Лу Шаочэнь стоял у двери, достал сигарету, прикурил и, прислонившись к колонне, молча затянулся.
В этот момент он думал: «Та глупышка, наверное, сидит в машине и плачет! Да уж, дурочка!»
Тан Инцзин, воспользовавшись предлогом выйти в туалет, покинула зал и, увидев Лу Шаочэня курящим у входа, невольно перевела дух.
Она подошла к нему и, стараясь говорить как можно мягче, произнесла:
— Шаочэнь, ты же всё видел? Му Янь по-прежнему…
— Что хочешь сказать? Что Му Янь до сих пор не может забыть Гу Хаояня? — Лу Шаочэнь сделал глубокую затяжку и медленно выпустил дым.
— А разве не так? Му Янь любит Гу Хаояня. Отпусти её уже! — Тан Инцзин пристально посмотрела на него, говоря совершенно серьёзно.
— Видишь искру на конце сигареты? Она способна обжечь кожу. Но я всё равно… потушу её. — Лу Шаочэнь придавил тлеющий кончик пальцами, несмотря на жгучую боль.
— Шаочэнь! — резко повысила голос Тан Инцзин.
Она поняла его намёк. Он всегда относился к Му Янь со всей серьёзностью, и именно эта серьёзность вызывала в ней безумную ревность. Кто поймёт её бессилие?
Ещё в школе она отдала ему всё своё девичье сердце. Весь старший корпус знал, что она его девушка. А он?
Он использовал её лишь как прикрытие — только потому, что Му Янь посмеялась над ним, сказав, будто у него нет девушки.
Она так его любила, что даже готова была отказаться от любимой специальности и вместо этого изучать скучное и сухое право.
Она так его любила, что готова была пожертвовать собственным достоинством, играя роль его девушки, становясь инструментом в его детских обидах на Му Янь.
Она всегда была гордой, но ради него снова и снова отказывалась от себя. И что с того?
Он никогда её не любил, даже когда она изо всех сил старалась быть идеальной «подружкой».
Поэтому три года назад…
Она первой бросила его — в гневе за то, что он не замечал её чувств, — и вскоре после этого вышла замуж за Лу Цзычэня.
Тан Инцзин думала, что теперь он хотя бы обратит на неё внимание. Но нет.
Его совершенно не волновало, что она бросила его. Ему было всё равно, с кем она встречается. И даже когда она стала его невесткой, он не проявил ни малейшего интереса.
Сердце её внезапно сжалось от боли. Наконец она собралась с духом и задала тот самый вопрос, который так долго не решалась озвучить:
— Шаочэнь, а ты хоть раз… испытывал ко мне хоть каплю чувств?
Лу Шаочэнь бросил на неё короткий взгляд, затем перевёл глаза вдаль и равнодушно ответил:
— Раз уж решила выходить замуж за Лу Цзычэня, будь хорошей женой.
С этими словами он направился к парковке.
Тан Инцзин инстинктивно схватила его за руку и, с надеждой глядя в глаза, осторожно спросила:
— Скажи только одно слово — что не хочешь, чтобы я выходила за Лу Цзычэня, — и я не выйду. Я буду ждать тебя. Всю жизнь буду ждать.
Лу Шаочэнь незаметно освободил руку и спокойно произнёс:
— Не мучай себя.
— Шаочэнь, разве ты совсем… совсем ничего не чувствовал ко мне? — Тан Инцзин упрямо не отводила взгляда.
— Нет!
Эти два слова окончательно разрушили её. Она застыла на месте, словно лёд пронзил каждую клеточку её тела.
Вот оно — настоящее одностороннее чувство. Как же больно!
Прежде чем отправиться к своей машине, Лу Шаочэнь зашёл в супермаркет. Не найдя любимого Му Янь мороженого с маття, он купил клубничное «Аргентинское».
Подойдя к своему автомобилю, он, как и ожидал, увидел её — раскрасневшуюся, с заплаканными глазами.
Он сел в машину и протянул ей мороженое:
— Ешь.
Му Янь робко взяла мороженое и попыталась оправдаться:
— Я не плакала! Просто песчинка попала в глаз, вот и слёзы выступили.
— Понятно, — кивнул Лу Шаочэнь, наблюдая за её серьёзной миной.
— Мне правда больно было! — всхлипнула Му Янь.
— Знаю.
— Я…
Не успела она договорить, как Лу Шаочэнь резко притянул её к себе и тихо сказал:
— Больно, да? Я рядом. Если больно — я подую. Если плачешь — я вытру слёзы. А если больно и плакать хочется одновременно — кусай меня. Пусть и я узнаю, что такое «плакать от боли».
— Ууууу… Лу Шаочэнь! Не уходи от меня! — Му Янь крепко обняла его. Ведь только он в этом мире относится к ней по-настоящему хорошо, и именно поэтому она боится, что он исчезнет из её жизни.
— Эх… плачешь ужасно некрасиво! Жаль моего дорогого костюма.
— Уааааа!
Му Янь плакала до тех пор, пока плечо Лу Шаочэня не стало мокрым от слёз и соплей. Выплакавшись вдоволь, она с довольным видом принялась есть мороженое.
Лу Шаочэнь тяжело вздохнул. Похоже, мороженое и вправду лучшее лекарство от душевных ран.
После слёз Му Янь вновь наполнилась энергией: жизнь продолжалась, еда по-прежнему вкусна, а эфиры — обязательны.
В этот день ей позвонил отец и пригласил вместе с Лу Шаочэнем поужинать в доме Му. Му Янь сразу же согласилась.
Она быстро собралась и поехала в офис Лу Шаочэня.
На перекрёстке, у светофора, внезапно из-за угла выскочил пожилой мужчина. Му Янь испугалась и резко нажала на тормоз, но…
Старик уже лежал на земле.
Сердце Му Янь заколотилось. Она поспешно вышла из машины, подбежала к нему и, опустившись на колени, легонько потрясла за плечо:
— Дедушка? Дедушка? Очнитесь!
Несколько раз потрясла — без реакции. Му Янь ещё больше разволновалась, с трудом подняла его и торопливо заговорила:
— Дедушка, я отвезу вас в больницу!
— Ай-яй-яй… Ой-ой-ой… — старик тут же «пришёл в себя» и начал стонать.
Му Янь немного успокоилась, но всё равно обеспокоенно спросила:
— Дедушка, вам где-то больно? Сейчас же повезу вас в больницу!
— Нет-нет! Девушка, вы, наверное, спешите. Просто дайте мне немного денег, я сам пойду к врачу.
— Как можно?! Я ведь сбила вас — обязана отвезти в больницу. Вставайте, пожалуйста, проверимся, и мне будет спокойнее.
Му Янь не подозревала о «подставах», поэтому искренне переживала.
— Девушка, мне и самому удобнее будет, если я пойду один. Вам возиться со мной — лишняя хлопота, — внутренне ликовал старик, радуясь, что попался такой наивный «лох».
Эту сцену заметил проезжавший мимо Гу Хаоянь. Он велел ассистенту остановить машину и вышел.
Когда Гу Хаоянь подошёл, Му Янь всё ещё уговаривала старика поехать в больницу и даже не заметила его появления.
Гу Хаоянь вытащил из кошелька несколько купюр и, бросив их старику, свысока произнёс:
— Этого хватит? Теперь проваливай!
Му Янь подняла глаза и слегка опешила.
Старик подобрал деньги и уже собирался уходить, но Му Янь вырвала купюры из его рук.
Без единого слова она вернула деньги Гу Хаояню, затем повернулась к старику:
— Дедушка, я всё равно отвезу вас в больницу.
— Девушка, я сам…
— Янь, разве ты не понимаешь, что это подстава? Зачем упрямиться? Если можно решить всё деньгами, зачем отказываться? — Гу Хаоянь нахмурился, совершенно не понимая её.
Му Янь на мгновение замерла. Внутри всё перевернулось.
Она не знала, как теперь смотреть на этого мужчину — того самого, о ком мечтала все эти годы, — который появился перед ней самым грубым и жестоким образом, полностью разрушив их прошлое своим деспотичным решением.
Что ей теперь до него?
Она развернулась и холодно сказала:
— Даже если это подстава, мне не нужны твои деньги!
— Янь, ты…
— Мне не нужна твоя помощь! У меня есть муж! Он сам всё решит! — перебила его Му Янь, сохраняя спокойствие.
Эти слова задели Гу Хаояня за живое. Он шагнул вперёд, схватил её за руку и, глядя пронзительным, полным угрозы взглядом, разъярённо процедил:
— Что ты сказала? Муж? Хочешь сказать, что я ношу рога и даже не замечаю этого?
Му Янь пыталась вырваться, злясь всё больше:
— Смешно! Кто ты такой, чтобы я тебе изменяла? Не унижай моего вкуса — я не слепая!
Гу Хаоянь кипел от ярости. Ведь они договорились — она должна была ждать его! А кто нарушил обещание? Кто вышла замуж? И теперь ещё смела отрекаться от всего, что было между ними!
— Идём со мной! — он потащил её за собой, решив показать ей последствия предательства.
— Отпусти! Отпусти меня! — Му Янь изо всех сил пыталась вырваться. Она ненавидела его и не хотела его видеть.
Старик, увидев, что они собираются уйти, завопил:
— А деньги?! Хоть бы заплатили!
Гу Хаоянь швырнул ему купюры и продолжил тащить Му Янь.
Она чувствовала себя униженной. Её ногти впивались в его ладонь, и, когда они добрались до его машины, она увидела группу полицейских на мотоциклах, проезжающих мимо.
— Полиция! Он меня похитил! Помогите! — закричала она.
Лу Шаочэнь получил звонок из участка и сразу же поехал туда.
Зайдя в отделение, он увидел Му Янь, ссутулившуюся на стуле и вяло отвечающую на вопросы офицера.
Лу Шаочэнь подошёл к женщине-полицейскому и строго произнёс:
— Здравствуйте. Я Лу Шаочэнь, адвокат и законный представитель Му Янь.
Полицейская подняла глаза и, увидев знаменитого юриста, не смогла скрыть восхищения. Её суровое лицо смягчилось, голос стал мягким:
— Ах, господин Лу! Очень приятно!
В юридических кругах Лу Шаочэнь был настоящей легендой. Его имя наводило ужас на чиновников: благодаря одному делу о коррупции он отправил под следствие целый ряд высокопоставленных лиц в Наньчэне. Теперь любой политик, встретив его, либо кланялся, либо поспешно ретировался.
Му Янь недовольно фыркнула, наблюдая за тем, как стражница порядка превратилась из строгой служащей в влюблённую девчонку.
«Только что орала, а теперь — как школьница! Профессионализм где?»
— Можно мне поговорить с моей доверительницей? — Лу Шаочэнь вежливо улыбнулся, хотя улыбка была явно натянутой.
Полицейская восторженно закивала.
Лу Шаочэнь сел напротив Му Янь и требовательно спросил:
— Расскажи, что случилось.
Му Янь робко взглянула на него, нервно теребя пальцы:
— Сегодня папа позвонил и попросил нас с тобой приехать на ужин. Я поехала за тобой в контору, но по дороге на перекрёстке выскочил дедушка… Я хотела отвезти его в больницу…
— Главное! — резко оборвал её Лу Шаочэнь, пристально глядя на опущенные глаза.
— Гу Хаоянь попытался увести меня силой. Я не хотела идти с ним, поэтому позвала полицию… и меня привезли сюда, — тихо пробормотала Му Янь, чувствуя себя виноватой.
Взгляд Лу Шаочэня потемнел. Его пальцы начали постукивать по столу — размеренно, но так, что каждый удар отдавался в сердце Му Янь.
Она страшно волновалась, боясь, что он откажется её выручать и оставит в участке на ночь.
Лу Шаочэнь бросил взгляд на её запястье и увидел ярко-красные следы от пальцев Гу Хаояня. Этот вид заставил его сердце сжаться ещё сильнее.
— Хочешь домой? — спросил он почти шёпотом.
— Хочу! Пожалуйста, забери меня отсюда. Не хочу ночевать в полиции, — тревожно ответила Му Янь.
— Будешь слушаться меня?
— Всё, что скажешь!
Лу Шаочэнь встал, бросил на неё строгий взгляд и твёрдо произнёс:
— Значит, будешь делать всё, как я скажу.
Му Янь энергично закивала. Лишь бы выбраться отсюда — она готова была на всё.
http://tl.rulate.ru/book/157698/9377638
Готово:
