Фитоа — территория Роа — Город Роа — особняк Бореаса Грейрата, приёмная мэра Филипа.
После полудня дворецкий Альсфон уведомил Цуй Цыю и Килену:
— Господин Цыю, госпожа Килена, господин Филип срочно желает переговорить с вами, прошу вас немедленно пройти в приёмную.
Солнечный свет проникал сквозь деревянные рамы, отбрасывая пёстрые тени на ковёр.
Когда Цуй Цыю и Килена вошли в приёмный зал, Филип сидел в кресле и бессознательно поглаживал вышитого на подлокотнике грифона — фамильный герб, символ славы семьи Бореас, словно о чём-то размышляя.
— Цыю, Килена, добрый день.
Заметив вошедших, Филип тут же очнулся и, натянув свою фирменную «аристократическую улыбку», поднялся, слегка кивнув в знак приветствия.
— Филип, здравствуйте! — просто поздоровался Цуй Цыю и вместе с Киленой спокойно уселся на красный диван напротив него.
По знаку Филипа служанка-зверолюдка подошла и наполнила их чашки благоухающим фруктовым чаем.
Выпроводив служанку, Филип отпил глоток чая.
Чёткий звук, раздавшийся, когда он поставил чашку, показался особенно громким в тихой приёмной.
— Цыю, Килена, — медленно начал Филип, — приглашение вас двоих стать почётными членами семьи — большая честь для Бореасов.
Он замолчал на мгновение, а затем сменил тон:
— Но сегодня я, Филип Бореас Грейрат, от своего личного имени… а не как мэр города Роа или второй сын Бореасов, хочу провести с вами… более откровенный разговор.
«От личного имени, что это значит?» — подумал Цуй Цыю.
— Тогда, пожалуйста, продолжайте, я весь во внимании. — сказал он.
Филип, глядя на чайный пар, поднимающийся над чашкой, казалось, предавался воспоминаниям:
— Вы, наверное, ещё не знаете, что Эрис — не единственная моя дочь.
— Эрис — моя вторая дочь, из двойни. У Эрис есть брат и младший брат! — он тихо вздохнул.
— У меня трое детей: два сына и дочь. Наша семья Бореас, как один из четырёх высших аристократических родов Асры, история которых насчитывает не одну сотню лет…
Филип продолжил:
— Как и у королевской семьи и трёх других великих родов, у нас есть жестокая система выбора наследника.
«У королевской семьи Асры тоже есть кровь Грейратов, можно даже сказать, что Грейраты — это корень аристократии Асры», — знал Цуй Цыю.
— Нынешний глава Бореасов — мой отец, Шаурос Бореас Грейрат.
— Он, хоть и крепок телом и бодр духом, вполне может удерживать власть в семье ещё много лет.
— Но даже при том, что мой отец, нынешний глава, всё ещё жив, преемник Бореасов был определён много лет назад.
— Это мой старший брат — Джеймс Бореас Грейрат.
— А я… — уголки губ Филипа изогнулись в горькой усмешке. — Потерпев неудачу в борьбе за пост главы много лет назад, я был отправлен далеко в Роа, занимать должность мэра этого кажущегося престижным, но на самом деле далёкого от центра власти города.
(Хотя благодаря своему уникальному географическому положению, историческим факторам и процветанию Гильдии авантюристов, город Роа считается одним из самых процветающих и важных коммерческих центров на территории Фитоа.)
(Но если сравнить его с настоящей столицей Асры — городом Ярс.)
(То столичные аристократы скажут: «Всего лишь захолустье с большим количеством авантюристов».)
— Поскольку имя следующего главы Бореасов принадлежит моему брату — Джеймсу.
— Поэтому я должен отдать ему своих сыновей в качестве приёмных, то есть отдать в заложники.
— Мои сыновья будут знать только своего «отца» (приёмного отца) Джеймса, мои сыновья никогда не узнают, что у них есть такой отец, как я.
— Победитель получает всё, проигравший — ничего. Победитель — Джеймс, остаётся в родовом поместье Бореасов в столице Ярс, служит в центре власти — Ярсе.
— Проигравший — Филип, отправлен в глушь и лишён всех сыновей, имеющих право наследования.
— Это должны соблюдать королевская семья и все высшие аристократы, поэтому у королевской семьи и высших аристократов есть только основная линия, но нет побочных.
Цуй Цыю мысленно вздохнул:
«Поскольку у побочной линии нет наследников, мужчины из побочных линий становятся «приёмными сыновьями» основной линии, а дочери выходят замуж за других и не наследуют побочную линию».
«Действительно… ужасно жестокая система наследования!»
«Искоренять проигравших, лишать их всех сыновей, имеющих право на наследование, оставляя только дочерей, которые не могут унаследовать семейное дело».
«Чтобы обеспечить абсолютное господство и чистоту крови победившей линии».
«А мужские потомки проигравших, лишённые права наследования, должны с детства воспитываться как «приёмные дети» победителя, признавая своих родных дядю или дядюшку «отцом»?»
«Это не просто лишение, это ещё и своего рода духовная кастрация и унижение! Разве это не своеобразное «разведение гу»?»
«Поместить всех конкурентов в одну замкнутую среду, чтобы они убивали и пожирали друг друга, и тот, кто в конечном итоге выживет, становится самым сильным и самым жестоким «царём гу».»
«Версия «борьбы за престол» из другого мира? Интересно, это улучшенная или упрощённая версия? В любом случае, проигравший в этой жестокой игре должен жить как собака?»
— В той жестокой борьбе за право наследования, определившей следующего главу семьи, я… в конце концов проиграл Джеймсу.
Тон Филипа был спокойным, но в его словах чувствовалась густая, непроходящая тоска и непримиримость.
— Дело не в том, что я менее способный, чем он, и не в том, что отец благоволит ему.
— А в том, что Джеймс… он выбрал короткий путь — он встал на сторону Дариуса Сильвы Гарнеса, злейшего политического врага семьи Бореас!
— Именно опираясь на политическую силу и финансовые ресурсы Дариуса, Джеймс в конечном итоге одержал победу, которая ему не принадлежала.
— Теперь мой брат Джеймс, благодаря поддержке Дариуса, служит в столице — Ярсе, и сейчас занимает видный пост.
— Именно поэтому мой отец, Шаурос, предпочитает постоянно оставаться на территории Фитоа.
— Такая жестокая система наследования главы семьи не является исключительной для нашей семьи Бореас.
— Её придерживаются почти все древние аристократические семьи, существующие больше тысячи лет.
— Поэтому, как бы отец ни был недоволен поступками Джеймса, как бы ни питал отвращение к тому, что он занял свой пост, опираясь на силу политического врага Дариуса.
— Перед лицом этой глубоко укоренившейся семейной и аристократической системы наследования он может только согласиться с тем, что после его смерти следующим главой семьи Бореас будет только Джеймс.
В душе Цуй Цыю не мог не проворчать:
«Однако, ход мыслей этих аристократов из другого мира действительно трудно понять».
«Шаурос, тот старик, который обычно выглядит таким грубым и шумным, оказывается, так соблюдает правила».
«Шаурос, ах, Шаурос, почему ты не упразднил его? Упраздни Джеймса!»
«Неужели так называемый «железный закон, которому подчиняются королевская семья и четыре великих рода» действительно обладает такой силой, что нынешний глава семьи не может ему сопротивляться?»
«Победитель получает всё, проигравший — ничего, победитель может решать и обладать всем, разве это… не версия «отбора достойных любой ценой»?»
Цуй Цыю видел в книгах «История аристократии королевства Асра» и «Система аристократии королевства Асра».
Прошлые системы отбора:
(За тысячи лет существования этого мира первая система наследования, будь то передача семьи или смена королевства, больше склонялась к относительно мягкой «системе отбора достойных» — только те мудрые люди, которые действительно пользовались поддержкой населения, обладали высокими моральными качествами и выдающимися способностями, имели право стать главой семьи или королём страны.)
(Однако то, что сейчас говорит Филип, Цуй Цыю никогда не видел в книгах, и он упомянул, что прошлая система отбора достойных была такой же, как и сейчас.)
Поэтому Цуй Цыю пришёл к выводу:
«После тысячелетий течения времени и эрозии власти эта изначально достаточно открытая "система отбора достойных" постепенно превратилась в нынешнюю извращённую "жестокую систему разведения гу"».
«Так называемое "мудр или нет" больше не имеет значения, важен результат — пока вы можете различными способами успешно занять пост главы семьи или короля, вас автоматически будут считать "мудрым"».
«История пишется только победителями. Это чисто грабительская логика, основанная на результате, а не на процессе».
«Действительно, в истории этого мира люди тоже кое-что преувеличивают. Человеческая природа…»
«Как и в эпоху трёх императоров и пяти правителей во времена Юя, «мудрые правят миром» — «мир принадлежит семьям», изменение в системе вождей племён, система выдвижения превратилась в систему наследования».
Филип самоиронично продолжил:
— Джеймс, ах, Джеймс… какими же хорошими братьями мы когда-то были!
Его голос был немного взволнованным, и он опустил голову:
— Но я тоже не хочу… я тоже не хочу жить как собака.
— …
http://tl.rulate.ru/book/155213/9307989
Готово:
