Ночь сгущалась.
В густой чаще леса внезапно послышался шорох, и из тени выступила мощная фигура. Человек был одет в серый плащ с капюшоном, под которым виднелась светло-серая кольчуга с кожаными вставками. На руках — коричневые наручи и чёрные перчатки, на поясе — ремни, на ногах — серые кожаные штаны.
Под капюшоном скрывались холодные, безжалостные глаза. Когда он слегка прищурился, его зрачки сузились, как у кошки, превращаясь в вертикальные щели, напоминающие драконьи глаза.
Этот грозный человек, казалось, обладал невероятно острым обонянием. На поясе у него висел мешок, пропитанный тёмно-красной кровью, очертания которого напоминали человеческую голову.
— Запах колдовства.
Воин вытащил длинный меч, присел и осмотрел труп на земле. Его лицо выразило удивление:
— Смерть с одного удара? Франкский топор?
— Работал профессионал.
Он обыскал труп рейнджера и нашёл мешочек с едой — чем-то вроде ячменной муки. Попробовав щепотку, он быстро съел половину, запивая водой из фляги. Затем он вышел из лесу и побежал по просёлочной дороге с невероятной скоростью, намного превосходящей варваров-берсерков, инстинктивно огибая препятствия.
Бешеный бег.
Ловкая фигура остановилась там, где кружили вороны. Положив руку на рукоять меча, он настороженно осмотрелся и присел, словно что-то выискивая.
Но, похоже, ничего не нашёл.
Однако сдаваться он не собирался. Сняв с пояса мешок, он достал жуткую голову с перекошенным лицом и чёрной щетиной. Ударом рукояти меча он расколол череп и извлёк комочек тёмно-жёлтого вещества, похожего на жир. Затем, поколдовав с несколькими склянками, он выпил полученную смесь. Его глаза окончательно превратились в вертикальные драконьи зрачки, и он, следуя невидимым для смертных следам, добрался до реки.
— Королева Воронов — Трисс.
Воин резко повернул голову к стае ворон на дереве неподалёку. С крайне серьёзным выражением лица он пробормотал:
— Не ожидал, что смогу выследить одну из основательниц Ковена Ведьм.
Земля слегка дрогнула.
Вдали послышался топот копыт — похоже, несколько сотен всадников.
Грозная фигура на миг заколебалась, но всё же решила отступить. Его личная сила была велика, но против армии не попрёшь. Троих-пятерых солдат он бы и не заметил, десяток заставил бы попотеть, но столкновение с организованным отрядом грозило окружением и смертью.
А несколько сотен всадников просто растопчут его в лепёшку.
Взошла луна, окрашенная в зловещий бледно-красный цвет.
Караван, бросив груз, гнал лошадей всю ночь и добрался до привала только в полной темноте, когда двигаться стало невозможно.
Дункан не смел расслабляться и лишь дремал, закрыв глаза. Отдохнув всего три часа, на рассвете они снова тронулись в путь. Некоторые раненые впали в кому, их дыхание слабело — неизвестно, сколько они ещё протянут.
Наконец, во второй половине следующего дня вдали показался небольшой городок.
Расспросив местных, они узнали, что добраться до северной провинции Паннония.
Для Дункана бегство длилось три дня, но для остальных беженцев — целых пять. Многие разрыдались от облегчения, осознав, что спаслись.
Охранники отправили командира в город, срочно разыскивая лекаря.
Раны некоторых были перевязаны кое-как и начали гноиться, а командир потерял много крови. Если не помочь ему сейчас, через пару дней можно будет заказывать поминки.
Завоевав северных варваров, Империя переняла часть их культуры.
Травники Северных земель считались лучшими в Империи, их медицина превосходила другие регионы, так как они были наследниками кельтских жрецов — друидов. Хотя кельты ослабели, а Галлия была ассимилирована Империей, их знания о травах сохранились в виде врачевания.
Нынешние варвары, о которых говорила Империя, были в основном германцами. Западные германцы — «цивилизованные варвары», покорённые сотни лет назад и сформировавшие правящую верхушку пяти племён. Северные германцы, жившие в холодных землях, оставались «дикими» и часто совершали набеги на границы.
Было много и других племён, но имперская культура была крайне высокомерной и считала всех соседей варварами.
Сейчас самыми боеспособными наёмниками Империи были франки.
В эпоху расцвета Империя собрала 36 легионов — почти триста тысяч солдат — и завоевала окрестные племена. Именно тогда «цивилизованные варвары» приняли имперскую культуру. При Константине I множество варваров переселилось в пределы Империи, постепенно став костяком армии.
Сегодня большинство боеспособных легионов возглавляли варварские генералы.
Истинная сила Империи — в варварах!
Сотни лет разложения сверху донизу ослабили Империю, лишив её былой амбициозности и доблести.
'Похоже, это параллельная Земля'.
Едва войдя в город, Дункан увидел крест на церкви. Политеизм ушёл в прошлое, государственной религией стало что-то вроде католичества. Охоту на ведьм изначально начала церковь, но сперва не против ведьм, а против всех язычников, включая старых богов.
После Миланского эдикта за сто с лишним лет монотеизм занял господствующее положение. Язычество постепенно исчезло, последние алтари были разрушены.
Наследники жрецов старых богов часто объявлялись колдунами и ведьмами — так и началась ранняя «Охота на ведьм».
По сути, это была зачистка конкурентов под флагом единой веры.
С тех пор слухов о сверхъестественном становилось всё меньше.
Путники нашли постоялый двор.
Здешний мир сильно отличался от Земли в памяти Дункана, но чтобы понять больше, нужно было собрать информацию.
Армагон суетился вокруг, угодливо прислуживая, так что Дункану стало даже неловко. Он кинул ему два серебряных, велев сходить к лекарю — рана на заднице у парня открылась и кровила, а он всё равно бегал как верный пёс.
Дункан уединился в комнате и пересчитал трофеи.
С собой он мог унести немного, в основном деньги. Ещё при Августе в Империи утвердили систему из золотых, серебряных и медных монет. Самым ходовым был серебряный денарий, позже добавили мелкое серебро. Раньше чеканили разные рисунки, но потом стандартизировали: профиль Августа на аверсе, триумфальная арка на реверсе.
6 золотых, 56 серебряных и горсть меди.
Один золотой с рыцаря, три с варваров, два с рейнджеров. Одна монета была с бородатым лицом в короне — возможно, месопотамская.
Серебро в основном денарии, у рейнджеров нашлось немного иностранной мелочи.
Дзынь-дзынь.
Дункан убрал монеты — это всё его состояние.
В городе кормили лучше: сухой хлеб, похожий на багет (родом из Франкии), овощной суп с копчёностями и кусочек колбасы. С проживанием выходило два серебряных в день — покупательная способность серебра была так себе.
Годовое жалованье имперского пехотинца составляло около 225 денариев.
Из-за войн солдатам часто не платили, поэтому желающих умирать за Империю было мало.
'Серебра в монетах маловато, Империи точно хана!'
Дункан повертел монету и бросил в мешочек. В прошлой жизни он не был фанатом Рима, так что пусть разваливается — он даже поможет. Империя держится на варварах, как только те уйдут — всё рухнет в один миг.
Наступила ночь.
Дункан сел медитировать, чтобы войти во «Взгляд Бога» и изучить возможности своего чита.
Он понимал так: его душа привязана к Пространству Измерений, а тело — лишь ключ к реальности. Если носитель умрёт, он снова уснёт в пустоте, возможно, навсегда.
Дункан чувствовал, что его душа всё ещё человеческая, поэтому тело носителя было критически важным инструментом.
Сознание погрузилось в пустоту.
Во «Взгляде Бога» всё население городка было помечено. Самой яркой была метка в соседней комнате — ведьма с черепом над головой, словно бродячий мировой босс.
Другие юниты были разбросаны по карте, много однозвёздочных, был один двухзвёздочный — [Отставной центурион].
Дункан с любопытством изучал город.
Вдруг.
На краю карты появилась яркая золотая метка с тремя звёздами. Человек в плаще с капюшоном, в кольчуге и с мечом за спиной бесшумно перемахнул через частокол и проник в город.
— [Ведьмак (Драконорожденный) (Нейтральный юнит)]!
Ого!
Три золотые звезды сияли ослепительно.
Если судить по меркам Total War, это как минимум элитный юнит, способный в одиночку выкосить отряд солдат. А ведьма в караване — безусловно, геройский юнит, сильнейшее сверхъестественное существо, которое Дункан встречал.
'Похоже, все эти сверхи — нейтралы'.
'Держатся в стороне от мирских дел?'
Дункан присмотрелся: у ведьмака был только один меч, а не стальной и серебряный.
Очень силён!
Парень пробежался по городу в стиле Assassin's Creed: разбег, прыжок, захват карниза, разворот на 180 градусов, подтягивание на силе мышц — и он уже на крыше.
Обычный человек такое не повторит.
Ведьмак приблизился к постоялому двору, но замешкался в переулке. Дункан приблизил камеру и увидел, как тот взвешивает кошелёк, а затем сворачивает в сарай и ложится на сено.
Было около полуночи, платить за ночлег невыгодно. Дункан предположил, что он экономит или хочет наблюдать за округой.
'Денарий обесценился, у ведьмаков туго с деньгами?' — усмехнулся Дункан.
Всё как в Империи.
Из соседней комнаты донёсся шорох. Метка ведьмы двинулась. Она вышла в коридор, постояла, задержалась у двери Дункана, а затем бесшумно направилась к выходу.
'Проследить?'
Ведьма покинула гостиницу, и Дункан, поколебавшись, двинулся следом.
Во «Взгляде Бога» не нужно было подходить близко, главное — держать её в поле зрения карты. Она не должна его заметить.
Дункан управлял персонажем, крадучись следом на дистанции около ста пятидесяти метров.
В сарае на сене ведьмак с тремя звёздами вдруг вскочил.
'Какой острый слух!' — насторожился Дункан.
Но во «Взгляде Бога» он увидел, что ведьмак тоже крадётся следом, держась в пятидесяти метрах, очень осторожно, боясь быть обнаруженным Дунканом.
Получилась цепочка.
Ведьма двигалась абсолютно бесшумно, как призрак. Без чита Дункан её бы не заметил. Ведьмак не смог засечь ведьму, но услышал шаги Дункана и косвенно вышел на её след.
'Куда она идёт?' — удивился Дункан.
Ведьма ушла из города в густой лес. Без «Взгляда Бога» Дункан давно бы её потерял.
Неизвестно, сколько они шли, пока лунный свет не упал на поляну.
Впереди возвышался огромный дуб.
Во «Взгляде Бога» Дункан увидел, как ведьма сняла капюшон, открыв лицо столь прекрасное, что оно казалось неземным, демоническим, словно у суккуба. Её кожа на шее и ключицах сияла фарфоровой белизной, какой не встретишь даже у знатных дам этой эпохи.
— Жрица, спаси меня!
На поляне возник призрачный силуэт прекрасной женщины. Она обрела плоть, выйдя из тени дуба, и упала на колени перед ведьмой, умоляя:
— Спаси меня!
Хм?!
Дункан расширил глаза.
— [Лесная нимфа (Дриада) (Нейтрально)]!
Лесная нимфа из греческих мифов, также известная как дриада. Это младшие природные духи. Они жили на вершинах гор, у источников или в лесах. Они символизировали иррациональную, животную сторону человеческой природы. Легенды гласили, что в каждом дубе живёт дух, и через дриад они передают волю богов людям.
Ещё один сверхъестественный юнит.
Но у неё всего одна звезда, боец из неё так себе.
Ведьма слегка нахмурилась и покачала головой:
— Я не жрица.
— Эпоха жрецов прошла.
Увидев отчаяние на лице дриады, ведьма тихо спросила:
— Какая беда тебя настигла?
Дриада, словно ухватившись за соломинку, горестно воскликнула:
— Охотники на ведьм!
— Церковные охотники.
— Они хотят истребить нас всех!
— Сюда пришёл очень сильный охотник, он не пощадит меня!
— Госпожа, спаси!
Услышав слова дриады, Дункан рефлекторно оглянулся на крадущегося сзади ведьмака. Войдя в лес, Дункан потерял его из виду, отстав на пару сотен метров, но тот, видимо, был мастером слежки и снова нагнал их.
Только он, кажется, ошибся следом: обошёл Дункана и направился прямо к ведьме.
………………
http://tl.rulate.ru/book/157065/9238400
Готово:
