— Вы пришли?
Голос Цинь Юя, раздавшийся из-за спины, заставил Сяо Чжи и остальных вздрогнуть.
— Брат Юй, это ты! Напугал до смерти, — сказал Сяо Чжи, приложив руку к груди. На голове у него был натянут капюшон.
— А это вы зачем напялили? — спросил Цинь Юй, указывая на их головы.
— Мы боимся, что нас заметят! — объяснил другой ученик.
— Чего бояться? На рынке сейчас ни души. В такое время даже ослы по домам сидят. К тому же, с вашим-то кунг-фу трехногой кошки, думаете, если вас заметят, сможете сбежать? Да вы и так выглядите, как воры. Только привлекаете к себе лишнее внимание!
Сяо Чжи и остальные поспешно сняли капюшоны.
— Давайте их сюда, я подержу.
Они послушно отдали свои головные уборы Цинь Юю, а тот на их глазах натянул один из них себе на голову.
— ...Брат Юй, а ты зачем надел? — удивился Сяо Чжи.
— Ты ничего не понимаешь. Я — главарь, я и должен брать на себя самый большой риск. Вот представь, ты — стражник. Видишь толпу обычных людей и одного в капюшоне. Кого ты схватишь первым?
— Того, кто в капюшоне, — смущенно опустив голову, пробормотал Сяо Чжи.
— Верно. Они схватят меня, а у вас будет шанс сбежать.
— Брат Юй, прости, мы неправильно тебя поняли, — со стыдом в голосе сказали остальные.
— Вы меня еще плохо знаете, так что я вас не виню. Но запомните: я, великий Цинь, никогда не предам своих братьев. Эти скоты с Пика Укрощения Зверей обидели вас, а не меня. Я просто не могу смотреть на их бесчинства, не могу смотреть, как унижают нас, учеников-чернорабочих, поэтому и решил вмешаться. Но даже так, я возьму на себя самый большой риск. Если меня схватят, я никого из вас не выдам. И я надеюсь, что если, не дай бог, схватят вас, вы тоже не выдадите своих братьев.
Речь Цинь Юя была столь пламенной, что Сяо Чжи и остальные растрогались до глубины души.
Брат Юй — величайший человек на свете!
— Не волнуйся, брат Юй! Даже если меня исключат из ордена, я никого не выдам!
— И я!
— Ладно, действуйте по плану! Рассредоточьтесь, и чтобы все выглядело натурально. Когда закончите здесь, нужно будет еще и на центральной площади поработать. Я разузнал, ученики с Пика Правосудия патрулируют в два и в четыре часа ночи. Так что у нас всего два часа. Ускоряемся!
Когда все, взвалив на плечи мешки, разошлись, Цинь Юй протянул Ли Чжэнтуну черный капюшон.
— Сегодня так торопился, что забыл взять. Хорошо, что эти ребята догадались!
Ли Чжэнтун взял капюшон и недоуменно посмотрел на него.
— Дубина! — Цинь Юй отвесил ему подзатыльник. — Стражники будут ловить не того, кто в капюшоне, а того, кто медленнее всех бегает.
«Дело не в том, что я не ценю братство, просто у братьев тоже есть своя очередь», — подумал он.
Ли Чжэнтуна осенило.
— Так вот оно что! — он вернул капюшон Цинь Юю.
— В чем дело?
— Я и есть тот, кто медленнее всех бегает.
Цинь Юй потерял дар речи.
Ли Чжэнтун работал больше всех, а значит, на практику у него оставалось меньше всего времени. Таланты у них были примерно одинаковые, так что тот, кто меньше практиковался, был слабее и медленнее.
...
Взвалив на плечи мешки, они быстро передвигались по рынку. Цинь Юй, зорко оглядываясь по сторонам, раздавал команды.
— Тун, сюда больше не кидай, слишком густо!
— Сяо Чжи, ту большую кучу — на середину дороги! Да, вот туда, прямо перед входом в Павильон Сотни Артефактов и Павильон Десяти Тысяч Лекарств!
— Эй ты, полей там немного водой, у тебя слишком сухо!
— Сюда много не надо, нужно еще оставить для центральной площади. И не так явно, чтобы выглядело естественно.
— Быстрее, быстрее, осталось полчаса, ускоряемся!
...
Провозившись два часа, они поспешно скрылись до прихода патруля.
Вскоре после их ухода на рынок прибыли ученики с Пика Правосудия.
Их было двое, и обычно патрулирование было чистой формальностью. После закрытия все магазины защищались формациями, а некоторые владельцы и работники и вовсе ночевали в них. Какой вор осмелится сюда сунуться? Да и, по правде говоря, если бы и осмелился, то такой, которого двое младших учеников и не заметили бы.
Но сегодня!
Едва появившись, патрульные издали пронзительный вопль.
Широкая рыночная улица была сплошь покрыта экскрементами духовных зверей. В воздухе летала шерсть, а в нос бил тошнотворный запах, который никак не выветривался.
На пустынной улице стояли лишь двое патрульных. Один зажимал нос, и второй тоже.
— Ч-что здесь произошло? — спросил один.
— Ясное дело, — уверенно ответил второй, — это опять те, с Пика Укрощения Зверей, тайно притащили сюда своих зверей. В прошлый раз, когда мы их арестовали, они были очень недовольны. А сегодня решили бросить нам вызов.
— Я-то думаю, что это они в последние дни зачастили на рынок по вечерам. Оказывается, разведку проводили. Все было спланировано!
— И что теперь делать?
— Похоже, они решили, что им снова все можно. Бросить вызов нам, Пику Правосудия... Да они смерти ищут! — зловеще прошипел первый. — Ничего не трогаем, оставляем все как есть. Когда рассветет, магазины откроются, люди придут на рынок... Вот тогда кто-нибудь с ними и разберется. А мы вернемся и предупредим наших. Скажем, чтобы не вмешивались сразу. Пусть сначала этих с Пика Укрощения Зверей хорошенько помнут, а потом мы их и арестуем.
— Похоже, в прошлый раз их слишком легко наказали, раз они ничего не поняли! — поддакнул второй.
— Давно они меня бесят. Раз уж сами напросились, пусть не обижаются.
Патрульные были уверены, что это дело рук учеников с Пика Укрощения Зверей.
Они были опытными учениками и, если бы присмотрелись, то без труда заметили бы следы искусственного происхождения, поняв, что это подстава.
Но это было неважно.
Важно было то, что они давно точили зуб на Пик Укрощения Зверей, но никак не могли найти повода их проучить.
И вот, повод нашелся.
Если хочешь обвинить, всегда найдешь предлог.
Тем более, когда улики были столь очевидны.
Они не знали, кто решил подставить учеников с Пика Укрощения Зверей, но знали одно: скоро будет весело.
Обойдя рынок, двое патрульных с улыбками на лицах отправились обратно практиковаться.
...
Этой ночью.
Цинь Юй, Ли Чжэнтун, Сяо Чжи и остальные не практиковались.
Они с нетерпением ждали рассвета и большого представления.
http://tl.rulate.ru/book/155398/8855871
Готово: