Готовый перевод Warhammer 40,000: My Girlfriend is the Emperor of Men / ВАРХАММЕР: Моя девушка — Император Человечества: Глава 134. Бар «Старый Ветеран»: вино «Пушка», шнапс «Снаряд», дешёвое пойло «Патрон» — для старых друзей верный урон

Глава 134. Бар «Старый Ветеран»: вино «Пушка», шнапс «Снаряд», дешёвое пойло «Патрон» — для старых друзей верный урон

Проспект Гравалакс.

Каин только что покинул здание штаба, расположившееся в отеле. Улица перед ним бурлила: нескончаемый поток новейшего вооружения, привезенного Ли Фэном, растянулся стальной змеей до самого горизонта. Взгляд комиссара скользил по бронетехнике, аналогов которой он прежде не встречал: невиданные модели танков, тяжелые бронетранспортеры, а также установленные на грузовых шасси монструозные артиллерийские системы и ракетные установки.

Небо над головой вибрировало от гула. Армады боевых и транспортных вертолетов, увенчанных хищными лопастями, разрезали облака, заслоняя солнце...

Среди этого механического рева и людского гомона Каин вдруг уловил знакомый оклик за спиной:

— А-Кай! Сюда! Эй, я тут!

Друзей у Каина было немного — сказывалась специфика работы, где привязанность часто становилась слабостью. Но людей, которые могли бы позволить себе так его называть, и вовсе можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Он обернулся. И действительно, из дверей отеля, сияя своей фирменной придурковатой улыбкой, к нему спешил Дивас.

— Старина Дивас! — Каин приветственно вскинул руку.

Дивас, ловко обогнув тяжелый грузовик с боеприпасами, подбежал к комиссару.

— Когда это ты успел выбиться в майоры? — выпалил он, едва переведя дух.

В последний раз, когда Каин видел Диваса, тот только получил звание капитана. Это было в тот день, когда Каин, мучимый чудовищным похмельем, покидал 12-й полк полевой артиллерии. Кажется, Дивас тогда был единственным, кто искренне жалел об его уходе.

— А ты? — Каин окинул взглядом петлицы друга. — Все еще тянешь лямку в 12-м артиллерийском?

— Так точно! — Дивас рассмеялся, тяжело дыша, но в этом смехе все еще сквозила та самая, знакомая с юности, преждевременная ребячливость. — Я теперь начальник штаба полка. Работа, сам понимаешь: поддержание порядка, зачистка еретиков, старая рутина.

Каин заметил, что виски Диваса тронула седина, а поясной ремень пришлось ослабить на одну дырочку, но энтузиазм в его глазах пылал так же ярко, как и в день их первой встречи.

Комиссар снова огляделся, впитывая окружающий хаос. Огневой мощи, собранной здесь, хватило бы, чтобы заставить эту захолустную планету дрожать от ужаса до самого ядра.

— Если Т'ау решат дернуться, — тут же прокомментировал Дивас, проследив за его взглядом, — ни один снаряд не пропадет даром. Ты бы видел новое оружие, А-Кай, это нечто. Там есть штуки, похожие на дредноуты, только быстрее и в два раза крупнее Астартес. А танки... после них техника Эльдар кажется поделками, купленными на орочьей барахолке.

Дивас по-прежнему считал войну увлекательным приключением. Конечно, легко находить в этом забаву, когда ты всаживаешь снаряды во врага с расстояния в несколько километров. Но когда ты сталкиваешься с противником лицом к лицу, когда чувствуешь его зловонное дыхание — веселье, как правило, быстро заканчивается.

Впрочем, Диваса это не беспокоило, потому что...

— Видишь те 155-миллиметровые самоходки? — Он с гордостью ткнул пальцем в проезжающую колонну. — Они стреляют снарядами повышенной дальности. Бьют в несколько раз дальше наших старых 132-миллиметровых орудий «Сотрясатель». И заметь, снаряды управляемые! Погрешность — не больше оконной рамы.

— В несколько раз?! — брови Каина поползли вверх.

— Именно, А-Кай! Старина Ли... кхм... наш господин Ли привез целую гору новых игрушек. Ракеты на тех пусковых установках могут бить на сотни, тысячи, даже десятки тысяч километров! И тоже с точным наведением. У нас теперь полная номенклатура калибров: 380, 280, 240, 230, 155, 122... Все, что душе угодно! Ходят даже слухи, что сейчас монтируют настоящего монстра — гигантское железнодорожное орудие калибром около 800 миллиметров! Оно сможет достать врага даже на орбите!

***

Каин и Дивас неспешно прогуливались по улицам Гравалакса. Город жил в режиме военного положения. Повсюду сновали патрули военной полиции: они выбивали двери прикладами, врываясь в дома в поисках предателей.

Обыски были безжалостными. Из распахнутых окон на мостовую летели товары производства Т'ау, разбиваясь вдребезги под сапогами прохожих. Солдаты вытаскивали на улицу людей со странными прическами, ставили их на колени и, орудуя штык-ножами, грубо срезали косы прямо с кожей.

Тех, кто сопротивлялся или упорствовал в своей ереси, выволакивали на середину улицы. В ход шли электрошокеры и дубинки. Каин невольно усмехнулся, услышав ритмичные удары и вопли, складывающиеся в жутковатую мелодию воспитания:

«Три удара — дурь Т'ау вон! Я — имперец, господин, я свой!»

Под градом ударов предатели выли от боли, молили о пощаде и ползали в пыли, вымаливая прощение. Толпа реагировала по-разному: с одной стороны улицы доносились одобрительные выкрики и аплодисменты лояльных граждан Империума, с другой — мрачные, полные ненависти взгляды «вторых дьяволов» — пособников Т'ау, сверлили спины жандармов.

В сгущающихся сумерках фигуры Каина и Диваса, освещенные тусклым светом фонарей, выглядели внушительно. Тяжелая комиссарская шинель Каина служила лучшим пропуском — часовые у ворот лагеря расступились без единого слова.

Правда, один из солдат все же осмелился дать совет:

— Будьте осторожнее, сэр. В этом районе часто случаются беспорядки.

Для Каина это предупреждение не имело особого веса. Он лишь с вежливой улыбкой кивнул, пообещав быть начеку. Но стоило им отойти на расстояние, где их не могли услышать, как он наклонился к Дивасу и тихо, но жестко предупредил: к тому месту ни ногой.

— Император упаси, нет конечно! — поморщился Дивас. — Там кишмя кишат еретики. Пока мне не дадут взвод этих новых танков «Леопард», даже не надейся, что я сунусь туда что-то зачищать.

Каин подумал, что Дивас, вероятно, никогда не видел, как работает огнемёт по живой плоти, иначе он не говорил бы об этом с таким жаром. Сам Каин насмотрелся на подобное и, честно говоря, даже злейшему врагу не пожелал бы такой участи.

— Откуда они вообще все повылезали? — спросил Каин, лавируя между загорающимися неоновыми вывесками и уличными фонарями.

Толпа перед ними расступалась, словно море перед Моисеем. Люди смотрели на них со смесью благоговейного страха и, местами, плохо скрываемой ненависти, напуганные имперской формой и кобурами на поясах.

Каин ловил на себе злобные взгляды местных жителей с теми самыми странными прическами: бритая голова и длинная коса на макушке. Лишь позже он узнает, что этот стиль — символ принадлежности к определенной еретической секте, члены которой с началом войны почти поголовно переметнутся на сторону врага. Но сейчас они лишь шипели проклятия сквозь зубы.

— Местные, — махнул рукой Дивас, явно не придавая этому значения. — Вся планета насквозь прогнила симпатией к ксеносам.

Торговля с Т'ау велась здесь поколениями. Казалось бы, абсурд, но от фермеров на окраине Галактики трудно ожидать высокой идеологической стойкости. Они привыкли к присутствию чужих. Предупреждения местного епископа Экклезиархии о том, что это добром не кончится, игнорировались годами.

Постепенно многие начали перенимать идеологию пришельцев. И задача Ли Фэна, приведшего сюда армию, заключалась именно в том, чтобы вправить им мозги, пока ситуация не стала необратимой.

Вскоре они подошли к бару. Заведение было забито под завязку: офицеры и солдаты в имперской форме оккупировали почти все столы. Огромная неоновая вывеска над входом объясняла популярность места:

[Старый Ветеран]

— Проблема в том, — подытожил Дивас, опрокидывая стакан, когда они нашли свободное место, — что самые упертые из них уже полностью промыты. Они искренне верят, что Т'ау должны править Галактикой, а мы — злобные ублюдки, пришедшие отобрать у них новые игрушки.

— Ну, если Т'ау действительно придут, — усмехнулся Каин, — боюсь, так просто они их не отпустят.

Он тоже залпом осушил свой стакан. Жидкость, пахнущая дымом и дешевым спиртом, обожгла горло и теплом разлилась по телу. Вкус, однако, оставлял желать лучшего... Каин поморщился. Они заказали это пойло только потому, что бутылка была выполнена в форме артиллерийского снаряда — забавный маркетинговый ход.

— Они наверняка знают, что мы не сдадим это место без боя, — холодно усмехнулся Дивас. — Они заявляют, что находятся здесь лишь для защиты своих торговых интересов.

Оба рассмеялись. Империум использовал тот же предлог для вторжения на бесчисленное множество миров. Впрочем, для Империума это никогда не было просто предлогом. Долг Каина как комиссара заключался в том, чтобы лично расстреливать любого, кто посмеет усомниться в решимости Империума.

Каин жестом подозвал официантку и заказал еще по одной. «Сердечная и широкогрудая» девушка с неподдельным патриотическим пылом наполнила их бокалы.

Пришлось признать, у Диваса был отличный нюх на бары. «Старый Ветеран» оказался настоящим оплотом лоялистов. Сквозь клубы табачного дыма виднелись мундиры солдат Астра Милитарум и местных Сил Планетарной Обороны. Гражданские, которым посчастливилось оказаться здесь, с восторгом смотрели на настоящих имперских гвардейцев, громко возмущаясь, почему Администратум не прислал войска раньше, чтобы дать пинка этим синекожим ублюдкам.

Владелец бара, бывший сержант Гвардии, потерявший ногу в войне с орками, сиял от гордости, принимая у себя двух старших офицеров.

Дивас, будучи человеком общительным, тут же представил хозяину себя и Каина как близких друзей «Друга Императора», попутно расписав героические подвиги комиссара.

Каин с привычной скромностью отмахивался от дифирамбов, но результат не заставил себя ждать: платить за выпивку им больше не пришлось. Каину даже пришлось дать несколько автографов гражданским, которые умоляли «героического комиссара Каина» уничтожить «этих мелких синих тварей» под корень.

Разогретый алкоголем и вниманием, Каин переключился на официантку. Надо отдать должное, язык у него был подвешен отменно, и «светская беседа» потекла рекой:

— А ну-ка, улыбнись... Парень есть? Нет? А как насчет меня? Если я не подхожу, вот он свободен. А если и он не годится, бери обоих... Может, заедем за тобой после смены? А? Ну что ты молчишь, давай поговорим... Твой босс — солдат, ты же знаешь, что мы за люди, м? Что значит «не могу»? Ты убери частицу «не», и останется «могу»! А я, милая, о-о-очень многое могу... Эх, ладно, вижу, разговор зашел в тупик...

Закончив флиртовать, Каин и Дивас отступили в уединенную кабинку, где наконец смогли поговорить без лишних ушей. Дивас, уже изрядно подвыпивший, снова перешел на фамильярное обращение к Ли Фэну.

— Знаешь, я думаю, то, что затеял наш «Старина Ли», может сработать. Скажу тебе по секрету...

Дивас поднял стакан и, словно невзначай, постучал пальцем по носу. Каин пил медленно, стараясь сохранить ясность ума — ему еще предстояло выбираться через потенциально враждебный город.

— Какой секрет? — спросил он.

— А ты как думаешь? — Дивас обмакнул палец в лужицу пролитого алкоголя и вывел на столе изящную букву I, затем перечеркнул её тремя короткими горизонтальными чертами, превращая в символ Инквизиции, и тут же стер пальцем.

Каин не сдержал смешка:

— А, Инквизиция... Ну, это имеет смысл. Впрочем, сейчас они нас не касаются. Пока Ли Фэн здесь, с его-то весом, ни один инквизитор не посмеет нас тронуть.

В глубине души он понимал: если бы этих слухов не было, вот тогда стоило бы беспокоиться по-настоящему. Инквизиция всегда работает там, где её не ждут.

Дивас опрокинул в себя остатки пойла, стукнул стаканом об стол и, с трудом фокусируя взгляд, пробормотал:

— Слышал от одного бюрократа из Администратума... Клялся, что источник надежный... — Он тяжело поднялся, пошатнувшись. — Мне надо проветриться.

— Мне, пожалуй, тоже, — поддакнул Каин.

Несмотря на внешнее пренебрежение к слухам об Инквизиции, он сделал мысленную зарубку. Ситуация на планете была куда сложнее, чем казалось на первый взгляд.

Попрощавшись с владельцем и грустной официанткой, они, пошатываясь, спустились по лестнице. Ночной холодный воздух немного привел Каина в чувство.

Он огляделся по сторонам и обнаружил Диваса лежащим в придорожной канаве. Тот что-то бормотал себе под нос, понятное только ему одному.

К счастью, бар находился в глухом переулке, и никто не видел их позора. Убедившись, что опасности нет, Каин рывком поднял друга на ноги и усмехнулся:

— Ты же вроде крепче был на выпивку?

Дивас беспомощно покачал головой, лицо его выражало вселенскую скорбь:

— Качество дерьмовое... Винтовка-пойло, пушка-пойло, пуля-пойло... мда, алкашка для самоубийц, специально, чтоб травить старых друзей...

— Твою ж налево... — с досадой выдохнул Каин, пытаясь сориентироваться на местности. — Куда это нас с тобой занесло?

http://tl.rulate.ru/book/155693/8933905