэн Сяобао. — Не хочу больше болтаться без дела.
Такой настрой мне понравился. Если смерть сестры заставит его взяться за ум, значит, в этом была хоть какая-то ценность. Но всё же мне показалось странным, почему он не пошёл к Вэй Ляну — вот уж кто его настоящий законный зять.
Цзэн Сяобао скривился:
— Не напоминай про Вэй Ляна, бесит он меня! Раньше просил у него денег, так он ни копейки не дал, жмот! Никакой он мне не зять. Сестра его и не любила вовсе, сошлась только ради отца, чтобы лечение оплатить!
Я вспомнил тот день в доме Цзэн: Сяобао и Вэй Лян действительно не переваривали друг друга. Их встреча напоминала столкновение Марса с Землей — искры летели мгновенно.
Если парень хочет исправиться, я должен его поддержать — хотя бы ради памяти Цзэн Тунтун.
— Можешь работать у меня, — сказал я. — Но есть условия. Первое: не называй меня зятем. Мы с твоей сестрой действительно не были связаны, зови меня просто «Брат Ху». Второе: завязывай со всеми своими дурными привычками. Узнаю хоть про одну — вышвырну сразу! Третье: слушаться меня беспрекословно, никаких возражений. Справишься?
Цзэн Сяобао вытянулся в струнку:
— Справлюсь!
— А что ты умеешь? — спросил я.
— Я всё умею! — с жаром начал он перечислять. — Диджей, сводить треки, пить с клиентами, пиар, карты, расхищение гробниц, гадание, чтение сутр, магические ритуалы, ловля призраков, убийство демонов...
Пока его не унесло в совсем уж дебри, я прервал:
— Стоп, стоп, стоп! Иди в охрану.
На лице Цзэн Сяобао отразилось искреннее изумление:
— Такой талантище, да ещё и брат твоей бывшей — и в охранники?!
— Мы же договорились: полное подчинение, — отрезал я. — Либо идёшь, либо ищи другое место.
Цзэн Сяобао выглядел недовольным, но идти ему было некуда. Пришлось согласиться.
— Талант пропадает, ох, пропадает талант... — бормотал он себе под нос.
Я собирался отправить его к Кэ Дали оформляться, как дверь снова распахнулась. Вбежал сам Кэ Дали, запыхавшийся и взволнованный:
— Управляющий Ли, там клиент с катушек слетел, дебоширит в зале...
Терпеть не могу таких. В тюрьме я с подобными типами даже не разговаривал, презирал до глубины души.
— Выкиньте его, и дело с концом, — бросил я. — Чему вас учить надо?
Кэ Дали неловко перемялся с ноги на ногу:
— Это Го Вэньпэн...
Я: «...»
Го Вэньпэн был сыном «потолка» нашего уезда, настоящим золотым мальчиком. Отец у него был мужик правильный, с хорошей репутацией и реальными заслугами, но вот сынок уродился никчёмным. Пил, играл, гулял — полный набор. Многие упоминали его имя с нескрываемым презрением.
Если это он, то вышвыривать нельзя. И полицию вызывать нельзя. Иначе он протрезвеет, вернётся и разнесёт заведение — себе дороже выйдет.
— Пошли глянем, — нахмурившись, я шагнул к двери.
Кэ Дали и Цзэн Сяобао поспешили следом.
В зале музыка смолкла, шоу остановилось, диджея согнали со сцены. Люди толпились вокруг, глазея на представление. На сцене стоял парень лет двадцати с небольшим, одетый в брендовые шмотки. Лицом он был красив, но уж очень худ, с глубоко запавшими глазами — вылитый Цзэн Сяобао.
По таким сразу видно, в чём дело. Фигура и энергетика у них не как у нормальных людей.
Го Вэньпэн действительно был в неадеквате. Он сидел верхом на большой колонке, сжимая микрофонную стойку как копьё, и с убийственным видом оглядывал зал.
— Аз есмь Чжао Цзылун из Чаншаня! Кто дерзнёт сразиться со мной?! — ревел он.
В толпе хихикали, но связываться никто не хотел.
— Аз есмь Чжао Цзылун из Чаншаня! Кто выйдет на бой?! — Го Вэньпэн спрыгнул с колонки и начал размахивать стойкой, распугивая народ.
Опасности особой не было, он только выставлял себя на посмешище, но работе бара это мешало конкретно.
Будь на его месте кто другой, Кэ Дали давно бы вынес его за шкирку. Но статус «второго поколения» связывал нам руки.
Пока я хмурился, размышляя, что делать, Цзэн Сяобао вдруг сказал:
— Я попробую!
И, не дожидаясь моего ответа, он уже взлетел на сцену.
http://tl.rulate.ru/book/158754/9754466
Готово:
