Готовый перевод Warhammer 40,000: My Girlfriend is the Emperor of Men / ВАРХАММЕР: Моя девушка — Император Человечества: Глава 224. Битва за порт Тулон

Глава 224. Битва за порт Тулон

Оружейная.

Тяжёлые бронированные створы хранилища с протяжным лязгом поддались усилиям Техножреца. Взору открылись уходящие во мрак ряды металлических стеллажей, на которых покоилось бесчисленное множество покрытых боевыми шрамами орудий убийства. Лазпистолеты, Болт-Пистолеты, Цепные Мечи, элементы тяжелой Силовой Брони, изящные дуэльные клинки…

Смертоносный арсенал безмолвно лежал на полках. Каждая вещь здесь несла в себе эхо оборвавшейся жизни — историю некогда бесстрашного офицера Империума. На поцарапанном металле и сколотом пластике иных клинков и стволов всё ещё темнели бурые пятна засохшей крови. Они лежали здесь, словно предсмертные послания павших, безмолвно крича о своей последней, отчаянной битве.

Всё это было личным оружием тех, кто сложил головы в недавней мясорубке. Наполеон медленно обвёл взглядом стеллажи. Зрелище, как ни странно, приносило ему толику мрачного удовлетворения. Раз это оружие оказалось здесь, в тылу, значит, потерянные кровью позиции были отбиты его силами. Иначе эти клинки так и остались бы гнить в грязи чужих окопов.

— Мой господин, перед вами клинки и стволы тех, кто пал смертью храбрых, — монотонно проскрежетал вокс-динамик Техножреца.

— Неужели никому из них не приходило в голову выгравировать на эфесе собственное имя? — задумчиво произнёс Наполеон, скользя взглядом по холодному металлу.

— Никак нет, господин. Мы, аколиты Механикус, строжайше запрещаем подобное кощунство. Это стало бы величайшим оскорблением Духа Машины! — механический голос жреца лязгнул холодным осуждением. — Лишь те, кто облечён высочайшей властью, достойны оставить свой след на оружии.

Этот ответ принёс Наполеону странное облегчение. Холодно кивнув, он небрежно сдёрнул с ближайшей стойки массивный Цепной Меч и, развернувшись на каблуках, зашагал прочь.

***

Тулон. Ухоженный фасад уединенного особняка.

Чёрный армейский автомобиль плавно затормозил у кованых ворот. Наполеон выбрался наружу, сжимая в руке ножны с цепным клинком. Он привычным, отточенным жестом одёрнул мундир, подошёл к резной двери и нажал на кнопку звонка.

Спустя мгновение щёлкнул замок. На пороге застыла молоденькая горничная, чьи глаза расширились от нескрываемого испуга при виде суровой фигуры офицера.

— Г-господин Бонапарт… — робко пролепетала она, вжимаясь в дверной косяк.

— Я здесь лишь для того, чтобы кое-что передать, — сухо отрезал он, переступая порог.

Просторный холл встретил его запахом дорогого воска и легким цветочным ароматом. В этот момент на верхней площадке лестницы показалась хрупкая фигура — маленький Эжен медленно спускался вниз. Наполеон выпрямился. Правой рукой он крепко сжал рукоять, а левую подвёл под тяжелое лезвие. Со строгой, почти сакральной торжественностью он протянул громоздкий Цепной Меч ребёнку.

Мальчишка с благоговейным трепетом принял оружие. Тяжесть смертоносного металла заставила его покачнуться, детские руки напряглись, но он упрямо удержал клинок. Подняв на Наполеона блестящие глаза, Эжен тихо, но твердо произнёс:

— Благодарю вас… генерал.

В этот момент тишину дома нарушил легкий шелест шелковых юбок. На ступенях появилась Жозефина, сопровождаемая дочерью. Её тонкие брови удивлённо изогнулись — визит военного явно стал для неё неожиданностью.

Плавно спустившись, она подошла к сыну и мягким, успокаивающим жестом погладила его по голове, безмолвно приказывая отложить страшный дар в сторону. Затем её глубокий взгляд скользнул по фигуре Наполеона.

— Полковник… — в её голосе зазвучали бархатные, чарующие нотки. — Полагаю, мне нет нужды представляться?

— В этом нет никакой необходимости, — Наполеон коротко поклонился, и на его суровом лице мелькнула тень вежливой, но холодной улыбки. — Я лишь хотел отметить, что хозяйка этого дома дала своим детям превосходное воспитание.

Повинуясь незаметному жесту матери, горничная поспешно увела детей наверх. В просторном, гулком холле остались лишь Наполеон и молодая вдова Жозефина.

— Полковник, не окажете ли вы мне честь… разделить со мной сегодняшний ужин? — Её голос упал до интимного, обволакивающего шепота. — В знак моей… глубочайшей признательности за вашу помощь.

В каждом её слове, в каждом придыхании скользило откровенное, пьянящее обещание. Её взгляд был хищным и томным одновременно — казалось, она недвусмысленно намекала, что главным блюдом на этом вечере станет она сама.

— Вынужден отказаться, госпожа Жозефина, — ледяным тоном отчеканил Наполеон, не дрогнув ни единым мускулом. — Я солдат. И меня ждёт работа.

Бросив эти слова, он резко развернулся, чеканя шаг по мраморному полу, покинул особняк и запрыгнул в ожидающий его Джип, приказав гнать обратно в лагерь.

У подчиненных Ли Фэна была одна забавная особенность: помимо патологической способности притягивать к себе «плохих девочек», все они поголовно мнили себя…

[Истинными мужчинами Сигма]

Женщины? Женщины — это лишь досадная помеха на пути к величию! Наполеон, конечно, не догадывался, что Ли Фэн и Каин, несмотря на всё их напускное поведение непробиваемых самцов, на самом деле в постели были теми ещё пассивами.

Впрочем, истинная причина его столь поспешного бегства крылась в другом: именно этой ночью он планировал утопить в крови остатки сил Хаоса, засевшие в порту Тулона.

***

Ночь опустилась на мир душным саваном. Вдали мерцали огни порта, но это больше не был гордый свет славы Империума. Это было болезненное, гнилостное свечение порчи — клеймо Хаоса, осквернившего эту землю.

Уцелевшие имперские строения внутри доков подверглись чудовищным мутациям: металл изгибался под немыслимыми углами, плоть срасталась со сталью, превращая склады в богомерзкие капища Тёмных Богов и ощетинившиеся шипами бастионы.

Наполеон возвышался на обзорной площадке временного командного пункта, впиваясь взглядом в линзы мощного макробинокля. Он с холодной расчетливостью изучал линии вражеской обороны. За его спиной кипела напряженная работа: сержанты имперской гвардии и сервиторы Механикус спешно вносили последние штрихи в планы смертоносной атаки.

Опустив бинокль, полковник решительно спустился вниз, в самое сердце солдатского строя. Этой ночью порт Тулон будет отбит. Любой ценой. Иначе армада, которую ведёт Воитель Хаоса Абаддон, окончательно захлопнет капкан вокруг планеты.

— Солдаты! — Его голос, усиленный вокс-передатчиками, раскатился над плацем, заглушая гул прогревающихся двигателей. — Император и Принц возложили на нас величайшую надежду! Они доверили нам самую кровопролитную, самую важную задачу! Мы — острие копья в этой битве! Если мы дрогнем, если наш удар захлебнется в крови — этот мир будет обречён на вечные муки! Настал час выжечь скверну с нашей земли и очистить от неё небеса! Vive l’empire! Империум превыше всего!

***

Порт Тулон.

Следуя коварному замыслу, орды Хаоса медленно, но неумолимо пожирали звездную систему, в центре которой находилась Кадия. Их цель была пугающе ясна: взять систему в мертвую хватку, отрезав Кадию и соседние миры от любого снабжения, бросив их на растерзание во тьме абсолютной изоляции.

Тулон же висел на самых задворках системы, являясь критически важным стратегическим бастионом. Пади он — и врата в систему захлопнутся навсегда, заперев защитников в братской могиле.

Высшее командование Империума прекрасно осознавало эту угрозу. Пока еретики стягивали кольцо, лоялисты отчаянно перебрасывали резервы и флотилии, раз за разом бросаясь в самоубийственные контратаки, лишь бы измотать, обескровить авангард Хаоса, рвущийся к Тулону.

Ценой рек крови ударная группировка еретиков была выкошена более чем на семьдесят процентов. Но даже этих недобитков хватило, чтобы прорвать орбитальную оборону и молниеносно захватить космический порт.

Однако враг столкнулся с неожиданно яростным сопротивлением. Местные гарнизоны кадианцев и Силы Планетарной Обороны встретили их стеной огня. За прошедший год, благодаря бесчисленным логистическим пактам, заключенным Ли Фэном со Святой Террой, на планету непрерывным потоком текли военные грузы. Защитники Тулона были поголовно перевооружены по последнему слову техники.

Обычные смертные, сжимая в руках это новое, смертоносное оружие, сотворили невозможное: дюжина полков СПО и два полка, входивших в Кадианские Штурмовые Войска, намертво вгрызлись в бетон и остановили продвижение чудовищ.

Небеса раскалывались от залпов новейших 155-мм гаубиц M777. Обладая вдвое большей дальнобойностью по сравнению со стандартными имперскими аналогами того же калибра и массой всего в четыре тонны, эти орудия стали абсолютными королями артиллерийской поддержки, обрушивая на головы еретиков море огня.

Кадианские штурмовики же получили игрушки посерьезнее — такие же машины, что стояли на вооружении у Гвардейского Учебного Корпуса под личным командованием Ли Фэна. Это был Основной Боевой Танк M1A4 «Кадианус». Рельсотрон, передовые системы управления огнем, запредельная маневренность и неуязвимая броня — экипажи буквально молились на этих стальных монстров.

Солдаты даже прикручивали к башням пластиковые командирские кресла и разрисовывали броню размашистыми лозунгами вроде «Кадия стоит!». В войсках эти машины быстро прозвали…

[Основной Боевой Танк M1A4 «Кадиамус» — модель «Кликбейт»] (Подарочный набор с боевым рейтингом 40.7).

Дополнял эту стальную армаду целый парк бронированных машин на базе шасси Страйкер, щедро выделенный Ли Фэном для кадианцев. В их числе были [Бронетранспортер M1126 «Страйкер»] и [105-мм Колесная Штурмовая Пушка с Рельсотроном M1128 «Страйкер»].

http://tl.rulate.ru/book/155693/8941409