Задетая за живое гордость братьев ещё не успела утихнуть, как их внимание переключилось. Впереди, под сенью деревьев, они заметили россыпь сухих веток и уже приготовились с радостными криками броситься на сбор добычи.
Однако Цинь Яо остановила их, велев вернуться и следовать за ней в гору.
Лесок у подножия, где обычно собирали хворост деревенские жители, был безопасным местом, населённым лишь мелкими зверьками. Под присмотром взрослого детям здесь ничего не грозило.
Далан и Эрлан переглянулись с недоумением, но послушно побрели за мачехой вверх по склону.
Добравшись до середины горы, Цинь Яо выбрала густой участок леса. Она бросила моток верёвки на землю, велела братьям ждать на небольшой ровной поляне, а сама, перехватив поудобнее тесак, нырнула в чащу.
Первым делом она срубила две подходящие ветки с развилками и смастерила для Далана треугольную раму-переноску. Закончив с этим, она углубилась в лес и принялась за заготовку дров.
Двигалась она с невероятной скоростью. Ветки толщиной с детскую руку одна за другой вылетали из кустов, падая на поляну. Вскоре там выросла внушительная гора хвороста.
Далан и Эрлан восторженно переглянулись: «Сколько дров!»
Но радость быстро сменилась недоумением. Этого было слишком много.
«Наверное, мачеха решила нарубить про запас, а потом будет таскать домой частями», — решили они.
Однако Цинь Яо удивила их снова. Она собрала всю эту кучу, которую даже крепкому мужчине пришлось бы носить в два захода, связала в две гигантские охапки, выбрала самую прочную палку в качестве коромысла и... просто подняла всё это на плечи.
Сделав пару пробных шагов, она нахмурилась: «Легковато». Недолго думая, она вытащила ещё несколько веток из кучи Далана и добавила к своей ноше. Только теперь, удовлетворённо кивнув, она скомандовала братьям взвалить на плечи их собственные ноши и выдвигаться домой.
Далан никогда раньше не видел такой треугольной рамы. Деревенские обычно просто связывали хворост в пучки и тащили на спине, а те, кто посильнее — на коромысле. Использование рогатины было для него в новинку.
Видя замешательство пасынка, Цинь Яо опустила свою ношу, подняла раму и аккуратно устроила её на хрупком плече мальчика, показав, как придерживать нижние концы руками.
Десяток цзинь дров, давившие раньше одной точкой, теперь распределились по всему плечу. Далан с удивлением обнаружил, что нести стало гораздо легче.
В корзине Эрлана лежал мелкий хворост, который Цинь Яо нарубила заранее для растопки. Выглядело это объёмно, но весило всего восемь-девять цзинь — вполне по силам второму сыну.
— Идти сможете? — спросила Цинь Яо.
Братья синхронно кивнули, их сердца переполняла радость от богатой добычи.
Особенно их впечатляли две огромные связки дров на плечах мачехи. В их глазах читалась смесь шока и восхищения. Они никогда не видели, чтобы кто-то — даже мужчины в деревне — носил больше, чем их мачеха!
• • •
Троица спустилась с горы и направилась к дому через деревенские поля.
Первое, что привлекло внимание работающих крестьян, был необычный способ переноски дров у Далана. Когда они подошли ближе, люди разглядели простую конструкцию из рогатины и поперечины, которая позволяла мальчику легко нести груз, превышающий обычную связку.
«Почему мы сами до этого не додумались?» — читалось в их взглядах. Это же так просто: две ветки, перекладина — и плечам сразу легче.
Но вскоре их внимание переключилось на нечто более удивительное — две гигантские, самодвижущиеся горы хвороста.
Одна такая связка была равна двум обычным мужским ношам. Общий вес этого груза навскидку составлял не меньше двухсот пятидесяти — двухсот шестидесяти цзинь.
— Ох ты ж! Разве это не новая жена Лю Цзи?
Присмотревшись, жители обнаружили, что между двумя копнами дров действительно есть человек. Просто из-за хрупкого телосложения женщину почти не было видно за её ношей.
Ещё большим шоком стало осознание того, что этим «муравьём-тяжеловесом» была та самая тихая Цинь Яо.
— Откуда в ней такая силища?!
Крестьяне, побросав мотыги, с отвисшими челюстями провожали взглядами странную процессию, пока та не скрылась из виду. Только тогда они смогли закрыть рты.
Новость о том, что Лю Цзи женился на «женщине-богатыре», мгновенно разлетелась по деревне.
К вечеру, когда Цинь Яо повела четверых детей к деревенскому колодцу продавать сандалии, за ней уже прочно закрепилось прозвище «Могучая Ятха»!
В это время дня, когда полевые работы были закончены, а до ужина оставалось ещё немного времени, жители любили собираться у колодца, чтобы передохнуть и поболтать. Народу здесь всегда было много.
Дети, игравшие под большим деревом у колодца, увидев приближение Цинь Яо, с визгом «А-а-а!» бросились врассыпную, прячась за спины родителей и бабушек. Оттуда они со страхом и любопытством разглядывали новую деревенскую легенду.
Цинь Яо лишь иронично приподняла бровь. Как удачно! Испуганная детвора освободила ей самое лучшее торговое место.
— Раскладывайтесь, — скомандовала она, кивнув на пустое место под деревом своей «Wi-Fi команде» из четырёх детей, выстроившихся по росту.
Саньлан и Сынян расстелили на земле старую циновку, принесённую из дома.
Далан и Эрлан сняли с плеч связки сандалий и аккуратно разложили все десять пар.
Цинь Яо поправила товар и установила перед импровизированным прилавком деревянную табличку, на которой углём были выведены крупные чёрные иероглифы:
【Сандалии: 3 монеты за пару!】
Она отряхнула руки. Готово.
Несмотря на страх перед «Могучей Ятхой», любопытство пересилило, и жители начали потихоньку стягиваться к дереву, желая узнать, что затеяло это семейство.
Правда, прочитать надпись смогли немногие — большинство узнали только цифры «три» и «один».
Цинь Яо хлопнула Эрлана по плечу. За последние дни она заметила, что у этого пацана самая толстая кожа и меньше всего комплексов.
Эрлан сделал шаг вперёд, набрал полную грудь воздуха и заорал во всё горло:
— Продаются сандалии! Три монеты за пару! Пара за три монеты! Всего три монеты, и мастерски сплетённая обувь станет вашей! Уносите домой!
От этого внезапного вопля толпа вздрогнула, но, поняв суть, люди расслабились. А, так это просто торговля.
Эрлан, войдя в раж, продолжал надрываться:
— Три монеты! Вы не купите убыток, вы не купите обман! Всего три монеты за комфорт и прочность! Нет денег — меняем на вещи!
Цена в три монеты была результатом тщательного анализа рынка, который провела Цинь Яо, основываясь на уровне жизни в деревне и стоимости вчерашнего обмена на овощи.
Как и ожидалось, цена показалась людям привлекательной, а возможность бартера — ещё более заманчивой.
Хотя ещё минуту назад они шептались о «Ятхе», это были лишь сплетни. Дешевизна и практичность товара перевесили страх.
Сандалии были расходным материалом в каждом доме. Видя старания Эрлана, две женщины присели на корточки перед прилавком.
Сынян тут же схватила пару обуви и протянула её потенциальным покупательницам:
— Тётушка Чжоу, моя мама делает отличные сандалии! Купите пару, пожалуйста!
Цинь Яо удивилась. Она считала Сынян робкой и прилипчивой, а та оказалась прирождённым маркетологом.
Раз уж дети так старались, Цинь Яо, как взрослая, не могла оставаться в стороне. Натянув на лицо самую дружелюбную улыбку, она начала расхваливать свой товар, объясняя, насколько прочно сплетены эти сандалии и сколько труда в них вложено.
Женщина, которую Сынян назвала тётушкой Чжоу, повертела обувь в руках. Сандалии действительно были добротными, плетение плотным, да и размер подходил её мужу. Мужики сейчас много работали в поле, обувь горела на ногах, и старые как раз развалились.
— Госпожа Цинь, если я возьму две пары, уступишь немного? — с надеждой спросила она.
Цинь Яо ответила без колебаний:
— Договорились. В честь почину — две пары за пять монет.
Получив скидку, тётушка Чжоу просияла. Она отложила выбранные пары и, велев Цинь Яо ждать, побежала домой за деньгами.
Вскоре она вернулась, трижды пересчитала пять монет, прежде чем отдать их, и радостно унесла покупку.
Первая сделка состоялась! Да ещё и сразу две пары! Лица всех четверых детей озарились улыбками.
Эрлан заорал с удвоенной энергией. Сынян, пользуясь своим обаянием маленькой девочки, активно предлагала товар, пуская в ход милые глазки и жалобный голосок. Она целенаправленно выбирала тётушек, быстро смекнув, что именно у женщин в этой деревне хранятся деньги.
Саньлан, глядя на храбрость сестры, тоже набрался смелости. Он подошёл к прохожему и тихонько спросил:
— Нужны сандалии? Купите пару, пожалуйста.
Благодаря командной работе близнецов ушла ещё одна пара. Дети с восторгом посмотрели на Цинь Яо, ожидая похвалы.
Хотя они были одеты в латаные-перелатаные одежды, их лица были чисто умыты, а волосы аккуратно собраны в пучки, что делало их похожими на маленьких кукол и вызывало симпатию.
Торговля пошла бойко. Кто-то принёс из дома лишнюю посуду — пять грубых фарфоровых мисок с небольшими сколами были обменяны на пару обуви. Какая-то бабушка принесла три яйца и тоже ушла с обновкой.
Незаметно стемнело. Жители разошлись по домам ужинать, и под деревом осталась только Цинь Яо с детьми, которые с горящими глазами пересчитывали сегодняшнюю добычу.
• • •
http://tl.rulate.ru/book/158556/9684644
alex1678 (ветеран рулейта/формирование ядра)
30 января 2026 в 17:29
0
Userkod1278 (переводчик/заложение основ)
11 февраля 2026 в 18:28
0
Готово:
