Номинально отдел разведки и отдел контрразведки «Арасаки» имели раздельные функции: один отвечал за внешние угрозы, другой — за внутренние. Каждый отдел выполнял свои обязанности. Однако на деле оба стремились к единоличной власти. В процессе работы их функции слишком часто пересекались, что приводило к фактической конкуренции между ними.
Взять, к примеру, филиал «Арасаки» в Найт-Сити: почти каждый руководитель отдела разведки и контрразведки по тем или иным причинам становился заклятым врагом своего коллеги. Обе стороны желали друг другу скорейшей гибели. Смертельная вражда между Дженкинсом и Эбернати была лишь продолжением давней «славной традиции» двух отделов.
Однако в этом раунде противостояния Дженкинс, без сомнения, одержал верх, ударив Эбернати по больному месту.
Арасака-тауэр. Отдел разведки.
Директор Эбернати метала громы и молнии.
— Вы кучка идиотов, бездарей! Такое простое дело завалили! Вам поручили захватить цель, а вы устроили уличную перестрелку с «Милитехом»?! Я неясно выразилась или у вас с головой проблемы?! Слова «захват» и «зачистка» звучат похоже?!
Командиры отделов, которых поливали грязью, не смели даже поднять головы.
— Ладно бы вы просто устроили бойню с «Милитехом», так вы ещё и проиграли. Два старших оперативника не смогли справиться с одним одиночкой и были убиты. И что в итоге? Полное уничтожение отряда! Если бы служба безопасности не подоспела вовремя, мы бы даже трупы не смогли забрать. Ах да, я слишком вас переоценила, вы, чёрт возьми, вернули только треть. Остальные тела уже лежат в морге «Милитеха»! Вы хоть представляете, сколько информации утекло?!
Командиры отделов лишь непрерывно кланялись, бормоча:
— Искренне просим прощения.
— Хватит! Вместо того чтобы сейчас кланяться, лучше бы подумали, как нам выпутаться из этой ситуации. Мы не можем позволить, чтобы вся вина легла на нас…
Один из командиров осторожно предложил:
— Наши люди видели подчинённых Дженкинса на Кресент-стрит, может быть…
— Это ты не проснулся или я? Эту процедуру импичмента инициировал Дженкинс, неужели ты думаешь, он не подстраховался?
— Тогда мы можем разгласить то, что люди Дженкинса не оказали нам поддержки, и утянуть его за собой…
Эбернати уже подготовилась к тому, чтобы выдержать допрос совета директоров. Однако она никак не ожидала, что её заклятый враг заполучил запись с Кресент-стрит. Из-за этого допрос, в исходе которого она была уверена, превратился для неё в эшафот.
— Директор Эбернати, просим вас немедленно пройти в конференц-зал номер шесть.
Эбернати бросила испепеляющий взгляд на своих подчинённых, которые годились лишь на то, чтобы всё портить. Сейчас самым важным был допрос. Даже если она захочет свести счёты, сначала нужно пережить нынешний кризис.
* * *
Митико Арасака вывела все материалы по операции на Кресент-стрит на голографические проекторы перед членами совета директоров «Арасаки».
— Уважаемые члены совета, перед вами подробный отчёт об операции на Кресент-стрит. Из-за ошибки в командовании директора Эбернати корпорация «Арасака» понесла серьёзные убытки, и это неоспоримый факт.
Один из директоров, подперев подбородок рукой, спросил Эбернати:
— Директор Эбернати, у вас есть какие-либо объяснения?
Эбернати узнала его. Этот акционер был из фракции, поддерживающей Митико Арасаку.
— Уважаемые члены совета. Провал этой операции был обусловлен форс-мажорными обстоятельствами. До вмешательства «Милитеха» весь план разрабатывался в соответствии с процедурой захвата. Этот план имел высокую степень секретности. Раз «Милитех» смог вмешаться, у нашего отдела разведки есть основания полагать, что шпион передал им информацию. А за информационную безопасность внутри «Арасаки» отвечает отдел контрразведки…
Говоривший директор нетерпеливо постучал по столу:
— Операция провалилась?
— Да.
— Операция нанесла «Арасаке» огромный ущерб?
— Да.
— Перестрелка на Кресент-стрит нанесла серьёзный удар по репутации «Арасаки»?
— Да.
— И наконец, в плане операции не было предусмотрено никаких мер на случай вмешательства других сил?
— Да, но…
— Тогда о чём ещё говорить! Корпорация «Арасака» хочет, чтобы её сотрудники были ответственными людьми, а не перекладывали вину после такого крупного провала!
Увидев, что атмосфера накалилась до нужного предела, Дженкинс неторопливо начал свою речь.
— Уважаемые члены совета, позвольте мне от имени отдела контрразведки выдвинуть новое обвинение против директора Эбернати. У нас есть основания полагать, что директор Эбернати причастна к утечке информации.
Члены совета зашумели, но быстро утихли. Митико Арасака нахмурилась. Дженкинс не сообщал ей об этом заранее. Внести такое дополнение в дело по свержению Эбернати было полностью его собственной инициативой.
Другой директор сказал:
— Директор Дженкинс, вы должны понимать, что это очень серьёзное обвинение.
— Разумеется, уважаемые члены совета. Я готов нести ответственность за свои слова, — уверенно ответил Дженкинс.
Члены совета включили видео на своих голографических дисплеях.
— Я вот чего не понимаю. То, что нас послали сюда наблюдать, я ещё могу понять. Но зачем следить за своими же?
— Это приказ директора Эбернати. Меньше слов, больше дела…
Лицо Эбернати стало пепельным.
Дженкинс продолжил:
— Агенты контрразведки получили надёжную информацию о том, что фиксер с Кресент-стрит владеет важными сведениями об утечке. На пути к Кресент-стрит за нашими агентами уже велось наблюдение со стороны отдела разведки. Кроме того, когда наши агенты добрались до цели, они обнаружили, что фиксер мёртв, а агенты отдела разведки обыскивают его место…
Увидев выражения лиц членов совета, Эбернати поняла, что на этот раз ей конец.
Члены совета недолго пошептались. Митико Арасака сказала:
— Уважаемые члены совета, если нет возражений, тогда…
— Подождите, у меня есть возражение.
Все в конференц-зале встали и почтительно поклонились вошедшему.
— Господин Ёринобу.
Ёринобу Арасака вошёл в зал.
— Садитесь, господа. Полагаю, вы ещё не ознакомились со всеми деталями этого дела.
Ёринобу подошёл к Митико. Член совета, сидевший рядом с ней, поспешно уступил место.
Появление Ёринобу стало для Митико неожиданностью.
— Дядя, почему вы здесь?
— Я ведь тоже один из директоров «Арасаки», не так ли?
Митико знала, что это лишь предлог. Прежде Ёринобу Арасака никогда так активно не вмешивался в дела компании.
Ёринобу обратился к членам совета:
— Господа, только что наш информатор из «Милитеха» передал некоторые отчёты, касающиеся операции на Кресент-стрит.
На проекторах перед директорами появился документ. Судя по содержанию, это был внутренний отчёт о вскрытии «Милитеха».
— Прошу всех взглянуть. «Милитех» провёл очень детальное вскрытие того фиксера с Кресент-стрит. Согласно их отчёту, самое позднее время смерти — около 13:30. Однако, по записям «Арасаки», агенты вошли на Кресент-стрит в 14:00. Разница в полчаса. И, судя по отчёту директора Эбернати, отдел разведки получил информацию внезапно и действовал в срочном порядке.
— Кроме того, информатору удалось передать часть аудиозаписей, извлечённых «Милитехом» с тел двух наших погибших старших агентов.
Был открыт аудиофайл.
— Сканирование выявило два сигнала. Один — живой человек, у второго только сердцебиение. Похоже, тот, что с сердцебиением, — приманка…
Ёринобу Арасака дождался, пока все члены совета ознакомятся с документами, и продолжил:
— Имеющиеся доказательства указывают на то, что фиксер, владевший важной информацией, скорее всего, погиб от руки одиночки из «Милитеха». Кроме того, утечка информации в этой операции, вероятно, произошла потому, что этот одиночка не покинул место событий. Команду отдела разведки атаковали силы поддержки «Милитеха».
— Но в этом отчёте не указана личность этого одиночки.
— Я всё же уверен в технологиях нашей компании. Нанести нам урон в виде двух старших агентов за такое короткое время — на это способен только «Милитех». И, скорее всего, это были их лучшие агенты.
Задавший вопрос директор сел, выражая своё согласие с этим мнением.
Члены совета снова начали обсуждать и быстро пришли к выводу.
Ёринобу Арасака хлопнул в ладоши и сказал:
— Уважаемые члены совета, если нет возражений, я сейчас объявлю решение по делу директора Эбернати.
— Убытки в этой операции в основном являются результатом того, что «Милитех» опередил нас. Директор Эбернати отправила агентов своего отдела в первую очередь для защиты интересов «Арасаки». Хотя времени было мало, директор Эбернати не скоординировала свои действия с другими отделами компании и действовала опрометчиво, стремясь к личной выгоде. Это факт. Поэтому я предлагаю лишить директора Эбернати всех премий за текущий год, а также обязать её возместить стоимость всего утерянного в ходе операции технического оборудования.
Один из директоров, поддерживающих Ёринобу, спросил:
— Не слишком ли это мягкое наказание?
— Если мы будем наказывать сотрудников за проблемы, которых невозможно было избежать, это негативно скажется на долгосрочном развитии компании.
Ёринобу Арасака посмотрел по сторонам.
— Если у вас нет возражений, то на этом допрос можно считать оконченным.
* * *
За дверями конференц-зала.
Другие участвовавшие в допросе члены совета уже ушли. Митико Арасака и Дженкинс тоже не стали задерживаться. У дверей остались только Эбернати и Ёринобу Арасака.
Эбернати поклонилась.
— Господин Ёринобу.
— В этот раз тебе повезло, кто-то тебе помог. Но следующего раза не будет, — сказал Ёринобу Арасака.
Не дожидаясь ответа Эбернати, он ушёл.
Эбернати выпрямилась и увидела, что Ёринобу Арасака уже далеко. Она направилась в сторону отдела разведки, её шаги были полны гнева. Допрос окончен, и теперь Эбернати собиралась как следует проучить своих подчинённых.
http://tl.rulate.ru/book/155641/8962125
Готово:
