— Госпожа, всё же положите на лоб полотенце, а то останутся красные следы — и весь обман выйдет наружу!
Му Янь сочла, что горничная права, и только после того, как подложила полотенце, осмелилась приложить грелку. Помолчав немного, она добавила:
— А-ма, идите домой. Я даю вам два дня отпуска. Ни в коем случае не возвращайтесь.
Горничная понимающе кивнула — она прекрасно уловила намёк Му Янь — и тактично произнесла:
— Госпожа, держитесь! А-ма уходит!
Му Янь улеглась на кровать с грелкой на лбу и стала ждать возвращения Лу Шаочэня. Она была до предела напряжена. Каким бы то ни было способом, она обязательно должна была его удержать.
Когда Лу Шаочэнь вернулся, он открыл дверь, но горничной не увидел — в холле и гостиной не было ни души. Нахмурившись, он бросил портфель на диван и направился наверх.
Звук шагов на лестнице разбудил уже клевавшую носом Му Янь. В панике она схватила грелку с лба и, не зная, куда её спрятать, просто сунула под подушку.
Затем немедленно легла и притворилась больной.
Лу Шаочэнь вошёл в спальню и увидел Му Янь, лежащую на кровати. Подойдя ближе, он склонился над ней.
Му Янь медленно приоткрыла глаза и, завидев его, не смогла скрыть радости. Приоткрыв рот, она нарочито слабым голосом прошептала:
— Ты пришёл? Я уже думала, ты не захочешь меня видеть…
Её чёрные глаза тут же наполнились слезами, и она смотрела на него так жалобно и трогательно, что Лу Шаочэню стало неловко.
Он сел на край кровати и коснулся её лба — тот действительно горел.
— Очень горячо! Если температура не спадёт, повезу тебя в больницу.
С этими словами он потянулся, чтобы откинуть одеяло и поднять её.
Му Янь в ужасе вцепилась в край одеяла и поспешно выпалила:
— Боюсь запаха лекарств в больнице! Не хочу туда идти.
Лу Шаочэнь пристально посмотрел на неё. В её взгляде читалась мольба, и он снова сдался. С бесстрастным лицом и холодным тоном он произнёс:
— Прими лекарство. Сначала сбей жар.
Му Янь никак не могла принять таблетку — ведь она же не больна! Внутри у неё всё сжалось от тревоги, и она лихорадочно искала повод для отказа.
Лу Шаочэнь уже достал жаропонижающее из аптечки и налил стакан воды.
— Прими, — коротко бросил он.
Му Янь не протянула руку. Под его пристальным взглядом в голове у неё вдруг зазвенело — и она нашла идеальный предлог.
— Я не могу пить лекарства… Я беременна. А вдруг оно навредит ребёнку?
...
Уголки глаз Лу Шаочэня слегка дёрнулись. Казалось, он сам себе вырыл глубокую яму!
Му Янь отказывалась от таблеток, а Лу Шаочэнь не мог прямо сказать: «Ты ведь не беременна».
Они молча смотрели друг на друга, каждый со своими мыслями.
Лу Шаочэнь отвёл взгляд, встал и зашёл в ванную. Вернувшись, он держал в руках тазик с водой.
Поставив его на тумбочку, он взял полотенце, отжал и аккуратно положил на лоб Му Янь.
— Так, наверное, тебе станет легче, — равнодушно произнёс он.
Му Янь внешне выглядела жалкой и несчастной, но внутри всё кипело от тревоги.
Если он будет так часто менять компресс, её лоб скоро остынет — и обман раскроется!
Прошло пять минут, и Лу Шаочэнь снова заменил полотенце на свежее.
Несмотря ни на что, Му Янь наслаждалась его заботой. Сейчас ей нужно было смириться и постараться наладить с ним отношения. Она не хотела, чтобы он продолжал обращаться с ней ледяной отстранённостью.
— Ты всё ещё злишься на меня? — тихо спросила она, глядя на него с тревогой.
— Отдыхай. Поменьше говори, — уклончиво ответил Лу Шаочэнь, избегая прямого ответа.
Му Янь видела, как постепенно спадает жар с её лба, а Лу Шаочэнь так и не смягчился. Внутри у неё всё сжималось от отчаяния и напряжения.
— Ты так и не простишь меня? Я знаю, я капризная, безрассудная, непослушная… Но ведь каждый ошибается! Главное — вовремя исправиться, и ещё не всё потеряно, — выпалила она.
Взгляд Лу Шаочэня потемнел.
— А если я снова насильно поцелую тебя, сорву с тебя одежду… и сделаю что-нибудь ещё хуже? Ты всё равно будешь просить у меня прощения?
...
Му Янь нервно дёрнула уголками губ и не смогла ответить.
Увидев её молчание, Лу Шаочэнь встал.
— Пойду принесу градусник, измерим температуру, — сухо сказал он и вышел.
Как только он спустился вниз, Му Янь тут же вытащила грелку из-под подушки и снова приложила к лбу, пытаясь восстановить жар.
Лу Шаочэнь вскоре вернулся с градусником. Увидев, что Му Янь по-прежнему лежит, бледная и вялая, он снова коснулся её лба — всё ещё горячий.
«Не сойдёт ли у неё с ума от такой температуры?» — мелькнуло у него в голове.
Он помахал градусником и сказал:
— Открой рот.
— Под мышку! — слабо возразила Му Янь. — Там точнее.
Лу Шаочэнь нахмурился, но передал ей градусник.
Му Янь зажала его под мышкой и начала думать, как бы отвлечь Лу Шаочэня, чтобы приложить градусник к грелке.
Она притворилась, будто клонится ко сну, то закрывая, то открывая глаза.
Лу Шаочэнь, глядя на неё, подумал: «Как только уснёт — сразу в больницу».
— Мне есть хочется… Свари, пожалуйста, немного каши, — жалобно попросила Му Янь.
Лу Шаочэнь посмотрел в её глаза — те, которым невозможно было отказать, — и кивнул.
Как только он вышел, Му Янь тут же вытащила градусник и прижала его к грелке, дожидаясь, пока столбик поднимется.
Но Лу Шаочэнь, спустившись лишь на пару ступенек, вдруг вспомнил, что забыл посмотреть показания. Он развернулся и вернулся в спальню.
Дверь была приоткрыта. Он вошёл — и увидел, как Му Янь держит градусник и грелку, явно чего-то ожидая.
Всё стало ясно. Лицо Лу Шаочэня потемнело.
Он прислонился к косяку, скрестил руки на груди и холодно произнёс:
— Ну что, готово?
Рука Му Янь, державшая грелку, дрогнула. Весь её организм словно застыл от этих слов.
Медленно подняв голову, она посмотрела на него и натянуто улыбнулась.
Лу Шаочэнь бросил на неё последний взгляд и развернулся, чтобы уйти.
«Смешно! Я так переживал, бросил всё и приехал… А она разыгрывает болезнь, чтобы обмануть меня!»
Сердце Му Янь сжалось. Она вскочила с кровати и бросилась за ним.
Но в спешке, боясь, что он больше никогда не заговорит с ней, она оступилась на лестнице.
Её тело потеряло равновесие, и она покатилась вниз по ступеням.
— А-а-а!
Лу Шаочэнь обернулся как раз в тот момент, когда Му Янь начала падать.
Его сердце на мгновение остановилось, дыхание перехватило.
Он мгновенно развернулся и, на лету поймав её, не дал упасть на следующий пролёт.
— Ты как? Ушиблась? Где болит? Говори! — закричал он, весь в тревоге.
У Му Янь всё тело будто развалилось на части, голова кружилась. Но, глядя в его глубокие глаза, полные беспокойства, и слыша, как дрожит его голос от страха за неё, она поняла: он всё ещё заботится о ней!
Забыв о боли, она бросилась ему в объятия и, всхлипывая, прошептала:
— Не бросай меня… Не игнорируй… Не отстраняйся… У меня есть только ты! Если даже ты отвернёшься — мне будет так одиноко…
Все эти дни она думала только о нём, он занимал все её мысли.
Она спрашивала себя: что будет с её миром, если не станет Лу Шаочэня?
Без него она наверняка растеряется, заблудится — и даже забудет, как её зовут.
Лу Шаочэнь на мгновение замер, а потом обнял её.
Она уже столько раз подавала ему повод помириться… Пора было и ему остановиться.
Он похлопал её по плечу и серьёзно спросил:
— Больше не будешь убегать с Гу Хаоянем?
— Никогда! Пусть всё это останется в прошлом! — твёрдо ответила Му Янь, прижимаясь к нему.
— Значит, наши отношения сохраняются?
— Конечно!
— Тогда напиши мне объяснительную записку и гарантийное обязательство объёмом не менее пятисот слов, — с лёгкой усмешкой добавил Лу Шаочэнь. — Только послушные девочки заслуживают любви.
...
Му Янь покорно кивнула. Пришлось смириться перед такой «тиранией». Лу Шаочэнь — настоящий юрист: договоры, условия, обязательства… Жизнь рядом с ним — сплошные юридические формальности!
Тем не менее, Лу Шаочэнь всё же повёз Му Янь в больницу — на всякий случай.
Му Янь не хотела выходить на улицу. Боялась, что её узнают. Ведь в эти дни весь свет обсуждал историю с Лу Чэнчэнь, и теперь вся знать считала её коварной змеёй.
Из никому не известной женщины она превратилась в знаменитость — только не ту, о которой мечтают!
Лу Шаочэнь мрачно смотрел, как Му Янь, словно воришка, натягивает шарф, надевает шляпу и тёмные очки, оглядываясь по сторонам и крадучись к выходу.
Он молчал. Боялся, что, заговори он сейчас, начнёт её так поливать, что не оставит камня на камне.
В больнице Му Янь попросила Лу Шаочэня идти первым — боялась, что кто-нибудь заметит их связь.
Лицо Лу Шаочэня потемнело, но он ничего не сказал и направился внутрь, чтобы оформить приём и оплатить всё.
В кабинете травматолога Му Янь, прячась за странным нарядом, последовала за ним.
— У вас что-то болит? — спросил врач, удивлённо глядя на её маскировку.
Му Янь сняла шарф и, склонившись над столом, тихо ответила:
— Я упала с лестницы. Всё тело болит. Посмотрите, не повредила ли кости.
— Где именно болит? — спросил врач, вставая, чтобы осмотреть её.
Но Лу Шаочэнь тут же перехватил руку врача.
— Мы не экономим. Сделайте полный рентген всего тела, — холодно произнёс он.
Врач замер, уловив ледяной блеск в глазах Лу Шаочэня, и смущённо убрал руку.
Получив направление, Лу Шаочэнь пошёл оплачивать, а Му Янь осталась ждать в кабинете.
Вспомнив кое-что, она снова склонилась над столом и тихо спросила:
— Доктор, скажите… Если упасть с лестницы, можно ли потерять ребёнка? Я ведь упала с самого верха, прокатилась до второго этажа… но ни капли крови нет. Это странно! Вспомните, как Лу Чэнчэнь упала в аэропорту — чуть не выкидыш…
— Э-э… Вы уверены, что беременны?
Му Янь серьёзно кивнула:
— Конечно! УЗИ делали именно здесь, в вашей больнице.
Именно в этот момент Лу Шаочэнь вернулся и услышал их разговор о беременности.
Он подошёл, сжал её руку и сказал:
— Пойдём. Пока мало людей, сделаем снимки.
— Я ещё не закончила спрашивать! Ты…
Лу Шаочэнь не дал ей договорить и вывел из кабинета.
Му Янь сердито на него покосилась. Она хотела ещё спросить, прошёл ли её рак желудка — ведь в последнее время совсем не болело.
Но Лу Шаочэнь не желал слушать её «вопросы» и потащил на рентген.
Обследование затянулось на три часа. Наконец, с полным пакетом снимков они вернулись к врачу.
— Ничего серьёзного! — улыбнулся доктор, изучив результаты. — Лёгкое сотрясение мозга — видимо, ударилась при падении. Отдыхайте несколько дней, не перенапрягайтесь.
Му Янь облегчённо выдохнула, но тут же спросила:
— Я прошла полное обследование… Вы можете сказать, как себя чувствует мой рак желудка — улучшается или ухудшается? По телевизору говорят, что на последней стадии рака боль невыносимая, и обязательно нужна химиотерапия. А у меня вообще не болит!
Врач натянуто улыбнулся, ещё раз пересмотрел все анализы — и ничего подобного не нашёл. «Откуда у неё вообще взялся рак?» — недоумевал он.
http://tl.rulate.ru/book/157698/9377645
Готово:
