В баре старого Джона никогда не было столпотворения, со всем справлялся и сам хозяин.
И всё же он приютил Генри, взяв его на подсобные работы: убирать столы и стулья, подметать пол. А ещё кормил этого обжору три раза в день.
Генри и сам не подозревал, что способен столько есть. Если стейки люди заказывают в унциях, то он сразу в фунтах. Да и с таким аппетитом, что, если бы целого жареного быка поставили перед ним, никто бы не усомнился, что Генри способен его сожрать за один присест.
Картофельное пюре другие едят по тарелке, максимум с брокколи в придачу. Но он был готов за раз умять целый котёл этой свиной еды, которую местные жители и за еду-то не считают.
Наверное, из-за того, что в прежние годы он постоянно недоедал, боялся остаться голодным. И вот теперь, когда появилась возможность, он не мог себя сдержать и отрывался по полной.
Однако старый Джон никогда ничего не говорил по этому поводу. Наелся — и иди работай. Со временем Генри и сам начал чувствовать неловкость.
Кем он был раньше? Пусть он и привык к беспорядочной жизни, понятия о приличиях у него всё же имелись.
Конечно, чтобы отплатить за доброту, Генри старался помогать изо всех сил. Хотя в этом захолустном баре и работы-то почти не было…
Незнакомый язык, благодаря воспоминаниям из прошлой жизни, выучился с невероятной скоростью.
Будь то чтение, письмо или устное общение, всё воспринималось так, словно он использовал родной язык, не нужно было даже мысленно переводить.
Единственное отличие от коренных американцев — акцент и употребление сленга. Но и это быстро сглаживалось по мере общения со старым Джоном и жителями городка.
Генри не пытался скрывать себя, ведь нужно было помогать в баре старого Джона. Даже при такой тихой торговле приходилось сталкиваться с людьми, причём в основном с постоянными клиентами.
В таких местах новичка обязательно должен кто-нибудь представить, иначе будет трудно влиться в местную атмосферу.
Что же касается силы и обострившихся чувств, появившихся у тела после побега из исследовательской лаборатории, то для Генри это не было проблемой.
Опять же, благодаря привычке из прошлой жизни, одним из главных условий комфортного существования для него было снижение собственной заметности.
Конечно, он хотел, чтобы начальник и начальство не обращали на него внимания и просто не забывали выплачивать зарплату каждый месяц.
Поэтому бесшумные движения были для Генри чуть ли не инстинктом.
Даже если его сила увеличилась неизвестно во сколько раз, пока в повседневной жизни он был достаточно осторожен, он не боялся что-либо сломать из-за этой лишней силы и привлечь к себе внимание.
То же самое касалось и обострившихся в несколько раз чувств. Как не видеть, как не слышать — эти навыки притворства въелись ему в кости.
Ему даже не нужно было беспокоиться о том, что обилие поступающей извне информации перегрузит его мозг. Игнорировать лишнюю информацию — это ещё не мастерство, высший пилотаж — отбрасывать и полезную.
Что же касается обоняния, то здесь проблем не было. «Входя в комнату с орхидеями, со временем перестаёшь чувствовать их аромат; входя в лавку с морскими ушками, со временем перестаёшь чувствовать их зловоние». Это ведь изречение, оставленное предками.
Проще говоря, привык — и всё. Теперь просто нос может улавливать больше запахов, чем раньше.
Если вдруг какой-нибудь незнакомый запах ударит в нос, то, независимо от чувствительности обоняния, станет неприятно. Но стоит привыкнуть — и всё будет в порядке.
Ну а вкус… Генри не маленький ребёнок, чтобы тянуть в рот всё, что попадётся под руку.
Более развитый вкус — это просто наслаждение… или мучение, когда ешь что-то невкусное, но это небольшая проблема.
В общем, все эти улучшения, которые демонстрировало его тело, пока он не думал проверять их предел, позволяли ему жить как обычный человек, и это было очень просто.
Что же касается проверки пределов… Зачем это делать?
Важно ли, где находится предел, если он может проявить себя на уровне нормального человека?
Он же не собирается драться с каким-нибудь Пурпурным Таносом, обмениваясь ударами, чтобы выяснить, кто первым упадёт.
Что же касается его происхождения, то Генри не строил никаких догадок. Во-первых, расу Сайян можно исключить, так как у него нет хвоста и он не превращается в огромную обезьяну при виде полной луны.
Затем, он прилетел с другой планеты, хотя внешне и похож на человека, но любит загорать на солнце. И в процессе загара он чувствует, как усиливаются его способности…
Все эти признаки невольно наводят на одну мысль: Супермен. Или, скорее, криптонец.
Чёрт, я что, попал не в тот фильм?
Такой вопрос возник потому, что сам старый Джон и другие жители городка подтвердили, что в этом мире действительно существовал Капитан Америка.
Все достали собранные доказательства и материалы, такие как карточки персонажей Капитана Америки, газетные вырезки и так далее. У старого Джона даже была военная фотография с Капитаном.
Все эти вещи были старые, так что не было сомнений в их подлинности.
Во-вторых, хотя, кроме Капитана Америки, он не слышал ни о каких других знакомых супергероях, в этом мире существовали мутанты, и их было много.
Любовь и ненависть Людей Икс и Братства мутантов часто появлялись в бульварной прессе. А если происходили достаточно громкие события, то о них писали и крупные газеты.
Например, о кубинском кризисе 60-х годов и о египетской войне мутантов в 83-м году, независимо от того, считали ли газеты мутантов угрозой или нет, было опубликовано довольно много репортажей.
До сих пор появляющиеся время от времени поблизости мутанты напоминают о том, что этот мир принадлежит не только обычным людям.
А ещё вампиры и оборотни больше не были просто сказками на ночь или сюжетами для фильмов. Они то и дело создавали зомби и тому подобных монстров, а случаи, когда они уничтожали целые городки, то и дело появлялись в бульварной прессе.
Двойственное отношение правительства США к подобным новостям, когда они то запрещают, то нет, в какой-то степени выражает и другой смысл. Они не хотят поднимать большую шумиху, но и не хотят, чтобы население вообще ничего не знало.
Поэтому из года в год идут споры о запрете оружия, но никакого прогресса нет.
Это не просто «весёлая Америка, стрельба каждый день». Просто этот мир действительно слишком опасен, и если обычным людям даже не разрешат носить оружие, то они будут как цыплята в глазах этих инопланетных существ.
И последнее, но очень важное. Сейчас 1990 год, и Генри находится в неназванном городке, Аляска, США.
Отвечая на этот вопрос, старый Джон необъяснимо добавил в конце «Земля», чтобы уточнить местоположение городка.
Генри не волновало, заметил ли что-нибудь старый Джон, да и старого Джона, по правде говоря, это не особо волновало.
Он ветеран Второй мировой войны, и два его сына погибли во Вьетнаме. У обоих сыновей были жёны, но детей не было.
Старшая невестка рано умерла от болезни. Оставшаяся вторая невестка тоже не выходила на связь, говорят, она вышла замуж во второй раз.
В общем, старый Джон был действительно одиноким человеком, у которого никого не осталось. Поэтому он и держал эту маленькую забегаловку, перебиваясь с хлеба на воду все эти годы.
Он не боялся, что Генри много ест. Просто время от времени напоминал ему, что он не дурак.
Новая книга нуждается в прочтениях, сохранениях и рекомендациях. Спасибо вам~~
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/157265/9368782
Готово:
