Глава 4. Первый шаг
— О да-а-а... — протянул Таичи, выходя из рамменной и похлопывая себя по набитому животу. — Теучи-сан — волшебник. Теперь я понимаю Наруто. Ради этого бульона можно и душу продать.
Добравшись до дома, он рухнул на кровать и, сытый и довольный, мгновенно провалился в сон.
Сон был странным. Таичи стоял посреди выжженной пустоши.
Перед ним возвышалась фигура в красных доспехах с длинными черными волосами.
— Из всех, с кем я сражался, — прогремел голос, от которого дрожала земля, — ты — сильнейший! Ты круче Хаширамы!
— Я? — удивился Таичи.
— Давай! Танцуй! — взревел Мадара (а это был он). — Развлеки меня!
— Танцевать? Я тебе сейчас станцую! — Таичи почувствовал прилив невероятной силы. — Получай мой коронный удар! НОГА БОГА!
Он размахнулся и со всей дури пнул Мадару в лицо.
Бам!
— А-а-а-а-а! Твою ж мать!
Таичи проснулся на полу, сжимая пульсирующую голень. Мадара исчез, а вместо его лица была ножка тяжелой дубовой кровати.
— Приснится же такое... — простонал он, катаясь по полу. На глазах выступили слезы. — Танцор диско, блин.
Кое-как поднявшись, он осмотрел ногу. Синяк уже наливался фиолетовым, но кость была цела.
В этот момент в дверь постучали.
Тук-тук-тук.
— Таичи! Ты дома? Это дядя Окава!
Окава? Таичи напряг память. Ах да, Окава — сослуживец родителей, джонин. Говорят, отец Таичи однажды прикрыл его от верной смерти. С тех пор этот шумный мужик взял шефство над сиротой. Правда, видел его Таичи редко — война и миссии не давали покоя.
— Иду! — крикнул он, ковыляя к двери.
На пороге стоял высокий мужчина со шрамом на щеке и широкой улыбкой.
— Сюрприз! Я верн... Ого, боец, что с ногой? — улыбка мгновенно исчезла, сменившись суровым прищуром. — Кто тебя тронул? Говори имя, я из него отбивную сделаю!
— Спокойно, дядя Окава, — поморщился Таичи. — Это я во сне с Мадарой дрался и кровати проиграл.
— А-а, — Окава расхохотался, хлопнув себя по бедру. — А я уж думал, кто-то обидел крестника! Но ты помни: если кто косо посмотрит — сразу ко мне. Понял?
— Понял, понял. Ты чего пришел-то?
— Миссию закрыл, пару дней выходных дали. Вспомнил, что у тебя сегодня первый день в Академии. Хотел проводить, да не успел. Прости, брат.
В его глазах читалась искренняя вина. Таичи почувствовал укол совести за свой цинизм. В этом жестоком мире, где люди мрут как мухи, этот мужик реально о нем заботился.
— Забей, дядя. Ты пришел, и это главное. Живой, здоровый?
— Я? Пф-ф! Я же элита! В честь праздника — я угощаю! Идем в якинику (барбекю)! Мясо за мой счет!
— О! Вот это разговор! Я как раз проголодался (да, рамен уже переварился)!
Таичи быстро натянул штаны, стараясь не тревожить ушиб, и они вышли.
В ресторане Окава заказал гору мяса. Мраморная говядина шипела на решетке, источая аромат, от которого кружилась голова. Жир капал на угли, вспыхивая веселыми огоньками.
Они ели молча, работая челюстями как жерновами. Когда первый голод был утолен, Окава откинулся на спинку стула и налил себе саке.
— Пока я в деревне, можешь обращаться по любым вопросам. Тренировки, советы — всё, что нужно.
— Слушай, дядя Окава... — Таичи прожевал кусок мяса. — А научи меня крутой технике извлечения чакры? Я не хочу быть как все, хочу сразу мощную, джонинскую!
Окава поперхнулся саке и снова расхохотался:
— "Джонинскую"? Парень, кто тебе наплел эту чушь? Техника извлечения чакры одна для всех. Это база.
— Как так? — Таичи мастерски изобразил разочарование (актерская школа прошлой жизни не прошла даром). — А почему тогда Узумаки или Сенджу такие монстры, а мы, простые смертные, с трудом на "клона" наскребаем?
Окава посерьезнел.
— Всё дело в «сосуде», Таичи. Представь ведро и бочку. Техника — это черпак. Ты черпаешь из себя энергию. У Узумаки внутри целый океан жизненной силы, у них тела выносливее, каналы шире. А у обычных людей... ну, ведро. Это генетика, кровь.
— Значит... — Таичи опустил голову, глядя в тарелку. Голос его дрогнул. — Значит, мне ничего не светит? Я обречен быть слабаком, потому что не родился в великом клане? Зачем тогда вообще стараться?
Он давил на жалость. Жестоко, но эффективно. Окава, увидев поникшего ребенка, засуетился.
— Эй, ну ты чего! Не вешай нос! Кровь — это не приговор! Посмотри на Орочимару-сама! Сирота, никаких особых генов, а стал Саннином, гением! Упорный труд бьет талант, если талант не трудится! Ты сын своих родителей, а они были героями!
Таичи знал правду. В мире Наруто «труд» Рока Ли — это исключение, подтверждающее правило. Но ему нужно было, чтобы Окава чувствовал ответственность.
— Правда? Ты думаешь, у меня получится?
— Зуб даю! — Окава стукнул кулаком по столу. — Ты станешь великим!
— Тогда... Научи меня извлекать чакру прямо сейчас! — Таичи вскинул голову, глаза горели (наигранным) энтузиазмом. — Не хочу ждать завтрашнего урока! Хочу начать сегодня!
Окава растаял.
— Вот это настрой! Узнаю породу! Доедай, и идем ко мне. У меня есть свитки. Сегодня ты сделаешь первый шаг!
— Ура! Ты лучший, дядя Окава!
Таичи мысленно потер руки. План сработал. Индивидуальный урок от джонина — это вам не скучная лекция в классе.
http://tl.rulate.ru/book/158753/9757750
Готово:
Отсталые китайцы со своей культивацией, нет никакой техники извлечения чакры )) ее очаг чакры генерирует