Запах табачного дыма и дешевого алкоголя уже заставил Шисуи поморщиться от дискомфорта, поэтому он ни секунды не колебался, услышав предложение Хане.
Казалось, его пятки смазали салом — так быстро он исчез. На лице мальчика читалась лишь чистая радость от того, что ему на халяву перепала целая тысяча рё, и в этом выражении не осталось ни следа от суровой сдержанности шиноби.
Хане перевел взгляд на женщину, сидевшую напротив. Золотистые волосы, собранные в высокий хвост, карие глаза, темно-зеленая накидка на плечах и фигура, способная свести с ума любого мужчину.
— Господа, не возражаете, если я присоединюсь?
Из-за пазухи появилась пачка серо-зеленых купюр. Ровно сто тысяч рё.
Глаза дилера загорелись алчным огнем. Без тени сомнения он тут же шагнул вперед, принимая деньги обеими руками, и расплылся в лучезарной улыбка:
— Разумеется! Чем больше народу, тем веселее игра!
Остальные игроки, увидев чистый, неопытный взгляд юноши, естественно, не стали возражать. К тому же, на одежде гостя красовался герб клана Учиха.
Великий клан, богатеи!
Возможно, к ним забрела очередная жирная овечка, которую можно остричь!
Хане шагнул вперед, совершенно игнорируя слегка нахмуренные брови Легендарной Куноичи. Сделав вид, что не узнал её, он опустился на стул рядом.
Все фишки, выданные дилером, он одним движением сдвинул в центр стола.
— Сто тысяч рё. Я в игре.
...
Спустя полчаса.
Цунаде вылетела из казино, сжимая в руке кувшин саке и яростно отшвырнув дверную занавеску.
Ее изящные ступни, обутые в босоножки на невысоком каблуке, с силой впечатывались в землю.
Пыль взлетала в воздух.
Пальцы ног с ярко-красным педикюром мгновенно покрылись сероватым налетом. Из кувшина выплеснулось несколько капель вина, упав на дорогу.
— Невезуха!
— Это все ты! — Она резко обернулась. — Это ты, паршивец, высосал всю удачу Старухи!
Хане состроил невинное лицо, пряча за пазуху заметно распухший кошелек.
— Госпожа Цунаде, пить можно сколько угодно, а вот словами разбрасываться не стоит.
— Пф-ф!
Женщина фыркнула, запрокинула голову, осушая кувшин одним глотком, швырнула пустую тару в ближайшую урну и зашагала прочь широким шагом.
Но, пройдя всего несколько метров, ее фигура внезапно замерла. Она развернулась ровно на сто восемьдесят градусов и снова нависла над Хане.
— Мелкий, ты сегодня столько выиграл, так что просто обязан угостить меня хорошим ужином!
...
Некоторое время спустя.
В отдельной комнате барбекю-ресторана.
Цунаде откинулась на подушки, небрежно раскинув руки в стороны. Где тот вид человека, который только что проигрался в пух и прах?
— Говорю тебе, в этот раз я просто взяла с собой мало денег. У меня предчувствие, что в следующем раунде я точно отыграюсь! Верну и основную сумму, и проценты!
Ее властная манера поведения заставляла думать, что перед вами генерал, отдающий приказы на передовой, а не заядлый лудоман.
Даже пара белоснежных, округлых и пышных форм вздымалась в такт ее экспрессивным движениям, грозя вырваться на свободу.
Поддавшись инстинктивной реакции, Хане мельком скользнул взглядом по этому «великолепию».
Но тут же быстро отвел глаза.
Ему совершенно не хотелось испытать на себе вкус кулака внучки Первого Хокаге. А вот против всего остального он бы не возражал.
После нескольких перемен блюд и напитков они насытились.
Цунаде накинула плащ на плечи, лениво подперла подбородок рукой. Ее щеки порозовели от алкоголя, а взгляд подернулся дымкой:
— Ладно, выкладывай. Зачем ты пришел ко мне?
— Если тебя прислал старик, можешь уходить.
Хане отставил в сторону суп от похмелья:
— Змеиный Саннин посоветовал мне обратиться к вам.
— Орочимару посоветовал? — Цунаде на секунду замерла, затем продолжила: — Ты ранен?
Юноша кивнул:
— Как и ожидалось от госпожи Цунаде, вы сразу догадались.
Принцесса Слизней взяла пузырек с лекарством, который протянул ей Учиха, и вытряхнула на ладонь маленькую синюю пилюлю.
Не говоря ни слова, она отправила ее прямиком в рот. Прикрыв глаза, она распробовала вкус.
— Это препарат для подавления чакры. Ты отравлен?
Хане честно описал свои симптомы.
— С таким ядом действительно трудно бороться, вот только...
Цунаде посмотрела в окно, и в ее взгляде промелькнуло чувство вины.
— Госпожа Цунаде, не говорите мне, что вы так увлеклись казино, что до сих пор не завершили ту технику?
— Вовсе нет! — Она хлопнула ладонью по столу и вскочила. То ли от стыда, то ли от игры света, румянец на ее щеках, казалось, стал гуще.
— Просто она еще не была протестирована на людях, и я не уверена на сто процентов...
Голос женщины постепенно становился все тише, словно кто-то выкручивал ручку громкости на минимум.
Причину этого Хане знал и без слов.
Гемофобия.
Даже если «Техника Извлечения Тонкой Болезни» не требовала вида крови, Цунаде все равно не могла не вспоминать те ужасные сцены.
— Ничего страшного. В крайнем случае, я стану первым подопытным.
Хане произнес это беспечно, даже лениво отхлебнув еще супа.
— Я с тобой не шучу, — Цунаде уперлась руками в стол, подавшись вперед и глядя прямо в глаза юноше. — Если операция провалится, в худшем случае ты умрешь, в лучшем — останешься калекой со скрытым недугом и, возможно, проведешь остаток жизни в постели.
— Пока ты регулярно принимаешь это лекарство, даже с подавленной чакрой ты можешь оставаться шиноби. Зачем так рисковать ради лечения?
Будь это обычный токсин, Цунаде была бы уверена в себе. Но Хане отравлен нейротоксином, а нервная система — самая сложная структура в человеческом теле. Даже она не могла дать гарантий.
Но следующий ответ Хане превзошел все ожидания Саннина.
Молодой человек поднял голову. Его темные, сияющие глаза встретились с взглядом Цунаде с непоколебимой решимостью.
— Потому что я — шиноби Конохи.
— Вы должны прекрасно понимать, что нынешний мир продлится недолго.
— Если война вспыхнет снова, кто-то всегда должен сделать шаг вперед.
На этот раз Хане не использовал уважительных обращений. Он говорил с ней как равный, как шиноби Конохи с шиноби Конохи.
Руки Цунаде, лежащие на деревянном столе, невольно сжались в кулаки, алые ногти впились в ладони. Хвост, переброшенный через плечо, слегка дрогнул.
«Да, кто-то всегда должен сделать шаг вперед...»
Никто не произнес ни слова. Воздух стал тяжелым и плотным.
Слышно было лишь потрескивание углей в жаровне посреди стола.
Тук, тук, тук.
Раздался медленный, ритмичный стук. Из-за двери послышался голос Шисуи:
— Старший брат, ты там с госпожой Цунаде?
— Входи.
Цунаде увидела, как на лице Хане появилась искренняя, мягкая улыбка. Точно такое же выражение лица она когда-то видела у Наваки.
— Вы тут мясо едите и меня не зовете? А я, между прочим, купил еды для тебя и госпожи Цунаде.
Шисуи вгрызался в жареного кальмара, держа в правой руке пакет с двумя порциями побольше. Он посмотрел на Хане с притворной обидой.
— Ха-ха, прости, прости, — Хане принял пакет, достал шпажку с кальмаром и протянул ее женщине.
А затем привычным жестом взъерошил волосы Шисуи.
— Заказывай, что хочешь, угли еще горячие.
— Брат, мои волосы — это не салфетка!
Двое братьев некоторое время смеялись и шутили. Вскоре Шисуи нахмурился, вытаскивая салфетки одну за другой и пытаясь оттереть голову.
— Черт, не отмывается.
— Ничего, вернемся — примешь душ.
Наблюдая за этой сценой, Цунаде почувствовала, как уголки ее губ ползут вверх.
В то же время она молча приняла решение.
«В любом случае, мне не нужно видеть кровь. Я — Принцесса Слизней. Старуха не побоялась яда Ханзо, так что какой-то нейротоксин мне не страшен!»
http://tl.rulate.ru/book/158458/9709919
Готово:
