Только за то, что мы хотели спасти человека, Хун Вэйцзюнь собирался отрубить нам руки. Да ещё и ствол при себе носил. Это показывало, насколько он распоясался в нашем уезде!
Ван Вэй говорил, что городское управление уже положило на него глаз, но подобраться сложно. И не зря.
Этот тип — настоящий местный царёк!
Несколько бойцов тут же метнулись в один из номеров и вернулись с топорами, встав перед нами с У Фанем.
Лезвия хищно блестели, вселяя ужас.
Заложив руки за спину, Хун Вэйцзюнь произнёс:
— Даю вам шанс. Можете сами выбрать — левую рубить или правую.
У Фань тут же указал на меня и завопил:
— Брат Цзюнь, я тут ни при чём! Он меня силой притащил! Рубите ему, меня не надо!
Он был таким ещё со школы.
Мы с ним выиграли немало драк, но бывало, нас зажимали в переулках. В такие моменты он включал свой подвешенный язык, сваливая всю вину на меня, чтобы избежать расправы. Как он говорил: «Лучше пусть бьют одного, чем двоих. Зато потом я смогу отвезти тебя в больницу, кормить с ложечки. Разве плохо?»
Раньше я ругал его за отсутствие совести — мол, только в радости вместе, а в горе врозь — и всегда сдавал его с потрохами, чтобы мы огребали вместе. Но в этот раз я сам сказал:
— Он и правда ни при чём. Это всё я!
Не из благородства, а потому что это была правда. Он пришёл из-за меня и не заслужил такой беды. То, что натворил я, я и должен расхлёбывать. Я искренне надеялся, что У Фань выберется, иначе я всю жизнь не смогу смотреть ему в глаза.
Я жалел и злился на себя за плохую подготовку. Но кто, чёрт возьми, мог знать, что у Хун Вэйцзюня есть ствол?!
Лёжа на полу, я задрал голову и крикнул:
— Хун Вэйцзюнь, если ты мужчина, разбирайся только со мной!
У Фань подхватил:
— Да-да, только с ним! Я ничего не знал, он сказал — едем спасать человека, я и поехал! Брат Цзюнь, если б я знал, что вы здесь, да мне бы и восьмисот смелостей не хватило! Весь Сянсянь знает, что Брат Цзюнь непобедим, идти против вас — самоубийство! Он сам виноват, ещё и брата подставил, я его презираю!
Цзэн Тунтун рядом покатывалась со смеху:
— Вот она, ваша мужская дружба!
Хун Вэйцзюня это тоже позабавило. Он взял топор у одного из подручных, протянул его У Фаню и сказал:
— Ладно. Отруби ему руку, и ты свободен.
— Я? — У Фань опешил.
— Да. Хочу посмотреть, насколько ты бесстыжий! Если сможешь это сделать, я признаю тебя за законченную скотину и отпущу! — лицо Хун Вэйцзюня расплылось в улыбке, он явно наслаждался ситуацией.
—...Хорошо, ты сам это сказал! — У Фань, шатаясь, поднялся, взял топор и повернулся ко мне.
— Не дури! — глухо буркнул я.
Я сказал это не потому, что боялся за свою руку. Честно говоря, я бы предпочёл, чтобы он ударил меня, но знал, что он этого не сделает.
Взяв топор, он ударит только по Хун Вэйцзюню!
— В такой ситуации я не могу не дурить! — взревел У Фань, резко развернулся и с размаху опустил топор на Хун Вэйцзюня.
Но тот словно ждал этого. Бах! — и мощный пинок отшвырнул У Фаня.
Тот не устоял на ногах и снова рухнул на пол.
— Дал тебе шанс, а ты бесполезен... — тихо вздохнул Хун Вэйцзюнь, поднял топор с пола и нацелился на руку У Фаня.
— Не трогай его! Руби меня! Хун Вэйцзюнь! Брат Цзюнь! Прошу тебя! Это моя вина, отпусти его! — я орал в истерике, глаза налились кровью, сердце сжималось от ужаса. Если он ударит, всё кончено.
Сам того не замечая, я почти плакал. Я не плакал, когда убил Лао Фу, не плакал, когда получил три года, но сейчас сдержаться не мог. Пусть лучше меня убьют, чем друг лишится руки из-за меня!
Хун Вэйцзюнь оглянулся на меня и вкрадчиво произнёс:
— Даже сейчас ты не собираешься признаться?
Я замер.
Признаться?
В чём?
— Ну же, посмотрим, сколько ты продержишься! — Хун Вэйцзюнь усмехнулся и занёс топор, готовый отсечь руку У Фаню.
У Фань в панике заорал:
— Брат Цзюнь ждёт признания, да скажи ты уже! Ты украл у него деньги? Спал с его женой? Признавайся быстрее, не тяни меня за собой!...С его жизненным опытом только такое и приходило в голову.
— Так тебе и надо! — злорадно бросила Цзэн Тунтун, сверкая глазами.
И в этот миг меня осенило. Я понял, чего ждёт Хун Вэйцзюнь.
Я тут же закричал:
— Я Ли Ху! Тот самый Ли Ху, который убил Лао Фу!
Топор замер на полпути.
В коридоре повисла тишина. Все удивлённо уставились на меня. Хун Вэйцзюнь медленно повернул голову, на губах играла едва заметная улыбка.
— Ли Ху, ты спятил? Готов на себя всё что угодно повесить? Ты убил Лао Фу? Да кишка тонка! — Цзэн Тунтун явно вспомнила слова Вэй Ляна о том, что Хун Вэйцзюнь ищет убийцу по имени Ли Ху. Но она не верила, что это я, думала, я просто набиваю себе цену, поэтому не сдержалась и съязвила.
Я не обращал на неё внимания, не сводя глаз с Хун Вэйцзюня.
— Наконец-то ты признался, — улыбнулся он.
—...Ради этого Брат Цзюнь устроил целый спектакль, — я стиснул зубы, начиная понимать суть происходящего.
— Заходи. Поговорим. — Хун Вэйцзюнь бросил топор и направился в комнату, где пил чай.
Я с трудом поднялся на ноги.
Цзэн Тунтун застыла в оцепенении, совершенно сбитая с толку.
У Фань смотрел на меня широко раскрытыми глазами, не в силах поверить услышанному.
— Сюрприз? Не ждала? — я криво усмехнулся Цзэн Тунтун и пошёл в комнату.
— Закрой дверь, — бросил Хун Вэйцзюнь, уже устроившись у балкона.
Я закрыл дверь и подошёл к нему.
— Садись, — он указал на кресло напротив.
Поколебавшись, я сел.
У окна стоял чайный столик, по бокам — плетёные кресла ручной работы, изящные и добротные. Хун Вэйцзюнь взял чайник, ошпарил чашки, заварил свежий чай. Аромат поплыл по комнате, успокаивая нервы.
— Пей, — мягко сказал он. Властность и грозный вид исчезли, теперь он казался добрым дядюшкой.
Но я знал: это маска. Такие крупные бандиты — мастера перевоплощения. Улыбаются — словно весенний ветерок, а разозлятся — родную мать не пожалеют.
Я молча взял чашку и сделал глоток.
Я не знал, что он задумал, но и спрашивать не спешил.
Он сам скажет. Иначе зачем этот цирк?
И действительно, отпив чая, Хун Вэйцзюнь заговорил:
— Я давно тебя ищу. Беда в том, что людей по имени Ли Ху много. Проверил нескольких — не те. Только когда подрезали Вэй Ляна, а Тунтун схватили, я обратил на тебя внимание. Пробил твою биографию... И правда: сбил ноги в поисках, а нашёл без труда!
Я продолжал молчать.
Хун Вэйцзюнь, колдуя над чаем, продолжил:
— Расспросил Тунтун и узнал, что вы с Вэй Ляном уже пересекались, но ты тогда не признался, что убил Лао Фу. Дело, для которого ты мне нужен, требует дерзости и характера. Я не знал, какой ты на самом деле, поэтому устроил эту проверку. Похитил А-Фа, чтобы посмотреть на твою реакцию... Во-первых, заставить тебя раскрыться, во-вторых, проверить твои способности. Хм, неплохо. Ты меня не разочаровал! В Сянсяне мало молодых, кто рискнул бы сюда ворваться. Даже если бы вы сегодня потеряли по руке, выйдя отсюда, прославились бы на весь уезд. На кусок хлеба с такой репутацией всегда заработаешь.
Бандиты бывают разные, но все они живут за счёт имени и жестокости.
Неважно, берёшь ли ты подряды, открываешь своё дело или просто ешь на халяву — без имени ты никто.
Но Хун Вэйцзюнь говорил много, а к сути так и не перешёл.
Я не выдержал:
— Что вам от меня нужно?
http://tl.rulate.ru/book/158754/9754417
Готово:
