Утренний солнечный свет пробивался сквозь щели в занавеске на изголовье кровати, когда телефон Чэнь Фань затрясся рядом с подушкой.
Он нашарил его и ответил, услышав взволнованный голос Е Минь:
«Чэнь Фань, мой отец столкнулся с трудностями при оценке сокровища в кабинете! Один эксперт сказал, что нефрит Хотан — подделка;
но я помню, ты говорил: „Поддельная нефрит имеет поддельный вид, настоящий нефрит скрывает истинную сущность“… Можешь прийти взглянуть?»
Чэнь Фань сжал телефон, вспоминая сообщение, которое Е Минь отправила ему прошлой ночью: «Приходи ужинать в семью Е сегодня вечером, отец хочет с тобой познакомиться». Тогда он ответил «Хорошо», но задержался из-за дел в Цзюбаочжай.
Сейчас в голосе Е Минь звучало доверие, словно тонкая нить, слегка потянув его за сердце.
«Присылай адрес, буду через полчаса», — сказал он, повесив трубку, и быстро натянул рубашку.
В зеркале бледный шрам на уголке лба слабо светился, словно безмолвная медаль.
Семья Е владела двором в стиле сыхэюань в старом районе города Хайчэн; серая черепица и белые стены были увиты цветущими лианами, а у ворот стояла пара каменных львов, чьи гривы лоснились от времени.
Едва Чэнь Фань вышел из машины, как увидел Е Минь, одетую в светло-зелёный ципао, стоящую перед ширмой. Цветок магнолии был воткнут в её волосы. Увидев его, она поспешила навстречу: «Чэнь Фань, проходи скорее!»
Во дворе витал аромат сандалового дерева, а в главном зале висела позолоченная вывеска «Цзигучжай» — каллиграфия Е Тяньлуна.
Пройдя через коридор, Чэнь Фань был приведён в кабинет...
Книжные полки во всю стену были заставлены книгами в переплётах из шёлка, на столе лежало несколько антикварных предметов, ожидающих оценки, а в самом центре — нефрит Хотан, завёрнутый в красную шёлковую ткань.
Е Тяньлун сидел в кресле тайши. Увидев, что Чэнь Фань вошёл, он отставил чашку с чаем: «Маленький Чэнь пришёл? Садись».
Ему было около пятидесяти, виски слегка поседели, а в глазах и бровях читалось спокойствие человека, связанного с миром антиквариата. Изумрудное кольцо на левой руке испускало призрачный свет.
Это был фамильный талисман семьи Е.
Е Минь потянула Чэнь Фань за рукав и тихо сказала:
«Отец вчера приобрёл „хотанский нефритовый галька династии Хань“, позвал эксперта из провинциального музея, тот сказал, что качество нефрита новое, резьба современная, это подделка, но мне всё равно кажется, что что-то не так…»
Чэнь Фань посмотрел на нефрит, завёрнутый в красную шелковую ткань.
Он откинул красную ткань, открыв гальку из белого, как бараний жир, нефрита с естественными порами на поверхности, украшенную облачным узором династии Хань, с плавной резьбой.
Но система мгновенно активировалась: в поле зрения, в глубине нефрита, виднелся слабый иней...
Это были следы проникновения химического красителя, система выдала уведомление:
«Современная подделка под хотанский нефрит династии Хань, состаренная кислотой, окрашенная для маскировки дефектов, рыночная стоимость около 50 000 юаней».
Е Тяньлун, видя, что Чэнь Фань уставился на нефрит в оцепенении, протянул ему лупу:
«Маленький Чэнь тоже посмотрит? Эксперт сказал, что цвет корки этого нефрита искусственный, без вековой патины».
Чэнь Фань взял лупу и наклонился, чтобы рассмотреть...
В системе «цвет корки» на поверхности нефрита был похож на слой плавающей клейкой субстанции, который можно было соскрести иглой;
а истинный цвет корки хотанского гальки династии Хань — это внедрение минералов под воздействием времени, с естественными переходами от тёмного к светлому.
Он отложил лупу и поднял голову: «Старый Е, этот нефрит — подделка».
Е Тяньлун поднял бровь: «О? На каком основании?»
«Цвет корки хотанского гальки династии Хань», — Чэнь Фань указал на поверхность нефрита:
«формируется под воздействием речной воды и проникновения минералов, цвет естественно переходит от глубокого к светлому;
но цвет корки этого нефрита однороден, словно нанесён кистью, и под 10-кратной лупой видны маленькие ямки от кислотного травления…
Это современный метод состаривания путем коррозии поверхности нефрита сильной кислотой и последующего окрашивания».
Он достал из кармана серебряную шпильку и осторожно провёл по поверхности нефрита.
Кончик серебряной шпильки тут же покрылся белым порошком: «Вы видите, это остатки карбидов от кислотного травления. Настоящий нефрит так себя не ведёт».
Глаза Е Тяньлуна загорелись.
Он взял серебряную шпильку, поднёс к глазам, затем внимательно рассмотрел под лупой и лишь спустя некоторое время поднял голову: «Маленький Чэнь, ты… понимаешь в нефрите?»
«Немного», — Чэнь Фань улыбнулся:
«Раньше я работал охранником на улице антиквариата, часто наблюдал, как мастера оценивают сокровища, и научился кое-чему».
Е Минь вставила слово со стороны: «Мой отец доверяет экспертам, но я считаю, что ты прав!»
Е Тяньлун не ответил, встал и достал из сейфа ещё один нефритовый предмет...
Тоже в стиле династии Хань, но нефритовое мясо было более тёплым и влажным.
Он протянул Чэнь Фаню: «А этот как? Тоже подделка?»
http://tl.rulate.ru/book/154200/10690124
Готово:
