Готовый перевод Warhammer 40,000: My Girlfriend is the Emperor of Men / ВАРХАММЕР: Моя девушка — Император Человечества: Глава 150. След Инквизитора

Глава 150. След Инквизитора

Особняк Губернатора.

Ли Фэн просматривал бесконечные стопки отчетов, погрузившись в деловую тишину кабинета. Если у сервочерепа — этого левитирующего, покрытого механизмами человеческого черепа — и было какое-то неоспоримое достоинство, кроме его прямых функций, так это возможность работать аудиоплеером. Сейчас он парил рядом, бубня монотонным голосом содержимое очередного документа, по сути, заменяя «аудиокнигу».

Сам Ли Фэн в это время обедал тем же, чем кормили солдат в столовой: тушеной капустой с мясом муравьебыка и фунчозой, закусывая всё это простыми маньтоу. Простая, грубая пища помогала сосредоточиться на оценке эффективности различных подразделений, перешедших под его командование.

Особое внимание привлекал отчет майора Броклау, составленный сразу после победоносного завершения боя.

Ли Фэн усмехнулся, глядя в дата-планшет. Этот полк, 597-й, поначалу был головной болью: слияние чисто мужского и чисто женского подразделений вызвало предсказуемый хаос и трения. Но теперь, пройдя крещение огнем, они превратились в грозную боевую единицу.

Впрочем, были и нюансы. В своих мемуарах комиссар Каин упоминал, что всего через год после объединения полков он уже виртуозно научился менять подгузники. И это неудивительно. Просто представьте: тысяча мужчин и тысяча женщин, молодых, полных сил, бурлящих гормонов и адреналина, заперты в герметичном металлическом чреве космического корабля на несколько недель перелета. Что могло пойти не так?

Итог был закономерен. В будущем 597-й полк мог бы похвастаться таким количеством свадеб, что был способен восполнять потери естественным путем, буквально «производя» солдат на месте. Полковник Кастин и лейтенант Сулла, густо краснея, передали Ли Фэну списки личного состава... Глядя на них, Ли Фэн прикинул, что эти несколько тысяч человек уже успели настрогать детей на целый отдельный батальон. Самое поразительное, что многие из женщин умудрялись выходить на поле боя, будучи беременными, и сражались с яростью валькирий.

На кровати в углу комнаты отдыхала Фидес. Она весь день провела на ногах, помогая Ли Фэну, и теперь позволила себе расслабиться. Услышав, как открывается массивная дверь, она приподнялась, но, увидев вошедшего Рейнхардта, тут же успокоилась и легла обратно.

К этому пареньку Фидес относилась с теплотой. Рейнхардт, Зигфрид и Ян Вэньли считали Ли Фэна своим старшим братом, наставником и вожаком. А однажды Рейнхардт, забывшись, даже назвал Фидес «невесткой». Простая человеческая привязанность в этом жестоком мире стоила дорого.

— Ваше превосходительство, — вытянулся Рейнхардт, — к нам посетитель. Это... Инквизитор.

— Пусть войдет.

— Есть.

Рейнхардт отступил в сторону, пропуская фигуру, закутанную в плотный плащ. Под грубой тканью скрывалась Силовая Броня Инквизитора, на рельефном нагруднике которой покоилась инсигния — массивная золотая буква «I», инкрустированная рубинами. Символ абсолютной власти.

Это была Женщина-инквизитор. Войдя в кабинет, она откинула капюшон, открывая лицо, обрамленное аккуратной стрижкой черных волос средней длины.

— Приветствую вас, господин Ли Фэн. Я — Катарина Лоуренс, Инквизитор Ордо Ксенос.

Ли Фэн окинул взглядом красивую, но опасную гостью, кивнул и, не прерывая трапезы, произнес:

— Рад встрече, госпожа Инквизитор. Прошу прощения, но вам придется смириться с тем, что я буду совмещать прием с обедом.

— Ничего страшного, господин Ли Фэн, — ответила Катарина, стараясь сохранять невозмутимость.

Она села на стул напротив стола и невольно засмотрелась, как Губернатор с аппетитом уплетает маньтоу, чередуя их с тушеным мясом. В животе у неё предательски заурчало — запах еды был дразнящим.

— Господин Ли Фэн, я пришла просить вашей помощи, — перешла она к делу. — Наша коллега, госпожа Вейл, также Инквизитор, сопровождала вашу дипломатическую группу на переговоры с Т'ау. Сейчас связь с ними потеряна, и я надеюсь...

Ли Фэн взял эмалированную кружку, сделал глоток чая «Сань пао тай», чтобы прополоскать рот, и спокойно перебил её:

— Успокойтесь. Герой Империума, Комиссар Каин, уже отправился на их поиски.

Он достал чистую чашку и плеснул туда чая для гостьи. В этот момент дверь снова распахнулась, и на пороге появился Зигфрид:

— Ваше превосходительство! Дипломатическую группу доставил проезжавший мимо батальон кадианских бронегренадеров. Отряд Инквизитора сейчас вместе с Комиссаром Каином направляется в наш лагерь.

Услышав это, Катарина тут же вскочила, словно её ужалили.

— Благодарю вас, господин Ли Фэн, я немедленно...

— Сидеть, — голос Ли Фэна хлестнул, как выстрел. — Вы еще чай не допили.

— Благодарю за гостеприимство, но я должна...

— Я сказал... сесть.

В тоне Ли Фэна прорезалась такая сталь, что даже Фидес на кровати напряглась и села. Катарина судорожно сглотнула и, словно под гипнозом, опустилась обратно на стул.

— Насколько я помню, на дипломатические переговоры я вас не приглашал, — Ли Фэн поднял взгляд. Его глаза стали холодными и колючими. Он сверлил Катарину тяжелым взглядом.

Инквизитор Лоуренс не была робкой девчонкой, она видела ужасы, от которых седели ветераны, но перед лицом этого человека, обладавшего чудовищной властью и подавляющей аурой, по её коже побежали мурашки.

— Господин Ли Фэн, Инквизиция Империума имеет право...

— ...даже не поздоровавшись? — оборвал он её на полуслове.

Ли Фэн подлил себе чая в эмалированную кружку, и Катарина зацепилась взглядом за надпись на её боку: [Отличный стрелок].

— Это... мы... — она замялась.

Ли Фэн открыл лежащий рядом портсигар, туго набитый самокрутками из коричневой лакричной бумаги. Достав одну, он протянул открытый портсигар Инквизитору.

— Будешь? Это не с какого-нибудь Агромира или Райского Мира. Табак выращен в гидропонных садах Императорского Дворца самими Кустодиями.

Катарина понимала, что выбора нет. Отказ сейчас был бы воспринят как личное оскорбление. Она привычным движением вытащила сигарету. Ли Фэн щелкнул зажигалкой Zippo, учтиво давая прикурить даме, прежде чем закурить самому.

— У меня здесь война идет, — выпустив струйку дыма, произнес он. — Пули свистят, снаряды падают. А вы шастаете где ни попадя, даже не удосужившись поставить меня в известность... Это нормально? А если что-то случится? Кто будет отвечать — вы или я?

— Когда мы становимся Инквизиторами и получаем доверие Императора, мы готовы пожертвовать своими жизнями... — начала она заученную фразу.

— Оставьте эти красивые лозунги для новобранцев, — отмахнулся Ли Фэн. — Мне плевать, сдохнете вы или нет. Меня волнует другое: если из-за ваших действий переговоры сорвутся или пойдут не так, кто будет разгребать последствия?

Катарина глубоко вздохнула, собираясь с духом, и посмотрела прямо в глаза Ли Фэну:

— Нам нужно было убедиться, что вы не заключили с Т'ау никаких... тайных соглашений.

Ли Фэн молча открыл ящик стола, достал увесистую папку с документами и швырнул её на стол перед Инквизитором.

— Здесь все условия наших дипломатических переговоров. До последнего пункта. — Он затянулся и продолжил, глядя на неё сквозь дым. — Меня раздражает не то, что вы делаете, а как вы это делаете. Неужели нельзя просто следовать протоколу? Зачем устраивать эти дешевые шпионские игры и «черные операции»? Если есть вопросы — придите и спросите. Я здесь. Я бы даже включил вас в состав делегации, если бы вы попросили.

Выговорившись, он встал и кивнул Рейнхардту, стоящему у двери:

— Проводи госпожу Инквизитора. Мне нужно закончить ужин и вернуться к работе.

Получив столь явный приказ убираться, Катарина потемнела лицом. Обычно это она выгоняла людей, а не наоборот. Схватив папку с документами, она резко развернулась и зашагала к выходу, демонстративно игнорируя подошедшего Рейнхардта, который вежливо пытался указать ей путь.

— Я сама знаю дорогу! — бросила она через плечо.

Глядя вслед рассерженной женщине, Рейнхардт вернулся к столу:

— Ваше превосходительство, а не слишком ли... жестко вы с ней? Это всё-таки Инквизитор.

Ли Фэн передал ему пустую тарелку и вытер губы салфеткой.

— Если работаешь в тайной полиции, нужно быть готовым к тому, что тебя не будут любить... Кстати, принеси-ка еще миску рагу. И три маньтоу захвати.

Когда Рейнхардтт ушел выполнять поручение, Ли Фэн снова углубился в бумаги.

Механикус всё еще занимались подъемом затонувшего флота Т'ау. Легионы Титанов в этой кампании выступили исключительно в роли гигантских, устрашающих талисманов — Т'ау разбежались еще до того, как богомашины успели сделать хоть выстрел.

Зато трофеи были богатыми. Множество устройств с поднятых кораблей ксеносов уже отправили техножрецам для реверс-инжиниринга и ремонта. Ли Фэн рассчитывал, что вскоре сможет на основе этих технологий сгенерировать имперские версии СШК. Особенно его интересовали боевые костюмы Т'ау — идея выдать каждому солдату по персональному меху казалась ему весьма заманчивой.

А Ма Иньлун после этой войны вдохновился настолько, что отправил на Марс научную диссертацию с провокационным названием:

«Возвращение к эпохе авианосцев: Почему гигантомания орудий тупикова, и как ракеты и истребители определят будущее морских и наземных сражений».

http://tl.rulate.ru/book/155693/8933934