Кем бы он ни был, его побеждали одним ударом. Жестокость Мэн Чэня одновременно взволновала и возбудила Гуанчэн-цзы и двух других. Это был их старший брат, тот, кто присоединился к секте вместе с ними.
С таким сильным старшим братом им нечего было бояться секты Цзе. Если ученики секты Цзе придут искать неприятностей, они просто дадут им отпор.
Юйшуй Сянь не хотела верить своим глазам. Её трое старших братьев потерпели поражение от одного и того же человека? Пилу Сянь и двое других были внутренними учениками!
Однако, когда Мэн Чэнь бросил троих — Пилу Сяня, к её ногам, поставив их в положение на коленях, она окончательно поверила.
Она была подавлена, и её старшие братья, чтобы отомстить за неё, тоже были подавлены.
Если бы она могла двигаться, её тело уже дрожало бы. В секте Чань оказался такой ужасающий человек. Подобный персонаж совершенно не походил на их ровесников.
«Старший брат, твоё божественное искусство непревзойденно, младший брат восхищается!»
Видя, что Юйшуй Сянь и другие были подавлены, Чицзин-цзы был чрезвычайно рад и не мог не польстить Мэн Чэню.
Чицзин-цзы действительно не любил учеников секты Цзе. Его место Дао было беспорядочно испорчено Люй Юэ. Он хотел изгнать Люй Юэ, но был атакован учениками секты Цзе.
Ненавидя их по ассоциации, Чицзин-цзы теперь испытывал предубеждение против учеников секты Цзе. В его глазах все ученики секты Цзе были одинаковы, без разницы.
Мэн Чэнь холодно посмотрел на Пилу Сяня и остальных, в его глазах не было ни капли жалости:
«Что это значит? Мы последователи Святого, стремящиеся к Дао Квази-Святого. Низкая культивация Золотого Бессмертного совершенно недостойна упоминания. Если бы действовал Квази-Святой, он мог бы превратить всю гору Куньлунь в небытие, и даже следов горы Куньлунь не осталось бы в Законе Времени. Борьба на нашем уровне — это просто несерьёзная стычка в глазах тех могущественных существ.»
Сила божественных способностей Святого была определенно не только той, которую он продемонстрировал. На самом деле, продемонстрированная им сила составляла менее одной стотриллионной доли.
Мэн Чэня действительно не привлекали эти детские игры с учениками секты Цзе. Спорить до покраснения лиц или даже сражаться насмерть из-за мелких обид или потери лица — это слишком инфантильно.
Могущественные существа не сражаются легко. Они сражаются только ради одной вещи — достижения Дао!
Те могущественные существа, которые заявляют, что бросают вызов противнику, чтобы отомстить за сыновей племени колдунов или за своих сыновей, просто ищут предлог для войны. Их истинная цель — борьба за небесную и земную судьбу.
После достижения святости, все потомки, даже если они все умрут, могут быть воскрешены. Какой могущественный стремится к Дао будет заботиться о лице или о своём сыне?
«Это...»
Гуанчэн-цзы и Чицзин-цзы переглянулись. Они знали только, что Святые непобедимы в мире, и у них не было много знаний о Квази-Святых. Но услышав слова Мэн Чэня, они не могли не ощутить стремление к более высоким уровням.
«Не думайте слишком много. Такова ситуация, и мы вынуждены бороться. Если наша секта будет подавлена этими учениками секты Цзе, это повредит нашей репутации. Это очень неблагоприятно для распространения нашего Дао. Когда мы достигнем уровня Великого Небосвода, скорость совершенствования только за счёт собственных усилий будет очень медленной. В это время нам придётся полагаться на «жизненное искусство» для ускорения совершенствования. Последствий подавления учениками секты Цзе мы не вынесем.»
Мэн Чэнь не был неприсоединившимся культиватором. Он знал больше секретов мира, чем Гуанчэн-цзы и другие. Чем лучше будет секте Чань, тем лучше будет ему, поэтому он не возражал раскрыть эти секреты Гуанчэн-цзы и другим заранее.
«Жизненное искусство, такое бывает?»
Гуанчэн-цзы и двое других были потрясены. Они никогда не знали, что можно использовать распространение Дао для ускорения своего совершенствования.
Мэн Чэнь кивнул, его лицо стало серьёзным: «Наше личное мудрость ограничено, мудрость всех живых существ безгранична. Распространяя принципы среди всех живых существ, заставляя их размышлять и постигать, приходя к новым выводам и гипотезам. Мы, как проповедники, можем собрать эти новые выводы и новые идеи, чтобы они стали пищей для нашего совершенствования.»
Сказав это, он сделал паузу, сменил тему:
«Однако, живые существа почитают сильных, и люди в мире чаще верят в принципы сильных. Как только наша секта потерпит поражение, мы станем слабыми в глазах живых существ. Когда сильные и слабые одновременно проповедуют Дао, выберут ли живые существа нашу секту?»
Он должен был объяснить Гуанчэн-цзы и двум другим серьёзность последствий, чтобы они знали важность победы над сектой Цзе.
Гуанчэн-цзы и двое других услышали это и показали серьёзное выражение лиц. Только сейчас они поняли, что борьба с сектой Цзе связана с будущим секты Чань.
Чицзин-цзы сказал: «Старший брат прав. Ученики секты Цзе рассматривают борьбу с нашей сектой как спор из-за обид, но мы не должны пренебрегать этим. Будь то честная конкуренция или другие формы конкуренции, мы не можем проиграть секте Цзе.»
В этот момент мощный поток магической силы обрушился с небес, неся с собой высокомерное превосходство, и атаковал Мэн Чэня.
Смутно виднелся проблеск сокровищ в потоке магической силы. Бесчисленные сокровища были извлечены и слились с этим потоком магической силы, став его частью.
Этот ход был очень сильным, объединив три тысячи сокровищ с различными свойствами, превратив их в Реку Десяти Тысяч Сокровищ, что было равносильно одновременной атаке трёх тысяч Дао.
«Старший брат, берегись! Это Даоист Дуобао из секты Цзе!»
Хотя он не видел, кто атаковал, Гуанчэн-цзы на основе этой знаковой Реки Десяти Тысяч Сокровищ определил личность нападавшего.
Столкнувшись с такой ужасающей атакой, Мэн Чэнь лишь покачал головой: «Дуобао, мне лень говорить с тобой. Раз уж ты вступил в бой, оставайся здесь!»
Бум!
Как только он закончил говорить, в месте, где находились Юйшуй Сянь и четверо, появился ярко-жёлтый колокол, излучающий руны, а он просто протянул руку и схватил огромную Реку Десяти Тысяч Сокровищ.
Бум! Бум! Бум!
Сокровища в Реке Десяти Тысяч Сокровищ взорвались, высвободив несравненную мощь. Сферы огня, более ужасающие, чем звёзды, взорвались, атакуя руку Мэн Чэня.
В то же время, слегка тучный даос появился рядом с Пилу Сянем, как призрак. Он ударил кулаком, разрывая пространство вдребезги, и ударил в ярко-жёлтый колокол.
Оказалось, что Даоист Дуобао хотел воспользоваться моментом, когда Мэн Чэнь был занят Рекой Десяти Тысяч Сокровищ, чтобы спасти Пилу Сяня и остальных.
Дзынь-дзынь-дзынь!
Кулак Даоиста Дуобао ударил в большой колокол, издав звон, но его атака изо всех сил не могла поколебать Печать Уцзи. Более того, его кулак прилип к колоколу.
Он ударил кулаком в корпус колокола, но с колокола потянулась огромная сила всасывания, которая крепко схватила его руку.
С другой стороны, Мэн Чэнь просто сжал руку, и эта Река Десяти Тысяч Сокровищ была полностью разрушена, превратившись в пыль.
«Нехорошо!»
Выражение лица Даоиста Дуобао резко изменилось. Зная, что ему трудно выбраться, он всё же пожертвовал правой рукой и сбежал из-под Печати Уцзи.
Бам!
Как только Даоист Дуобао покинул зону подавления Печати Уцзи, его кулак взорвался в кровавый туман.
Даоист Дуобао столкнулся с Мэн Чэнем и потерпел полное поражение!
http://tl.rulate.ru/book/154844/10955854
Готово:
