— Расставь людей вокруг Бошана.
— Понял. Тогда отозвать всех следователей, которых мы расставили вокруг бывшей императрицы?
— Нет. Оставь тех, кого отправил. Если Бошан — преступник, он будет следить за передвижениями наших людей.
— Тогда откуда взять людей?
— Убери только тех, кого мы разместили у маркиза Деноа и императора.
Этих следователей они расставили тайно, чтобы никто не заметил.
Формально они поручили это дело наследному принцу, но это было решение, принятое из-за того, что ему нельзя было полностью доверять.
Однако теперь нельзя было тратить людей впустую.
— Сделай маршруты слежки для каждого следователя как можно короче, но увеличь их число.
— Понял.
Отдав приказ, Иан собрался выходить из комнаты.
— Куда ты?
— Собираюсь к советнику Бошану.
— Прямо сейчас?
Приводя в порядок растрёпанную одежду и волосы, Иан сказал.
— Если я пойду и встряхну его, станет ясно, преступник он или нет.
Джек на мгновение удивился внезапному действию Иана, но вскоре кивнул.
Если нагрянуть внезапно и без предупреждения, вор сам себя и выдаст.
— Мне пойти с тобой?
— Жди поблизости. Если Бошан, не дай бог, преступник, то после встречи со мной он сразу же с кем-нибудь свяжется.
— Понял. Я расставлю людей, которых можно мобилизовать немедленно. Если что, я сам вмешаюсь.
Хотя Джек и относился к отношениям Иана с Эстеллой с некоторым неодобрением, саму её он, похоже, не ненавидел, поэтому действовал весьма активно.
Иан остановился и посмотрел на него.
— Спасибо.
Простое прощание.
Джек, смутившись, отвёл взгляд.
— Эта женщина… то есть, баронесса, мне не совсем по душе. Но…
Оборвав фразу, он повернулся и сказал.
— …Встретить в жизни того, кого хочется защищать… это большая удача. Так что ты хотя бы сбереги эту удачу.
Сказав это, Джек, будто устыдившись, вышел из комнаты раньше Иана.
* * *
В то же время, Республика Арти.
Дверь в комнату Бруно распахнулась без стука.
— Что, в порядке, значит?
Это были Геман и Арон, которые только что встречались с Эстеллой.
Бруно, опиравшийся на трость и едва сделавший шаг, цокнул языком.
— Так и не избавились от привычки вести себя как дворовые хулиганы, отдав все манеры собакам.
Арон подошёл к Бруно и поддержал его под руку.
— Вам стало гораздо лучше, командир.
— Это только на вид.
Геман, вальяжно подойдя, плюхнулся на стул рядом с Бруно.
— Хоть бы на вид был в порядке. Если собираешься выслушивать все упрёки Стеллы, то болеть нельзя.
— Геман.
Арон попытался его остановить, но безуспешно. Более того, Геман добавил.
— Туберкулёз там у тебя или что, давай уже, поправляйся. Если тот, кого нужно отругать, будет еле живой, то каково будет тому, кто должен ругаться.
— Поэтому я и стараюсь.
— Старайтесь лучше.
Геман был грубым, но не злым.
Однако, как только речь заходила о «Стелле», он каждый раз начинал язвить Бруно.
Причина была в том, что Бруно был единственным, кто до конца возражал против того, чтобы оставить Стеллу в столице.
Конечно, он возражал не из-за нежной привязанности, проведённого вместе времени или чего-то подобного.
А лишь из-за своей идиотской философии, что «Золотые шакалы», что бы ни случилось, должны быть едины.
Арон, не показывая вида, мысленно вздохнул. Бруно, возможно, неверно истолковав этот вздох, спросил.
— Как там Стелла?
— Как и говорила Мерин, она в порядке.
В разговор встрял Геман.
— Да что там в порядке? Так зубы скалит, что не похоже, будто её где-то загрызут до смерти. Мы её хорошо воспитали.
От оценки Гемана и Арон, и Бруно довольно улыбнулись.
Говорят, для того, у кого в руках молоток, всё вокруг кажется гвоздями, да?
Так было и с ними.
Для тех, кто всю жизнь прожил с мечом в руках, в борьбе и войнах, мир был «игрой на выживание».
Игрой на выживание, которая заканчивается только со смертью.
Поэтому расслабляться и терять бдительность означало отстать.
В этом смысле нынешнее состояние Стеллы их очень радовало.
Даже если в прошлом их связывали узы, нужно было оставаться начеку и не подпускать к себе близко. Это и была высшая добродетель для выживания.
— Так что. Вы действительно собираетесь её здесь оставить?
— Для этого мы её и привезли, так что да.
— Учитывая характер Стеллы, она не будет сидеть сложа руки.
В этот момент раздался стук в дверь.
- Я принесла лекарство. Вхожу.
Это был лёгкий, звонкий голос Мерин.
— Входи.
Дверь тут же открылась, и показался поднос с лекарством и кофе. Геман, мельком взглянув на поднос, поднялся с места.
— Кофе для человека, который из-за болезни и вкуса-то толком не чувствует?
Сказала Мерин.
— Это кофе для вас двоих. Я знала, что вы придёте в эту комнату, и приготовила заранее.
Действительно, умная и сообразительная девушка.
Геман, поняв, что кофе для него, схватил чашку с подноса ещё до того, как его поставили.
Глядя на Гемана, отхлебнувшего кофе, Бруно снова цокнул языком.
— Такого типа…
Казалось, ему было что сказать, но фраза не продолжилась.
Арон, сев на место, спокойно спросил.
— Управляющий, у вас есть план?
— Планов много.
— Судя по её реакции, ей будет нелегко привязаться к этому месту.
Бруно, также севший на место, взял вместо кофе лекарство.
Цветом оно было таким же чёрным, как кофе, но вкус был невыразимо отвратительным.
Проглотив одним махом это неприятное лекарство, Бруно, сморщившись, продолжил.
— Нужно лишь создать здесь то, к чему она сможет привязаться.
При словах Бруно и Мерин, и Геман с Ароном замерли.
— То, к чему можно привязаться?
— Да.
— И что же это?
— Брак.
От прямолинейного ответа Бруно и Арон, и Геман, и даже Мерин разинули рты.
— Кха, чт, что?! Брак?
Геман грубо поставил чашку и спросил с упрёком.
— Ха. Болезнь поразила не только лёгкие, но и мозг? Вы с ума сошли?
Когда его речь снова стала грубой, Арон серьёзно предупредил.
— Геман.
Какими бы близкими они ни были, здесь была Мерин.
Хотя Мерин и была надёжным агентом Восточного специального союза, всё же было неправильно, чтобы заместитель управляющего так обращался с управляющим.
Геман это тоже понимал, поэтому, кашлянув, отхлебнул кофе.
— Просто он говорит о каких-то допотопных методах…
Да ещё и по отношению к Стелле.
Брак по расчёту для этой свободолюбивой и своевольной девушки?
Однако у Бруно было иное мнение.
— Она уже дважды вступала в отношения с мужчинами по «контракту».
— Это, должно быть, потому что ей нужны были деньги.
— Кто знает. Была ли целью только деньги?
— А что тогда?
— Так же, как мы с возрастом захотели остепениться, Стелла, несомненно, тоже захотела оседлости.
На самом деле, то, что отряд наёмников основал Восточный специальный союз и осел, было связано с тем, что, в отличие от прежних времён, когда они гнались только за новизной и острыми ощущениями, они в какой-то степени жаждали «стабильной повседневной жизни».
— Хоть отношения и были контрактными, она добросовестно выполняла свою роль жены. Точно так же она создавала фальшивого любовника или брала на воспитание неродного ребёнка и хорошо справлялась с ролью «матери».
Всё это, по предположению Бруно, в конечном счёте проистекало из «желания остепениться».
— В этом есть смысл.
Мерин, всё это время молчавшая, мимоходом согласилась. Арон, казалось, тоже был согласен.
Однако Геман всё ещё был полон сомнений.
— Остепениться, ладно, понятно. Но у Стеллы ведь уже есть возлюбленный? Она же снова встретилась с тем ублюдочным львёнком.
Он имел в виду наследного принца Адриана.
На это Бруно криво усмехнулся.
— Похоже, к тому хлыщу у неё уже остыли чувства.
По словам шпионов, которых подослал Бошан, это было очевидно.
И на этот раз, как и прежде, и Геман, и Арон, и даже сам Бруно, сказавший это, удовлетворённо кивнули.
Но то было то, а это было это.
— И всё же, не думаю, что она примет твоё предложение.
— Я того же мнения.
Когда и Арон согласился, Бруно охотно признал.
— Не волнуйтесь. Я собираюсь подстроить их встречу так, чтобы она выглядела естественной.
А если, по счастливой случайности, выбранный Бруно кандидат в мужья ей понравится, то будет хорошо.
— Похоже, вы нашли довольно неплохого парня?
— Это мужчина, у которого нет недостатков ни в уме, ни в добродетели, ни в физической силе.
— Ум, добродетель… что? Что это такое.
— …Ты, заместитель управляющего, до каких пор собираешься жить таким невеждой?
— Разве моя должность требует ума? Главное, чтобы тело хорошо работало.
— Фух… Ладно. Это значит, что он человек без недостатков ни во внешности, ни в происхождении, ни в характере.
На это Геман язвительно заметил.
— Что толку, что у него нет недостатков. Чтобы увидеть эти самые достоинства, нужно сначала встретиться и сесть поговорить, а вот сделает ли это Стелла, я не знаю. Я и на этот раз против, так что, командир, делайте как знаете.
Сказав это, он поднял руки и отступил.
Как бы то ни было, одно было ясно.
Все трое были полны решимости заставить Стеллу остепениться в этой Республике Арти.
http://tl.rulate.ru/book/156965/12974136
Готово:
