Цинь Юань смотрел на режущее глаз десятитысячное место в рейтинге богатства. Давно забытое чувство, смесь досады и азарта, захлестнуло его.
В своем родном мире он пробился с самых низов до лучшего продавца лишь благодаря острому чутью на возможности и невероятной жажде действовать.
И теперь перед ним открывалась возможность еще более грандиозная, знакомая и безумная!
«Никаких подсказок о заданиях? Открытый мир? Один день здесь равен году?»
Цинь Юань обдумывал полученные сведения, и на его губах появилась диковатая ухмылка. «Да это же песочница, созданная специально для таких „читеров“, как я!»
«Пройти игру? Мировая валюта?»
«Очевидно, единственный способ пройти игру – возглавить рейтинг богатства!»
Больше он не колебался. Окинув взглядом шумную улицу, он остановился у небольшого ресторанчика с вывеской «Государственное».
Ему нужны были бумага и ручка, несколько минут тишины, чтобы изложить на бумаге безумный, но предельно ясный план, созревший в его голове. А главное – ему нужен был телефон!
Войдя в засаленный ресторанчик и заказав самую дешевую лапшу с соусом чжацзян, Цинь Юань прямиком направился к стойке. Вытащив из кармана несколько мятых купюр – всё, что у него было, — он бросил их на прилавок:
— Товарищ, одолжите лист бумаги, ручку и дайте воспользоваться телефоном. Я заплачу.
Женщина за стойкой окинула взглядом этого одетого по-хулигански парня с поразительно яркими глазами.
— За телефон – отдельно, — пробормотала она, но все же подвинула к нему бумагу, ручку и старый дисковый аппарат.
Не обращая внимания на любопытные взгляды других посетителей, Цинь Юань склонился над липким столом и принялся строчить.
Он быстро набрасывал все, что приходило на ум о способах быстрого обогащения в начале девяностых: спекуляция, скупка госпредприятий, приобретение акций и ваучеров, открытие заводов, торговля и контрабанда, и даже инвестиции в недвижимость, электронику, финансы и интернет…
Каждая из этих отраслей сулила невиданные возможности.
Можно сказать, что в ту эпоху разбогатеть можно было, даже просто собирая мусор.
Однако большинство этих путей требовали времени или удачного стечения обстоятельств.
А времени у него как раз и не было.
Как заработать большой куш в кратчайшие сроки, имея минимальный стартовый капитал?
Цинь Юань перебирал варианты.
Наконец его взгляд остановился на словах: «Торговля, контрабанда».
Эпоха, когда можно было обогатиться с помощью одной лишь бумажки с печатью, прошла.
К тому же законы против спекуляции со временем становились все строже.
Говоря современным языком, быть фарцовщиком внутри страны стало неперспективно.
Но если не внутри страны, то почему бы не за ее пределами?
В то время СССР был настоящим раем для фарцовщиков.
А он как раз находился в Яньцзине.
Отсюда в СССР ходил международный поезд K3.
Раз в неделю он отправлялся в Москву через Маньчжурию, преодолевая за шесть дней и шесть ночей более девяти тысяч километров.
Достаточно было сесть на этот поезд в Яньцзине с любым товаром, и в Москве его можно было продать в несколько, а то и в десятки раз дороже.
Прибыль несравнима с той, что приносила мелкая спекуляция внутри страны.
А главное – для такого дела требовался относительно небольшой стартовый капитал!
Его статус ваньчжу тоже идеально подходил: были и связи, и дерзость!
Риски? Конечно, были: бандиты в поезде, неясные законы, мошенники, лютые морозы…
Но потенциальная прибыль перекрывала любой риск!
Кончик ручки Цинь Юаня с силой обвел слова «международный фарцовщик», едва не прорвав бумагу.
Вот оно!
Это был самый дикий, но и самый подходящий путь для его нынешней личности – Пекинского Барина. Путь, который позволял в полной мере использовать знания из прошлой жизни и быстрее всего ворваться в рейтинг богатства!
Он был из поколения девяносто пятого года и смутно представлял себе 1990-й.
Все, на что он мог сейчас опереться, — это обрывки знаний из романов, сериалов и того самого фильма об ограблении международного поезда в девяносто третьем.
Пусть информация и была сумбурной, но для первого хода ее было более чем достаточно!
С хлопком сложив исписанный лист, Цинь Юань поднял голову. Взгляд его был острым, как лезвие.
Схватив трубку, он, полагаясь на память прежнего владельца тела, набрал номер.
— Алло? Да Биньцзы? Это я, твой брат Юань! — голос Цинь Юаня звучал сдавленно от волнения, но в нем слышалась и непререкаемая властность. — Без лишних слов, слушай! Зови Ганцзы, Жердя и… знаешь старика Чжана, у которого есть выходы на Хабаровск? Зови и его! Немедленно! Все ко мне, в трактир «Бараньи позвонки от Старика Лю», что у восточного входа на рынок Дапэнланъэр у ворот Цяньмэнь! У меня для вас дело, которое озолотит всех! Опоздаете на минуту – даже похлебки не достанется!
— Брат Юань? Что стряслось? — донесся с другого конца провода растерянный голос.
— Не спрашивай! — оборвал его Цинь Юань. — Придете – узнаете! И принесите с собой все деньги, что у вас есть! Слышите, все до копейки! Кто утаит хоть юань, может забыть, что знал меня!
Сказав это, он с грохотом бросил трубку на рычаг, оставив Да Биньцзы в полном недоумении.
Цинь Юань позвал этих людей не случайно.
Да Биньцзы был его другом детства, они выросли вместе, их дружба была проверена не раз.
Невероятно сильный, ростом под два метра, он однажды чуть не убил человека, защищая Цинь Юаня, за что отсидел два года.
Ганцзы, который был на три года младше, с малых лет бегал за ними по улицам. Упрямый и резкий, он не слушал никого, кроме брата Юаня.
Что до Жердя, тот был специалистом по карманам, и лишь покровительство Цинь Юаня спасало его от расправы, после которой он остался бы калекой.
— Счет! — крикнул Цинь Юань.
Он достал купюру «великое единение», расплатился за лапшу и телефон, одолжил у женщины за стойкой спички и дочиста сжег лист бумаги, исписанный его «планом обогащения».
Под удивленными взглядами окружающих он застегнул молнию на своей черной куртке и широким шагом направился к Дапэнланъэру – крупнейшему оптовому рынку Пекина.
По пути его окутывали шум и суета, присущие девяностым. Крики торговцев, звонки велосипедов, поп-музыка из Гонконга и Тайваня, льющаяся из магнитофонов, — все это звучало в его ушах как увертюра к симфонии богатства.
Он жадно вглядывался в товары на прилавках, и с каждым шагом его уверенность крепла.
Когда он подошел к условленному месту, хозяин, его старый знакомый, тут же вышел навстречу.
— Юаньчик, что за повод сегодня? Стольких людей угощаешь?
— Доброе дело, — усмехнулся Цинь Юань. — Где они?
— В первом кабинете, — махнул хозяин рукой вглубь заведения.
Цинь Юань широким шагом направился к кабинету. Едва он вошел, как ощутил напряженную, гнетущую атмосферу.
— Брат Юань...
— Брат Юань...
— Брат Юань...
Три голоса принадлежали трем разным людям. Да Биньцзы, коренастый и спокойный, сидел неподвижно, словно скала. Ганцзы, с его свирепым лицом и взрывным нравом, при виде Цинь Юаня радостно блеснул глазами. Жердь, низкий и тощий, незаметный в любой толпе, выделялся лишь свежим синяком под глазом.
И только один человек молчал – сидевший в самом дальнем углу старик Чжан, одетый в потертую ватную куртку. Его мутный взгляд, однако, светился хитростью.
Все были в сборе.
На столе стоял лишь чайник самого дешевого жасминового чая.
Цинь Юань подошел к столу, жестом велел всем оставаться на местах и, наклонившись, тихо спросил:
— Братаны, хотите разбогатеть?
http://tl.rulate.ru/book/156120/8998895
Готово:
