Гарри Поттер сказал:
— Раз мистер Лукас тоже попадает в Слизерин, значит, Слизерин и вправду самый сильный факультет!
Драко ответил:
— Ещё бы! Слизерин ведь признан сильнейшим!
Гарри почесал голову:
— А я тоже могу попасть в Слизерин?
Драко кивнул:
— Конечно можешь, Гарри! Обязательно иди в Слизерин. Тогда нас поселят в одной комнате, и мы будем держаться вместе.
Гарри спросил:
— А что надо сделать? Вступительные формы какие-то заполнить?
Драко снова почесал голову:
— Не знаю. Церемония распределения в Хогвартсе – тайна за семью печатями.
Я спрашивал у родителей, но они мне ничего не рассказали.
Ходят слухи, что эта церемония пугающая: будто надо сразиться с троллем.
Драко невольно передёрнулся от одной мысли.
Гарри Поттер уточнил:
— Тролль? А кто это вообще?
Драко уже собирался объяснить, как вдруг рядом с ними раздался голос:
— Тролль – это тёмное существо с крайне низким интеллектом, но невероятной силой.
Взрослый тролль способен, полагаясь лишь на физическое тело, выдержать большинство заклинаний.
Драко и Гарри обернулись на звук.
Перед ними стояла девочка с взъерошенными светлыми волосами.
Лукас открыл глаза.
Отлично. Перед ними Гермиона версии Эммы.
Гермиона протянула руку:
— Привет! Я Гермиона Грейнджер, тоже первокурсница Хогвартса!
Драко и Гарри обменялись взглядами.
Драко подал руку:
— Драко. Драко Малфой.
Гермиона коротко пожала руку.
— Здравствуй.
У Драко дёрнулся уголок рта.
Откуда взялась такая невежда? Малфой, ты хоть понимаешь, что это имя значит?
Гарри вежливо протянул руку.
— Привет, я Гарри Поттер.
Глаза Гермионы вспыхнули:
— Гарри Поттер? Я читала о тебе! Говорят, ты положил конец тёмной эпохе, ты – спаситель магического мира!
Гарри неловко почесал голову:
— Я толком не знаю, что сделал, но все почему-то так говорят.
Гермиона наклонила голову:
— Вероятно. Хотя ты выглядишь… довольно обычно.
Прекрасно. Одно предложение Гермионы – и Гарри Поттер моментально впал в уныние.
Лукас в который раз недоумевал: как вообще такая девочка могла попасть в Гриффиндор?
И как так вышло, что она не ученица Снейпа?
Правда, без шуток – если бы хоть один из её родителей был волшебником, её бы непременно распределили в Слизерин.
Такой острый язык – прямо копия Снейпа.
Гарри опустил голову: ребёнку стало по-настоящему не по себе.
Драко, видя, как его товарища это задело, тут же вмешался.
— Что за чушь ты несёшь? Никто не говорил тебе, что так говорить невежливо?
Резкий выпад Драко застал Гермиону врасплох.
Она вздрогнула, но быстро осознала, что действительно вела себя невоспитанно.
Впрочем, Гермиона и подошла-то лишь для того, чтобы разузнать побольше о магическом мире.
А ещё она с детства привыкла быть лучшей.
Теперь же, попав в незнакомую среду, чувствовала растерянность и скрытую тревогу.
Дети такие: чем сильнее тревога, тем больше хочется казаться уверенным.
Гермиона выпрямилась, демонстративно выпятив грудь.
— Признаю, я сказала лишнее. Готова извиниться перед Гарри Поттером. Но с какой стати ты указываешь мне на это?
Лицо Драко мгновенно потемнело. — Чёрт… Ты осмелилась грубить мне, ты, чертова…
Но закончить он не успел.
Внезапно по спине пробежал холодок.
Драко обернулся.
Лукас уже смотрел на него открытыми глазами.
— Малфой, если произнесёшь это слово, сам знаешь, чем всё кончится. Не забывай, за что я тебя первый раз вогнал в землю лицом вниз.
Драко сразу вспомнил своё печальное знакомство с кулаками Лукаса.
А уж если Лукас зовёт его по фамилии – значит, действительно зол.
Драко поспешно отвернулся:
— Прости, Лукас, я не хотел! Просто вспылил!
Лукас холодно фыркнул:
— Я же говорил тебе, Драко, не позволяй эмоциям управлять тобой. Надеюсь, больше такого не повторится.
Драко торопливо закивал.
Гарри, чтобы разрядить напряжение, вмешался:
— Всё, хватит ссориться! Драко, мисс Грейнджер ведь не совсем не права. Я и вправду самый обычный.
Гермиона мельком взглянула на Лукаса.
Интуитивно она почувствовала: этот парень совсем не тот, за кого себя выдаёт.
Гермиона тихо поклонилась Гарри:
— Простите, мистер Поттер. Я не со зла, просто вырвалось. Надеюсь, вы не сердитесь.
Гарри поспешил ответить:
— Всё нормально, мисс Грейнджер. Я не в обиде.
Драко, увидев, что Гермиона извинилась, не стал больше спорить.
Он фыркнул, отвернулся, кипя от злости, но сдержался – подходящего повода для выплеска не находилось.
И тут его взгляд случайно встретился с чьим-то другим.
— Чего уставился?
Рон Уизли, до этого спокойно наблюдавший со стороны, растерялся.
Как так получилось, что теперь придираются к нему?
Ну серьёзно, братан, это что вообще было? Я-то ведь просто стоял…
Лукас нехотя перевёл взгляд в сторону Рона.
Эта рыжая шевелюра Уизли бросалась в глаза, как курица среди журавлей – невозможно не заметить.
Все они, конечно, ещё дети.
Но Лукас уже тогда думал: бедные родители.
Про себя он вовсе не задумывался – по сравнению с ним, Драко и остальные были настоящие пай-мальчики.
Лукас ведь, если уж за что-то брался, то делал это по-крупному.
Украсть Книгу доступа, подшутить над Распределяющей шляпой…
Или, скажем, устроить переполох с проходом на платформу девять и три четверти.
Да, такие дела Лукас считал серьёзными.
Все молодые и горячие – но он всегда шёл ва-банк.
Рон, конечно, не выдержал и, набравшись храбрости, резко выпалил:
— А тебе какое дело, на кого я смотрю?
Голос звучал жёстко, но дрожал от страха.
Очевидно, мальчишка перепугался до смерти.
Что ж, вполне соответствовало образу единственного трусоватого мышонка из клана хищников.
Никчёмный, бесполезный.
Если бы не рыжие волосы, типичные для семьи Уизли, Лукас мог бы подумать, что его перепутали при рождении с сыном Питера Хвоста – если, конечно, у того вообще был сын.
Да уж, пустое место… трусливый, жалкий, а ещё смелится лезть в споры.
Самолюбив, завистлив.
Если семья Уизли – позор чистокровных родов, то этот Рон – позор даже для самой семьи Уизли.
У Лукаса неплохо ладились отношения с двойняшками, но Рона он презирал настолько, что не готов был давать ему ни малейшей поблажки даже ради них. Такой человек – недостоин!
http://tl.rulate.ru/book/158693/9720139
Готово:
