После Стихии Молнии Какаши продолжил эксперименты с четырьмя природными свойствами чакры: Ветром, Водой, Огнем и Землей.
К сожалению, на данный момент он в совершенстве овладел преобразованием природы и формы только для двух стихий: Молнии и Земли. Однако чакра Стихии Земли не подходила для атак с использованием Белого Клыка.
Хотя чакру Ветра, Воды и Огня тоже можно было проводить через клинок, как и Молнию, из-за личных ограничений Какаши их мощь значительно уступала его основной стихии.
Глядя на Белый Клык в своей руке, Какаши решил в ближайшее время сосредоточиться на изучении преобразования природы и формы Стихии Ветра.
Эта стихия идеально подходила для использования с оружием ниндзя. В оригинальной истории, когда Наруто тренировал Расенсюрикен, он с помощью Асумы анализировал характеристики чакры Ветра.
Разрезание.
Если бы у него был наставник-мастер, Какаши смог бы завершить освоение Стихии Ветра с максимальной скоростью. Но кто в Конохе мастер Стихии Ветра?… Данзо Шимура?
«Об этом не может быть и речи».
Вспомнив человека, одержимого титулом Хокаге, Какаши тут же отбросил этот вариант.
— Я ухожу, Гай, — Какаши махнул рукой Майто Гаю, который проводил интенсивную тренировку неподалеку.
— О! Давай, Какаши! — громко отозвался тот. — Мне осталось пятьсот отжиманий до тысячи! А потом еще тысяча приседаний!
— …Тогда удачи.
Какаши, уже привыкший к подобному, убрал Белый Клык и в одиночестве покинул полигон.
— Ууууу! Неся ожидания моего лучшего друга, я никогда не разочарую Какаши! Гори! Моя юность! Бушуй! Мой боевой дух!
Эмоциональное колебание Майто Гая +1.
Чакра +1%.
Слушая страстный рев Майто Гая, доносящийся с тренировочной площадки за спиной, Какаши лишь молча почесал затылок.
«По сравнению с Гаем, не слишком ли я ленив?»
Впрочем, почувствовав, что в теле осталась еще половина резерва чакры, Какаши отказался от мысли продолжать тренировку с приятелем. На фоне Майто Гая любой покажется вялым и ленивым.
Лучи заходящего солнца падали на лицо Какаши сквозь пятнистые тени придорожных деревьев. Он поднял голову и увидел фигуру, приземлившуюся прямо перед ним.
— Какаши, послание от Хокаге, — спокойно произнес прибывший в маске АНБУ.
— А, я понял.
Какаши кивнул и сменил направление, направившись к Зданию Хокаге.
«Что еще могло случиться?»
С легким беспокойством в сердце он немного ускорил шаг.
Беспрепятственно добравшись до кабинета Хокаге, Какаши посмотрел на полуприкрытую дверь. Он уже собирался постучать, когда изнутри донесся усталый голос Хирузена Сарутоби:
— Войдите.
Какаши толкнул дверь.
Хирузен Сарутоби, как обычно, сидел в кресле Хокаге, но его лицо выглядело куда более утомленным, чем помнил Какаши.
— Ты пришел. Садись, — Хирузен указал на диван рядом с собой, глядя на юношу, на которого возлагал большие надежды.
— Хокаге-сама, я вам зачем-то понадобился?
Какаши взглянул на чайный столик перед собой: кто-то был здесь совсем недавно. На поверхности все еще оставались влажные следы от чая.
— Джирайя вернется в Коноху сегодня вечером. И тогда, Какаши, вы с ним отправитесь на миссию.
Услышав это, Какаши прищурился.
Джирайя и он сам… Джирайя был главной боевой силой Конохи после Хирузена Сарутоби. Какая миссия требовала участия одного из Саннинов?
— Ты помнишь Учиха Мумей, о которой тебя ранее просил разузнать Учиха Фугаку? — негромко спросил Хирузен Сарутоби.
Сердце Какаши пропустило удар. Неужели…
— Верно. Когда Джирайя вернется в Коноху, он возглавит команду из четырех человек: Абураме Широ, Хьюга Хизаши и тебя. Ваша цель – выяснить, была ли сломана печать Учиха Мумей.
Заметив, как изменилось лицо Какаши, Хирузен понял, что тот уже догадался.
Учиха Мумей…
— Если печать цела, то, естественно, не нужно предпринимать ничего лишнего, — продолжил Хокаге. — Но если печать сломана, это означает, что таинственный человек в маске, скорее всего, и есть Учиха Мумей под прикрытием.
Слушая слова Хирузена Сарутоби, Какаши втайне подумал, что это довольно хлопотно. Но, учитывая, что его будет сопровождать Джирайя, даже если Какаши не горел желанием выполнять эту миссию, он решил плыть по течению.
Он был учеником Минато Намиказе, Минато был учеником Джирайи, а Джирайя – учеником Хирузена Сарутоби.
К тому же Какаши как раз подумывал об изучении преобразования природы и формы чакры Ветра, а Джирайя был отличным кандидатом в наставники.
Впрочем, если Какаши хотел завершить освоение всех пяти природных свойств чакры, то сидящий перед ним Хирузен Сарутоби был бы лучшим учителем.
Старик, как и Какаши, обладал всеми пятью свойствами чакры и был чрезвычайно искусен во всех пяти стихиях. Он даже объединил их, обойдя проблему взаимного подавления элементов, и создал Стихию Пыли: Технику Отделения Примитивного Мира.
— Что такое? Есть еще вопросы? — спросил Хирузен Сарутоби, потирая усталые глаза.
— Ну, я тут подумал… — Какаши посмотрел на Хокаге и быстро изложил свои мысли.
— Ты действительно хочешь завершить преобразование природы и формы для всех пяти стихий? — с некоторым удивлением посмотрел на него старик.
— Именно так. Я успешно провел Чидори через Белый Клык, тем самым обойдя слабость, которая изначально требовала наличия Шарингана для безопасного использования этой техники, — серьезно ответил Какаши.
— Вот как…
Хирузен Сарутоби посмотрел на него с восхищением. После гибели Минато Намиказе, ухода Цунаде и вероятного освобождения Учиха Мумей, он наконец-то услышал хорошие новости, которые принесли ему некоторое облегчение.
Можно лишь сказать, что Какаши – это действительно Какаши. Он был истинным гением, ставшим джонином в двенадцать лет.
— Давай так: сегодня вечером я попрошу Джирайю передать тебе обучающие материалы по Пяти Стихиям.
Хирузен Сарутоби без усилий решил проблему, с которой столкнулся Какаши. Вот оно – преимущество связей и поддержки.
— Спасибо, Хокаге-сама! — с благодарностью произнес Какаши.
— Между нами нет нужды в таких формальностях. Если бы Минато был здесь, он наверняка поступил бы так же.
Хирузен Сарутоби покачал головой, встал и посмотрел в окно на деревню.
С момента нападения Девятихвостого прошло больше полмесяца. Коноха была почти полностью восстановлена, и казалось, что боль прошлого исчезла с течением времени. Но это была лишь видимость. За одну ночь Коноха потеряла не только Четвертого Хокаге, но и множество элиты, выжившей на полях войны.
Кажущийся мир в Конохе в этот момент был всего лишь иллюзией. Как же трудно забыть боль, въевшуюся в самые кости.
http://tl.rulate.ru/book/158182/9523791
Готово:
