Ребенка, рыдавшего в повозке, больше не существовало.
Он смотрел на меня с ленивым выражением лица, но взгляд его был настолько сух, что у меня невольно затекла шея.
— Я еще не дошел до таких выводов.
Я лишь с трудом осознал, что из двоих – старого и малого – настоящий именно ребенок. Личность Высокородного по-прежнему оставалась загадкой.
— Кхм-м.
В этот момент раздался стон, и человек средних лет, которого везли на лошади, приподнялся. Прежде он то приходил в себя, то отключался, жалуясь на головную боль, но теперь выражение его лица было ясным.
— Моя игра была безупречна. Так что это не из-за меня нас раскрыли.
— Если валяться все время с закрытыми глазами – это игра, тогда да.
— В любом случае, это не я.
Высокородный цыкнул, глядя на него, и повернул голову ко мне.
— Ты и это предвидел?
Я не стал отвечать. Я знал, насколько глупо хвастаться своей жалкой проницательностью перед высокопоставленными особами.
— Воистину, как и говорило дитя.
Высокородный, как-то по-своему истолковав мое молчание, улыбнулся. Впрочем, это была не столько улыбка искреннего удовлетворения, сколько простая привычка. Все его действия были такими. Словно бесчувственная кукла, подражающая человеку. Именно такое было ощущение.
Кто же он такой?
— Ты спросил, теперь моя очередь, – вновь заговорил Высокородный. — Ты не стал преследовать их и даже не взял пленных. Всех, кто выжил, убил. Хотя стоило бы хоть раз допросить.
Внутренне я вздрогнул, но постарался сохранить невозмутимый вид.
— Я солдат с заскорузлыми мозгами, был поглощен задачей, и мысли об этом просто не возникло. В тот момент голова была забита лишь тем, как убраться оттуда…
— Нет. Не так, – прервал он меня, не дав закончить.
— Все было не так, не правда ли?
Глаза Высокородного, пристально смотревшие на меня, были неестественно прозрачны.
— Ты боялся, что из их уст прозвучит вся правда. Испугался, что окажешься слишком глубоко в это втянут. Поэтому не оставил в живых ни одного, перебив всех на месте.
Под этим всевидящим взглядом я не смог возразить. Любая неуклюжая ложь была бы хуже молчания.
— Так что я хочу услышать, – произнес Высокородный, глядя на меня. – Почему тот, кто так отчаянно пытался держаться на расстоянии, именно сейчас спрашивает о моей личности? Мне стала интересна причина.
Я на мгновение задумался.
Кем бы ни был мой собеседник, одно было ясно: человек передо мной – точно не обычный ребенок. Конечно, среди тех, кто рос в знатных домах, окруженный заботой, встречались и те, кто с ранних лет мыслил и вел себя как взрослый. И среди пожилых дворян хватало тех, кто, пресытившись жизнью, носил на лице такое же ленивое выражение. Но я мог поклясться, что никогда не видел, чтобы обе эти черты сочетались в ком-то столь юном.
— Потому что я ожидаю больших потерь в следующей атаке.
— Хо-о. И почему же ты так думаешь? Разве не вы, доблестные воины, вмиг разбили тех, кто уничтожил солдат королевского двора?
— Враги тоже это знают. И если они нападут снова…
Значит, они как следует подготовятся.
Это была равнина, где не найти места для засады. Да и даже если бы удалось отыскать укрытие, окоченевшие тела не позволили бы сражаться в полную силу. Если враг нападет снова, то не из засады, а ударит в лоб. Чтобы бросить вызов в открытом бою Синим мундирам, чья мощь прорыва считается одной из лучших в Тракии, да что там – на всем континенте, нужна немалая боевая мощь. К тому же, мы находились на территории 15-го корпуса. Если бой затянется, преимущество неизбежно будет на нашей стороне, ведь 15-й корпус – не сборище идиотов, и они не станут игнорировать бойню, развернувшуюся у них под носом.
— Решимость и сила, чтобы сокрушить нас в лобовой атаке до прибытия подкрепления 15-го корпуса.
Вероятно, они сделают ставку не на численность, а на элитный отряд.
— Чтобы противостоять таким, нам придется поставить на кон свои жизни.
Поэтому, хочу я того или нет, я должен был выяснить, кого из двоих мне предстояло защищать.
— Защищай меня. Даже если все здесь погибнут, но выживу я один – это будет победа.
И в этот миг объект защиты стал предельно ясен.
— Дайте мне немного времени.
Попросив разрешения, я развернулся.
— Что это вообще…
Джамаль и Синие мундиры смотрели на меня. Они не могли уследить за нашим разговором с Высокородным, и их лица были полны недоумения. Но, к сожалению, сейчас было не время отвечать на их вопросы.
— Мы разделяем отряд здесь.
Они, кажется, и сами это понимали, поэтому не стали донимать расспросами, а лишь с напряженными лицами выслушали мой приказ.
— Синие мундиры и Клоуны остаются здесь.
— Что? Разве не одни Клоуны должны были остаться?
— Отсюда я еду один.
— Младший лейтенант!
Джамаль, смертельно побледнев, выкрикнул:
— Я не знаю, что вы задумали, но по крайней мере мы пойдем с вами! Что бы ни ждало впереди, мы сможем прорваться, используя нашу мобильность!
Другие Синие мундиры наперебой поддержали его.
— Нет. К нашему прорыву и мобильности они уже подготовились.
— Тогда тем более нет причин разделять отряд! Лучше всем вместе держаться и ждать подкрепления от 15-го корпуса…
Я покачал головой. Если бы мы могли продержаться до тех пор, это был бы лучший вариант, но сейчас вероятность обратного была выше.
Кажется, у них был маг. Против мобильности и прорывной мощи Синих мундиров было не так много контрмер, и самой надежной из них был именно маг. Почти наверняка. Некоторое время назад, помимо запаха железа, ветер донес еще один.
Раздражающий едкий серный запах.
— Все почувствовали? Это магический след.
Синие мундиры, выжившие в адском магическом обстреле астонийского Магического дивизиона, не могли этого не узнать.
— Все равно это слишком опасно!
Джамаль тут же возразил:
— Если у них действительно есть маг, как вы и предполагаете, то мы тем более должны идти с вами. По крайней мере, мы сможем рассредоточить его огонь.
По сути, он предлагал стать приманкой и принять на себя удар магии.
— Нет. Вы будете обузой.
Мой ответ был прежним.
— Ты сможешь угнаться за Даром?
Дар еще ни разу не скакал в полную силу. Он всегда вел головной отряд, и у него всегда оставался запас сил. И все же Синим мундирам каждый раз приходилось изрядно попотеть, чтобы не отставать от него.
— Скорость Дара они точно не рассчитали.
Да не только они – кто угодно. В Даре было нечто, что нельзя было объяснить одной лишь родословной. В чем-чем, а в вопросе Дара я был искренне благодарен принцессе.
— Я не собираюсь бездумно и тупо ломиться в лоб. В одиночку у меня будет больше вариантов. Не нужно будет придерживаться очевидного пути. Если повезет, я смогу добраться до Киллиграда, не попав ни под одну атаку.
После этого Джамаль и Синие мундиры еще долго пытались меня переубедить. Разумеется, я их не слушал.
— Ждите здесь три дня. Если за это время не будет никаких вестей, возвращайтесь в Шурельград, не оглядываясь. И не вздумайте рыскать по округе, пытаясь выяснить, жив я или мертв. Вы не отвечаете?
— Кх… Да.
Джамаль и Синие мундиры с горечью опустили головы.
— А теперь помогите мне снять доспехи.
Я отдал им последнее распоряжение. Синие мундиры тут же сгрудились вокруг и помогли мне снять тяжелую броню. Теперь на мне остался только синий мундир.
— Младший лейтенант…
Выражения их лиц стали еще мрачнее. Один из них даже крепко сжал край моего мундира.
Язык мой – враг мой. Зря я болтал про саван.
— А-ах. Вот теперь жить можно.
На самом деле мне было не столько легко, сколько чертовски холодно. Но я решил побравировать.
— Садитесь на моего коня.
Я усадил Высокородного перед собой. По иронии судьбы, его вес был примерно равен весу сброшенной мной тяжелой брони.
— Так ты с самого начала спрашивал, намереваясь сделать это.
Высокородный кивнул. Глядя на его крошечный затылок, я пустил Дара в путь.
— Спрошу лишь одно.
— Спрашивай.
— Те слезы тоже были игрой?
Вопрос был довольно странным, но Высокородный ответил на него небрежным тоном:
— Сариа была со мной тридцать лет. Такая женщина погибла, защищая меня. Пролить несколько слезинок – это меньшее, что я мог сделать из уважения.
Так это была игра или нет?
…?
Нет. Погодите.
— …Тридцать лет, вы сказали?
— Ответить нетрудно, но, говоря о своем возрасте, я могу невзначай раскрыть свое истинное имя. Если тебя это не смущает…
— Нет, не смущает. Я лучше не буду слушать.
Высокородный пожал плечами. Я же, не обращая на это внимания, постарался отогнать сомнения. Будем считать, что он просто невероятно молодо выглядит.
— Тогда держитесь крепче.
Я увеличил скорость Дара.
**
— Уехал.
— Уехал.
— Уже не видно.
— Да. Не видно.
Синие мундиры, обменявшись бессмысленными фразами, как один спешились. Затем каждый достал свой меч и принялся его точить, проверяя снаряжение.
— И вы вот так просто позволили ему уехать одному?
Якоф Касимир не мог понять этих Синих мундиров.
— Сейчас не время точить клинки…
В этот момент кто-то коснулся его плеча. Человек средних лет, которого он до сих пор принимал за Высокородного, покачал головой и незаметно кивнул в сторону. Проследив за его взглядом, Якоф Касимир вздрогнул.
Джамаль, кажется. Сержант, исполнявший роль адъютанта, точил свой клинок с такой силой, что каждый раз, когда точильный камень касался лезвия, раздавался режущий слух скрежет.
«…»
Руки Синих мундиров, затягивающих ремни на доспехах, проверяющих седла на боевых конях, – все они были сжаты с чрезмерной силой. Видя, как их руки дрожат от сдерживаемой ярости, он не мог опрометчиво открыть рот.
«…Спасибо».
Он чуть было не ляпнул неосторожное слово и не задел чувства других, поэтому молча поблагодарил человека средних лет. Вскоре Синие мундиры, закончив проверку снаряжения, разошлись отдыхать каждый по-своему. Кто-то укутался в одеяло и попытался уснуть, кто-то разминался в расслабленной позе, а кто-то просто сидел, уставившись в пустоту.
Теперь и Якоф Касимир это видел.
Они ждали.
В полной боевой готовности, чтобы в любой момент, когда придет их черед, броситься в бой. Они просто ждали этого момента.
«Это и есть вершина полевой армии, Синие мундиры!..»
Якоф Касимир был поражен. Грубоватые и неотёсанные, они были настоящими мужчинами. В тот миг, когда он это осознал…
«Хм».
Красный мундир, которым он гордился всю жизнь, почему-то показался ему тусклым. Было ли это из-за поношенного и порванного мундира или по какой-то другой причине, он и сам не знал.
Внезапно отдыхавшие Синие мундиры как по команде вскочили на ноги.
У-р-р-р-р.
С опозданием донесся раскат грома.
Это было только начало.
Бум! Бум! Ба-бах!
Один за другим раздавались взрывы. От грохота, будто рушился сам мир, Якоф Касимир побелел.
— Это магический обстрел…
Массовая магия мага, о которой он только слышал. Мощь была просто невероятной. Вспышек не было видно, значит, взрывы гремели как минимум в трех километрах отсюда. И даже на таком расстоянии – такой эффект.
«Безумие. Они что, атаковали сквозь такой шквальный огонь?»
Среди Красных мундиров было хорошо известно, что Синие мундиры в прошлой войне пережили чудовищный обстрел. И все знали, что даже тогда они не прекратили атаку до самого конца. Красные мундиры не придавали этому особого значения. Они хвастались, что в такой же ситуации поступили бы так же. Некоторые даже заявляли, что на их месте они бы прорвали вражеские ряды еще до того, как их отряд был бы разбит обстрелом.
Все это была чушь собачья.
Якоф Касимир мог поспорить на все свое состояние, что ни один из тех, кто так говорил, не осмелился бы сунуться в этот адский огонь. Бум! Даже на расстоянии от одного лишь грохота у него подгибались колени – что уж говорить о других.
Он с трудом заставил себя стоять ровно и посмотрел на Синих мундиров.
Скрип.
Ни тени страха. Стиснув зубы, они смотрели за горизонт, их тела подрагивали, готовые в любой момент сорваться с места.
**
Смеркалось.
…Бум.
………Бум.
Взрывы стали реже, но не прекратились полностью.
— Похоже, младший лейтенант ошибся.
Джамаль собрал Синих мундиров.
— Его предположение, что враг не сможет затягивать бой на нашей территории, не оправдалось.
Синие мундиры согласно закивали.
— Почему 15-й корпус не двигается? В Киллиграде ведь точно слышали взрывы.
— Да за это время не то что дальний патруль, даже черепахи из пехоты уже должны были бы приползти.
Они сгрудились, отчаянно пытаясь понять ситуацию.
— Почему?
— В чем дело?
Но никаких идей не было.
— Может, одно из двух?
Якоф Касимир, до этого молча слушавший, осторожно высказал свое мнение.
— Либо у них нет желания вмешиваться, либо…
— Какого черта у них нет желания, чтоб их разорвало!
— Какие-то ублюдки ведут обстрел на нашей территории, а они будут сидеть сложа руки?
— Черт! Они что, крепость в карты охраняют?!
Не успел он договорить, как Синие мундиры разразились бранью.
— Нет, я не утверждаю, что это так, я лишь говорю о возможностях. И есть еще одна, – поспешил добавить он. – Например, они хотят, но не могут вмешаться.
— Что, астонийцы зимой границу перешли, что ли?
— Да они бы половину людей потеряли от холода, даже не начав бой.
— Даже если астонийцы и двинулись, невозможно, чтобы наши не проверили, что за магический обстрел такого масштаба происходит на их территории.
Все это было чистой правдой. Якоф Касимир и сам не был ни в чем уверен, когда высказывал предположение, поэтому больше ничего не добавил.
— Так, так. Хватит пустой болтовни, внимание.
Тут Джамаль хлопнул в ладоши.
— Неважно, почему 15-й корпус не двигается. Дело уже сделано, и теперь главное – что мы будем делать.
Так что если у кого-то есть предложения, высказывайте.
— Раз уж прогноз младшего лейтенанта не сбылся, может, и приказ ждать тоже недействителен?
— Вот именно. На поле боя столько всего непредвиденного, что если бы мы следовали каждому приказу, то давно бы уже сдохли.
— Голосую за то, что ждать дальше бессмысленно.
Джамаль, молча выслушав Синих мундиров, широко улыбнулся.
— Тогда решено.
И он проворно вскочил на коня. Остальные Синие мундиры, не желая отставать, поспешно взобрались на своих боевых коней.
— Э-э?
Якоф Касимир от такой неожиданности вытаращил глаза.
— Мы едем, – сказал Джамаль. – Ты как?
— Вы что, собираетесь туда?
Синие мундиры не ответили, но их решимость была очевидна.
«С ума сошли. Они действительно собираются туда?»
Синие мундиры не ждали. Они уже выстраивались в боевой порядок, готовые в любой момент пришпорить коней и ринуться вперед.
— Эй, Клоуны. А вы что?
Тем временем Джамаль обратился к доппельсольднерам.
— Дорого. Маг. Выкуп. Шанс. Но. Обуза. Вздох.
Прочитать что-либо на лицах, сплошь покрытых белой краской, было непросто, но он отчетливо видел, что сейчас они искренне сожалеют.
«Они что, все сумасшедшие?»
Сожалеть о том, что не могут ринуться в этот адский обстрел. Якоф Касимир был в ужасе. Но настоящий ужас ждал его впереди.
— …Я, я тоже поеду!
Он пожалел о своих словах, как только они сорвались с языка. Но слово – не воробей, и назад его уже не вернешь. Опомнившись, он обнаружил себя на коне одного из Синих мундиров. Те, кто потерял своих боевых коней, тоже сели к товарищам.
— Головной отряд – я. За мной – ты. За тобой – ты.
Джамаль определил порядок в строю. Но Якофу Касимиру показалось, что он определяет порядок, в котором они будут умирать.
— Эй. Если я не смогу сражаться, ты поведешь этого коня.
Поняв, зачем его взяли с собой, Якоф Касимир крепко зажмурился. Слова младшего лейтенанта о том, что синий мундир – это саван, приготовленный для безумцев, оказались не просто метафорой. Он понял это слишком поздно, когда уже мчался навстречу верной смерти вместе с этими самыми безумцами.
И, забегая вперед, скажу: он не умер.
— А? Прекратилось.
Когда до места оставалось не больше двух километров, обстрел прекратился, словно его и не было. И в этот момент, как по волшебству, в небе зажглась сфера света.
— Хак!
Тело Якофа Касимира одеревенело. Ему показалось, что вот-вот вспышка ударит прямо в него. Но сфера света не летела в его сторону и не взрывалась. Она лишь невыносимо медленно опускалась, освещая все вокруг.
И перед ними открылась окружающая картина.
— О-о-о!..
Глядя на землю, по которой прошелся обстрел, он закричал от ужаса. Такого зрелища он не видел за всю свою жизнь.
http://tl.rulate.ru/book/156365/9040586
Готово:
