Глава 4. Возвращение в клан
Спустя три дня измотанный отряд добрался до лагеря Южного легиона.
Та засада в хижине обернулась блестящей контратакой Учиха. Единственным минусом было то, что Нара Кенске, скользкий тип, сумел улизнуть.
По прибытии Учиха Хикоичи составил два рапорта.
Первый — официальный, для командующего легионом Учиха Рея.
Второй — тайный, лично для главы клана, касающийся Кёсуке.
Игнорировать это было нельзя. Семилетка с Шаринганом — это аномалия. В истории клана, передающейся из уст в уста, таких прецедентов не было.
Как с этим поступит глава — не его, Хикоичи, дело.
Прошла неделя.
Рана на боку затянулась, и Кёсуке начал систематические тренировки.
Да, Система позволяла купить всё: техники, додзюцу, улучшения. Даже то, что он уже знал, можно было «прокачать» за очки.
Но это не значило, что можно лежать на печи.
Например, поднятие кендзюцу до 2-го уровня стоило 100 очков. Но если он тренировался сам, махал мечом до седьмого пота, цена в магазине начинала падать.
Личные усилия работали как скидочный купон.
Учитывая, что он был слаб и фармить очки на врагах пока не мог, приходилось пахать по старинке.
Его усердие не осталось незамеченным.
В одно утро, едва он проснулся, пришел вестовой: командующий вызывает.
— Началось, — кивнул Кёсуке.
В лагере живет вундеркинд, а амбициозный Учиха Рей до сих пор молчал? Это было бы странно, учитывая его виды на трон главы.
Пока он шёл к штабной палатке, соплеменники приветливо кивали ему, кто-то даже хлопал по плечу.
Раньше он был для них пустым местом. Теперь он — «тот самый малый с Глазами».
«Информация утекла быстро. Никто и не пытался её скрыть», — отметил Кёсуке, сохраняя каменное выражение лица.
У шатра он остановился. Вежливо поклонился часовым и замер в ожидании.
Он не стал вламываться внутрь. Учиха Рей — монстр уровня Главы Клана. Он чувствует чакру за сто метров. Он знает, что Кёсуке здесь.
Ожидание — это тест. И способ показать уважение. Кёсуке всем своим видом говорил: «Я знаю своё место, я соблюдаю правила».
Для власть имущих управляемость подчиненного порой важнее его таланта.
Спустя десять минут изнутри донесся властный голос:
— Входи.
Внутри пахло чернилами и старой тканью. За массивным столом сидел мужчина лет сорока, с жестким лицом и цепким взглядом. Учиха Рей.
— Явился, — он медленно отложил свиток и поднял глаза на мальчика. В них плясали странные искры. — Много я о тебе слышал в последние дни.
Кёсуке молчал. Золотое правило общения с начальством: не говори, пока не спросят.
— Пробудить кровь в семь лет… Редкость. Я рад, что в моем легионе появился такой самородок.
— Служу клану и вам, господин, — четко отчеканил Кёсуке.
Это была правильная фраза. Рей был здесь царем и богом.
— Ха-ха-ха! — командующий рассмеялся, явно довольный ответом. Но затем его лицо стало серьёзным. — Жаль, но тебе придётся нас покинуть. Ненадолго.
— С таким талантом клан захочет взять тебя под личную опеку.
Рей сделал паузу, его улыбка стала тонкой и опасной:
— Впрочем, не думай, что в тылу безопаснее, чем здесь. Наш глубокоуважаемый Глава… скажем так, не отличается широтой души.
Он бросил на стол запечатанный конверт.
— Конвой уже готов. Передашь это письмо лично Таджиме.
— Понял. Разрешите идти? — Кёсуке поклонился и, пятясь, вышел.
Уже через час он трясся в повозке в окружении охраны.
В голове крутился разговор в палатке.
«Рей открыто намекнул на вражду с Таджимой. Он прощупывал меня».
Если бы Кёсуке был фанатиком Таджимы, он бы донёс на Рея. А так, Рей дал понять: если в столице станет жарко, в Южном легионе для него всегда найдутся место и защита.
— Старые лисы, — хмыкнул мальчик.
...
Неделя пути — и вот они уже на землях главной ветви Учиха.
Сначала пошли деревни простолюдинов. Чтобы клан процветал, нужны тысячи крестьян, которые пашут, сеют и растят скот. Учиха не берут в руки мотыги.
И, что важнее, крестьяне нужны для размножения.
Чистота крови — это хорошо, но если все будут жениться только на кузинах, через сто лет клан выродится в сборище уродов. Побочные ветви часто брали жен извне.
Кёсуке это одобрял. Гены Индры настолько мощные, что перебьют любую примесь. Главное — количество бойцов.
— Глава очень беспокоится о тебе, — сказал командир конвоя, заметив, что мальчик задумался. — Весь клан ждёт возвращения героя.
Этот парень всю дорогу промывал Кёсуке мозги, расписывая величие Таджимы.
«Если бы я был Наруто, я бы, может, и повёлся», — подумал Кёсуке.
Но он помнил аниме. И видел реальность. Таджима производил впечатление жестокого, узколобого тирана. Даже его сыновья его не особо жаловали.
Рей так легко отпустил Кёсуке, потому что знал: пацан всё равно вернется. Таджима сделает всё, чтобы оттолкнуть от себя талантливого ребенка.
— С такой репутацией удивительно, как его свои же не прирезали во сне, — пробормотал Кёсуке.
Вскоре показались ворота поместья Главы.
Там его уже ждали.
Учиха Таджима.
И мальчик с прической, похожей на взрыв на макаронной фабрике.
Учиха Мадара!
http://tl.rulate.ru/book/158652/9750621
Готово:
