Линна прижали к обсидиановой платформе в центре Зала Покаяния. Двенадцать Терминаторов Тёмных Ангелов стояли кольцом, их силовая броня холодно поблескивала в тусклом свете. В воздухе витал смешанный запах благовоний и крови. Высеченные на стенах покаянные молитвы то вспыхивали, то гасли в свете энергетических рун.
Шаги Льва Эль’Джонсона отдавались глухим громом. Когда он подошел, Линн почувствовал, как кожа на его ключице начала покалывать – там скоро должна была появиться Судебная Метка Первого Легиона.
— В тебе течет фрагмент Императора, — голос Льва был низок, как древняя буря. — Это не благословение, а долг.
Линн хотел что-то сказать, но горло пересохло. Он увидел, как Леон снял свое кольцо тысячелетий. Рычащая голова льва даже в полумраке выглядела устрашающе. В тот миг, когда раскаленный металл коснулся кожи...
— А-а-а-а-а-а-а!
Боль, словно цунами, захлестнула все тело. Это был не обычный ожог, а клеймо, выжигаемое прямо на душе. Взгляд Линна мгновенно окрасился в кроваво-красный цвет, ему казалось, что череп трескается изнутри. Фрагмент Императора закипел в его мозгу, миллиарды золотых молний заплясали между нейронными синапсами.
Свод Зала Покаяния задрожал, с древних камней посыпалась пыль. Окружавшие платформу механопроповедники в ужасе отступили – все их датчики вспыхнули ослепительным красным светом.
【Предупреждение: всплеск энергии Варпа! Предупреждение: перегрузка псайкерской энергии!】
Рука Льва была тверда, как скала. Он продолжал вдавливать кольцо в плоть Линна. Запах гари смешался с душераздирающими криками.
В агонии, превосходящей предел человеческих страданий, в сознание Линна врезался холодный блок данных:
【Конечная цель】: Ядро сущности примарха Тысячи Сынов, Магнуса, – «Око Просперо»!
【Способ исполнения】: Использовать душу носителя (Линн) как детонатор/топливо, принудительно воспламенить и «взорвать» фрагмент Императора!
【Прогнозируемое конечное состояние носителя (Линн)】: Степень разрушения структуры души – 99.8% (необратимо).
【Запуск обратного отсчета】: 71:59:59…
На сетчатке Линна всплыли кроваво-красные цифры таймера. Каждая секунда была подобна удару ножа по нервам. Он попытался сопротивляться, но невидимая сила намертво сковала его конечности.
— Почему... я... — выдавил Линн сквозь зубы. Пот пропитал его рваную робу.
Глаза Льва в тени капюшона сверкнули нечеловеческим золотом.
— Потому что только твоя генная последовательность может резонировать с Магнусом, — он наклонился, его голос стал еще тише. — А еще потому, что твоя душа достаточно крепка, чтобы дотянуть до цели перед взрывом.
Коммуникатор на поясе Линна внезапно расплавился. Раскаленная золотая жидкость закапала на пол с шипением. В его мозг ворвалась воля, превосходящая все земное, – ледяная, точная, не терпящая возражений Воля Императора.
Зрачки Линна расширились. Он увидел череду ужасающих видений.
Горящий Просперо вращался в пустоте. Поверхность планеты раскололась, обнажив гигантский огненный глаз, в котором отражались космические вихри. В глубине зрачка таилось еще более страшное зрелище: из Ока Ужаса поднималась фигура Хоруса, а за его спиной плясали четыре тени богов Хаоса. И последняя надежда человечества – свет Астрономикона – угасал, его ядро, фрагмент Императора, начало трескаться...
— Нет... это невозможно... — пробормотал Линн, но видения продолжались.
Он увидел себя – тело, словно разбитый глиняный сосуд, из трещин которого вырывались мириады золотых лучей. А в конце этого света искажалась и деформировалась гигантская фигура Магнуса...
Леон внезапно выхватил Львиный Меч. Легендарное оружие, сразившее бесчисленных демонов, издало оглушительный рев. Он не стал нападать на Линна, а направил острие на саму ткань пространства Зала Покаяния.
— Путь твой... как искры в бездну...
Там, где прошел клинок, реальность разошлась, словно хрупкая ткань. Под ногами Линна открылся мерцающий опасным светом пространственный разлом. Из него, словно щупальца, потянулась хаотическая энергия Варпа.
Линн почувствовал невесомость. Он инстинктивно схватился за висевший на шее Орочий костяной жетон – трофей, добытый в почти самоубийственной войне с орками, на котором еще остались следы их клыков. Другой рукой он сжимал черное перо – Перо падшего ангела, отнятое у некрона Тразина. Говорили, что оно окроплено слезами скорби архангела Сангвиния.
— Но помни, смертный, — голос Льва стал призрачным в реве пространственного разлома. — Каждый проблеск надежды на выживание человечества... всегда зажигался пламенем самосожжения предтеч!
Линн рухнул в разлом. Перед тем, как его сознание было разорвано бурей Варпа, он в последний раз увидел, как Леон вонзил Львиный Меч в землю и опустился на одно колено, словно совершая какой-то древний ритуал прощания.
Когда Линн снова пришел в себя, он был свернут калачиком в разбитой спасательной шлюпке. Капсула была до удушья тесной, ее металлические стены испещрены царапинами, оставленными неведомой силой. Сквозь треснувший иллюминатор виднелись постоянно меняющие цвет потоки Варпа.
— Кха-кха... — Линн сплюнул кровью. Казалось, все кости в его теле были переломаны и собраны заново. Клеймо на ключице все еще жгло, но страшнее был таймер, непрерывно тикающий в голове:
71:32:17...
71:32:16...
71:32:15...
— Семьдесят два часа... — горько усмехнулся Линн, проверяя свое снаряжение. Кроме жетона и черного пера, у него остался только Ваальский кузнечный молот. Оружие эльдарского бога-кузнеца было покрыто трещинами, но в его сердцевине упрямо теплилась золото-зеленая искра.
Спасательная шлюпка резко затряслась, и Линна швырнуло на стену. В иллюминаторе он увидел картину, от которой кровь застыла в жилах…
Две тени преследовали шлюпку в турбулентных потоках Варпа.
Слева была искаженная фигура эльдара. Из того места, где у Эльдрада отсутствовала половина уха, капала серебряная кровь. Выражение его лица уже перешло за грань гнева, став чистым, воплощенным воплощением ненависти к Линну. В руке пророк Аэльдари держал кристальный нож-полумесяц, каждый взмах которого оставлял в Варпе разъедающие следы.
— Вор! Святотатец! — Голос Эльдрада вонзился прямо в мозг Линна. — Верни мой осколок!
Справа было еще более ужасное существо – охотница Слаанеш, Караша. Ее чарующая красота была отвратительна, а на лилово-розовой коже текли руны похоти и смерти. Когда она облизала свой хлыст, Линн почувствовал головокружение, словно душа вот-вот будет вытянута этим движением.
— Какая сладкая боль... — Голос Караши был подобен меду с ядом. — Я как следует распробую твою душу, моя маленькая игрушка...
Линн отчаянно замотал головой, отгоняя наваждение, и повернулся к панели управления шлюпкой. Большинство экранов были разбиты, но навигатор показывал огромный источник энергии впереди – Око Просперо.
Что было еще ужаснее, в отражении иллюминатора он увидел, что внутри шлюпки неизвестно когда появился тонкий слой фиолетового тумана. В тумане проступило расплывчатое лицо – проекция Магнуса.
— Добро пожаловать домой... — Голос раздался прямо в черепе Линна. — К престолу отца... над вечным столом богов... самая совершенная жертва.
Линн схватил молот и ударил по иллюминатору, но призрак Магнуса лишь издал глухой смешок. Обратный отсчет продолжался, а преследователи подбирались все ближе...
Шлюпка снова сильно качнулась. Линн ударился о консоль, из уголка рта потекла кровь. Он стер ее и вдруг заметил, что золото-зеленая искра на молоте забилась сильнее.
— Еще есть надежда... — пробормотал Линн, прижав черное перо ко лбу. На мгновение ему показалось, что он услышал вздох ангела. Прохладная сила временно развеяла хаотический шепот в его голове.
Эльдарский корабль Эльдрада уже был виден невооруженным глазом. Обтекаемое судно, похожее на серебряную змею, раскрывало свои клыки. Ослепительный энергетический луч пронесся мимо шлюпки, и в кабине посыпались искры.
— Ты не сбежишь, обезьяна! — Визг Эльдрада сопровождался псайкерским ударом. — Этот осколок принадлежал нам! Вы украли его!
Линн, стиснув зубы, включил последний ускоритель. Двигатель издал предсмертный рев. В этот момент с другой стороны его обошел корабль Слаанеш, принадлежавший Караше. Он извивался, как живое существо, а на его корпусе беззвучно кричали бесчисленные лица в агонии.
— Не слушай этого старого хрыча, — Голос Караши был приторно-сладким. — Пойдем в мой дворец, я подарю тебе нечто более прекрасное, чем смерть...
Линн почувствовал, как его снова одолевает головокружение. Шепот Слаанеш разъедал его волю. Он резко прижал орочий жетон к клейму. Первобытная энергия Вааах! вместе с острой болью всколыхнула нервы, мгновенно приведя его в чувство.
— Вон из моей головы! — взревел Линн, одновременно ударив молотом по панели управления. Чудесным образом шлюпка выпустила энергетическую волну, временно отбросив два преследующих корабля.
За иллюминатором потоки Варпа начали закручиваться в вихрь. Шлюпку неумолимо затягивало вглубь. Линн увидел, что в центре водоворота находится тот самый гигантский огненный глаз – Око Просперо полностью открылось и равнодушно взирало на него, свою ничтожную жертву.
Таймер показывал:
71:00:00...
Прошел целый час. Под кожей Линна начали проступать золотые трещины – знак того, что фрагмент Императора сливается с его плотью. Этот процесс был невыносимо мучительным, словно его кровь заменяли расплавленным золотом.
— Держись... — сказал себе Линн, крепко сжимая три предмета: орочий жетон, символизирующий дикую силу, Перо падшего ангела, олицетворяющее жертвенность, и молот, хранящий волю наследия. Этот хрупкий баланс временно защищал его душу от полного поглощения.
Но самым опасным врагом были, возможно, не преследователи за спиной, а приближающийся глаз впереди и фрагмент Императора, готовый взорваться внутри Линна...
http://tl.rulate.ru/book/156458/9071373
Готово:
