Понедельник, 16 апреля 2074 года.
Бесчисленные сотрудники в чёрных или бордовых костюмах сновали по башне Арасака, словно бездушные марионетки. Для подавляющего большинства работников корпорации «Арасака» слово «отдых» казалось чем-то из мифов и легенд. Нормой было силой различных стимуляторов подавлять усталость, чтобы «сиять и гореть» на благо компании.
Под руководством Сабуро Арасаки, этого «местного императора», корпорация «Арасака» напоминала скорее не современное предприятие, а владения даймё периода Сэнгоку в Японии. Внутренняя культура «Арасаки» унаследовала и древнюю японскую традицию «гэкокудзё» — «низший свергает высшего».
Сотрудник, желающий продвинуться по карьерной лестнице, мог прибегнуть к разным методам. К более мягким относились подача отчётов о действиях в обход начальства или доносы на «хищение корпоративного имущества» и другие проявления нелояльности со стороны вышестоящих. Более прямые методы включали в себя отправку начальника на «физическую пенсию».
Конечно, коллеги одного ранга были ещё более подходящей мишенью, чем начальники. В таких условиях умение интриговать против сослуживцев было обязательным курсом для каждого нового сотрудника «Арасаки». Подавление, жестокость, хладнокровие — вот истинное лицо корпорации «Арасака», скрытое под маской цивилизованности. Каждый сотрудник должен был доказать свою ценность. И сейчас одна новоиспечённая работница, выполнив задание руководства, направлялась с докладом.
Женщина с непроницаемым лицом ждала лифт, и лишь в глубине её глаз проскальзывало нетерпение.
Её внешний вид полностью соответствовал требованиям, которые ценности «Арасаки» предъявляли к сотрудникам: длинные чёрные волосы были аккуратно собраны, а пучок скрыт под такой же чёрной шляпкой-«лодочкой». На её холодном, по-восточному красивом лице был лишь лёгкий макияж, создававший ледяную ауру, отталкивающую всех и вся. Каждая пуговица бордовой рубашки была застёгнута наглухо. Поверх рубашки — идеально скроенный и отглаженный чёрный пиджак. Полы рубашки были аккуратно заправлены в юбку-карандаш, составлявшую с пиджаком единый костюм. Юбка была выполнена в пропагандируемом «Арасакой» стиле неомилитаризма, с чистыми, строгими линиями, без лишних украшений. Её длинные, прямые ноги, согласно требованиям головного офиса, были облачены в чёрные чулки, а на ногах — безупречно чистые чёрные лаковые туфли на высоком каблуке.
Наконец, она вошла в лифт. Камера, установленная внутри, немедленно просканировала её.
«Имя: Акисуй Сэцугэцу. Пол: женский. Должность: полевой агент контрразведки».
Она скривила губы, но тут же вернула лицу непроницаемое выражение. Лишь в глубине глаз, куда не каждый мог заглянуть, читалось раздражение.
Отдел контрразведки «Арасаки».
Из-за недавней утечки внутренней информации весь отдел напоминал растревоженный муравейник, где царил полнейший хаос. Акисуй Сэцугэцу с невозмутимым видом шла сквозь толпу. Там, где она проходила, агенты контрразведки, до хрипоты спорившие о планах действий, как один понижали голоса.
Внезапно из-за угла появился сотрудник. Не успев среагировать, он налетел прямо на Акисуй Сэцугэцу. Неожиданно она осталась невредимой, а довольно крупный на вид сотрудник от столкновения кубарем покатился по полу. Акисуй Сэцугэцу, не проронив ни слова и даже не взглянув на сбитого с ног коллегу, перешагнула через его тело и продолжила свой путь.
— Чёрт, это ещё кто такая? Что за спесь?
— А ты как думаешь? Это «важная шишка», которую тот самый господин из комплекса Арасаки лично прислал в качестве телохранителя для госпожи Митико.
— Так почему она тогда ютится в одном кабинете с такими работягами, как мы?
— Хм, кто знает? Не лезь в чужие семейные дела, особенно в дела этой семьи, а то и не узнаешь, как умрёшь…
Пройдя ещё два сканирования, Акисуй Сэцугэцу вошла в кабинет начальника отдела контрразведки Артура Дженкинса. Как только она вошла, мужчина, до этого любовавшийся видами города, развернул своё кресло. Акисуй Сэцугэцу остановилась и, сохраняя бесстрастное выражение лица, медленно поклонилась.
— Акисуй-сан, садись, — махнул рукой Дженкинс. — Скажи, как всё прошло?
В глазах Акисуй Сэцугэцу вспыхнул синий огонёк, и отчёт о задании был отправлен на личный терминал Дженкинса. Получив файл, Дженкинс некоторое время изучал его, а затем сказал:
— Акисуй Сэцугэцу, или, может, Виктория Валериот? Судя по досье, тебе больше нравится второе имя.
Акисуй Сэцугэцу слегка нахмурилась, но промолчала.
— Госпожа Митико всегда считала, что использовать такой молодой талант, как ты, окончивший тренировочный лагерь на Хоккайдо почти с высшим баллом, в качестве личного телохранителя — расточительство. Не в её охране, а в Отделе специальных операций такие выдающиеся люди, как ты, могут по-настоящему реализовать свой потенциал.
Акисуй Сэцугэцу молчала.
— Но ты знаешь, это Найт-Сити, центр операций «Арасаки» в Северной Америке и важный бастион в борьбе с «Милитехом». Мы не можем опрометчиво доверять столь важные корпоративные дела молодому специалисту, только что получившему диплом. Поэтому тебе придётся начать с самых низов. Это моё мнение, и мнение госпожи Митико. Я уверен, что с твоими способностями выделиться среди множества сотрудников не составит труда, не так ли? А теперь иди и верни тот чип. Запомни, не разочаруй меня, и тем более не разочаруй госпожу Митико, поняла?
Акисуй Сэцугэцу поднялась, поклонилась Дженкинсу так же, как и при входе, и молча вышла из кабинета.
Динь, динь.
Дженкинс ответил на голографический вызов.
— Госпожа Митико.
— Ну как?
— Акисуй Сэцугэцу нашла тело, но чипа в нём не было.
— Хм, неудивительно для человека, присланного главной семьёй. Даже с минимальными ресурсами она смогла найти фиксера, у которого больше всего шансов отыскать цель.
Дженкинс уловил в её голосе нотки порицания. Он опустил голову:
— Мне искренне жаль.
— Поторопись, эта утечка уже встревожила Токио. Если вернёшь информацию, все будут довольны, и ты сможешь подняться выше. Если же информация попадёт к другой корпорации, ты знаешь, каковы будут последствия.
— Подождите, госпожа Митико.
— Говори.
— Акисуй Сэцугэцу, как бы то ни было, человек, присланный вам господином Сабуро…
— Вокруг меня и так хватает шпионов из главной семьи.
— Прошу прощения, госпожа Митико.
— Впрочем, она талантлива. Проблему, которую сотни людей в вашем отделе не могли решить, она решила за два дня. Как её использовать — решать тебе.
Голографический вызов завершился. Дженкинс закурил сигару, сделал пару затяжек, а затем в ярости с силой швырнул её на стол.
Дженкинс быстро взял себя в руки. «Соединить с первым и вторым отделами контрразведки». Компьютерная программа автоматически соединила его с начальниками двух отделов.
— Эта новенькая в одиночку, за половину вашего времени и с десятой частью вашего бюджета, сделала то, что вы до сих пор не смогли.
— Простите, начальник Дженкинс…
— Я не хочу слышать «простите», мне нужен результат!
Дженкинс прервал связь и устремил взгляд за окно. Снаружи мерцали неоновые огни, и нескончаемым потоком двигались машины.
* * *
Акисуй Сэцугэцу сидела в машине и ответила на звонок фиксера.
— Госпожа Ви, хоть я, Джонсон, и известен в наших кругах как человек честный, но тут возникла небольшая неувязка. Думаю, нам стоит пересмотреть условия нашего сотрудничества…
Акисуй Сэцугэцу нахмурилась, но не стала прерывать длинную тираду фиксера. Она легонько шевельнула пальцами, запуская программу-трекер, которая начала определять местоположение Джонсона по этому звонку.
— …то есть, за эту работу придётся доплатить. Госпожа Ви? Вы меня слушаете?
Акисуй Сэцугэцу взглянула на индикатор выполнения — требовалось ещё немного времени. Её звонкий голос прозвучал с леденящей ноткой, от которой по спине пробежал холодок:
— Сколько?
— Я знал, что вы, госпожа Ви, человек дела. Немного, всего тридцать тысяч евро сверху, и я гарантирую, что доставлю вам этот чип в целости и сохранности.
— Сначала дам десять тысяч авансом, получишь лично. Я не хочу, чтобы об этом знал кто-то ещё, — ещё одна хакерская программа была загружена для отслеживания денежного потока.
— Конечно, конечно, госпожа Ви.
Получив перевод, Джонсон радостно произнёс:
— Что ж, приятно иметь с вами дело, госпожа Ви, — он повесил трубку, и в тот же миг хакерская программа Акисуй Сэцугэцу успешно определила его местоположение. Двигатель Мидзутани «Хаябуса» взревел, и машина устремилась к цели.
* * *
Уэстбрук, Кресент-стрит.
Акисуй Сэцугэцу цокнула языком. Едва она приблизилась к месту, где находился Джонсон, как заметила за собой хвост. Пока она размышляла, как от него избавиться, её взгляд упал на девушку в откровенном наряде, с ярким макияжем, оказывающую особые услуги на обочине. План созрел мгновенно. Акисуй Сэцугэцу подъехала к ней.
— Садись в машину.
Через некоторое время Акисуй Сэцугэцу сняла номер в ближайшем мотеле. Войдя внутрь, девушка охотно обняла её, но тут же её тело обмякло. Акисуй Сэцугэцу бросила её на кровать, убрала дрон «Оса», вколовший анестетик, и вылезла из окна комнаты.
Обойдя здание, она увидела, что машина, которая её преследовала, припаркована на противоположной стороне улицы. Автомобиль был замаскирован и ничем не отличался от других дешёвых машин, снующих по улицам Найт-Сити. Ещё один дрон «Оса» бесшумно взлетел и, управляемый Акисуй Сэцугэцу, направился к машине.
Дрон мягко приземлился на крышу и через вибрации начал улавливать звуки из салона.
— Не думал, что эта горячая красотка — лесбиянка.
— В наше время в Найт-Сити уже ничему не удивляешься.
— Вот бы провести с ней ночку… хе-хе.
— Её должность в корпорации куда выше твоей. Хочешь умереть — держись от меня подальше и не забрызгай меня кровью.
Глаза Акисуй Сэцугэцу сузились. За ней следят сотрудники «Арасаки».
— Я вот чего не пойму. Что нас тут поставили сторожить — это ладно. Но зачем следить за своими же?
— Это приказ начальника отдела Эйбнер. Меньше болтай, больше работай. Ладно, подежурь тут, мне в туалет надо.
— Давай, давай, как до дела доходит, так тебе приспичит. Может, тебе сразу там поселиться…
Акисуй Сэцугэцу отозвала дрон и последовала на расстоянии за сотрудником «Арасаки», который отправился на поиски места для уединения. Вскоре тот нашёл подходящий переулок, расстегнул штаны и начал облегчаться.
Ещё один дрон «Оса», оснащённый мономолекулярной нитью, подлетел к нему сзади и подключил коннектор нити к его порту. Акисуй Сэцугэцу успешно обошла стандартный для сотрудников корпорации Лёд, не вызвав никаких тревог, и получила нужную информацию.
За ней следили люди из отдела разведки «Арасаки». Эти агенты, действовавшие по прямому указанию начальника отдела разведки Сьюзан Абернати, также охотились за фиксером Джонсоном. Акисуй Сэцугэцу, подменив свой IP, подключилась к сети этих агентов, и на её оптических имплантах отобразились позиции остальных оперативников.
У неё возникло нехорошее подозрение, и, чтобы проверить свою догадку, ей нужно было найти Джонсона. Используя полученные данные о местоположении агентов «Арасаки», она успешно обошла их сеть наблюдения и добралась до здания напротив того, где находился фиксер.
Дрон «Оса» полетел через улицу и вскоре передал нужную информацию. В комнате Джонсона два агента разведки всё перевернули вверх дном. А фиксер лежал у их ног с простреленной головой.
— Нашёл?
— Этот старый хрыч — хитрый лис. В его переписке только куча каких-то дурацких кличек. Если он сейчас не воскреснет, мы никогда не узнаем, с кем он связывался. Не надо было тебе стрелять. Живые часто полезнее мёртвых.
— Ладно, ладно, что с записями о переводах?
— Бесполезно, только если везти на анализ…
Акисуй Сэцугэцу решила, что узнала достаточно, и начала отзывать дрон, готовясь уходить. В этот момент она заметила машину. Не обращая внимания на агентов «Арасаки», которые следили за зданием, а может, и вовсе их не заметив, машина нагло подъехала прямо ко входу.
Из неё вышли мужчина и женщина. Женщина была одета как типичное дитя улиц, а мужчина — в несколько нелепый комбинезон, с «Иглой» на плече. Акисуй Сэцугэцу направила наполовину отозванный дрон к этим внезапно появившимся «нарушителям спокойствия».
Женщина, одетая как дитя улиц, передёрнула затвор пистолета.
— Готовься. Нам нужно свести счёты с нашим «дорогим» фиксером.
http://tl.rulate.ru/book/155641/8962085
Готово:
