Ночь была черной, как смоль. Горные ворота за пределами Дворца Бию величественно возвышались, окутанные облаками и туманом, словно хранящие бесчисленные тайны.
Лу Мин стоял, заложив руки за спину, его одеяния развевались на ветру, а взгляд спокойно устремлялся к знакомому дворцу. Он вернулся из Священной Земли Демонического Клана, кровь Золотого Ворона и Лунной Зайчихи внутри него постепенно гармонизировалась, а его сердце стало еще более спокойным, чем прежде. Однако он знал, что настоящий шторм только начинался.
Ступив за ворота секты Цзе, его встретил знакомый аромат, но шаги его были предельно осторожны. По пути он бесчисленное количество раз размышлял: как предъявить доказательства? Поверит ли Наставник Тун Тянь? И заметит ли что-нибудь Даоист Дуобао?
У него не было времени на колебания.
Пройдя через многочисленные залы, он подошел к Дворцу Бию. Стражи-ученики, увидев его возвращение, не задавали лишних вопросов. В конце концов, он когда-то был одним из ближайших учеников Тун Тяня, и хотя какое-то время отсутствовал, его статус не был отнят.
Войдя во внутренний зал, где вился аромат благовоний и покачивался тусклый свет лампы, Наставник Тун Тянь сидел на высоком помосте с невозмутимым выражением лица.
«Ученик Лу Мин, приветствую Учителя».
Тун Тянь слегка кивнул, его взгляд остановился на Лу Мине, словно оценивая его: «Ты затянулся».
Лу Мин, не проявляя ни подобострастия, ни высокомерия, достал древний, обломок и осторожно положил его на стол: «Ученик вернулся не с пустыми руками».
Брови Тун Тяня слегка нахмурились. Он взял обломок и провел по нему духовным чутьем, в его глазах мелькнул странный блеск: «Это… часть Диска Сансары?»
«Именно, — спокойно ответил Лу Мин. — Ученик получил его в одном из руин. Там была записана чрезвычайно важная информация о тайных переговорах».
Он сделал паузу и медленно произнес: «Старший брат Дуобао и Жаньдэн Даожэнь тайно договорились в боковом зале и обсуждали вопрос «обрывка Списка Восхождения Богов».
Как только эти слова прозвучали, весь зал погрузился в абсолютную тишину.
Выражение лица Наставника Тун Тяня не изменилось, но его ладонь слегка сжалась: «Какие у тебя доказательства?»
Лу Мин, будучи готовым, достал Камень Иллюзий и слегка сжал его. Низкий голос разнесся по залу:
«…Если мы сможем контролировать этот обрывок, мы сможем управлять ходом Восхождения Богов… Судьба секты Цзе в конечном итоге будет использована мной…»
Голос был прерывистым, но достаточно устрашающим.
Тун Тянь долго молчал, прежде чем наконец произнес: «Это дело еще не доказано. Дуобао – мой ближайший ученик, как можно осуждать его на основании одних только слов?»
Лу Мин опустил голову и сложил руки в приветствии: «Ученик понимает. Но если мы оставим это без внимания, боюсь, что потом будет слишком поздно сожалеть».
Тун Тянь поднял на него взгляд, словно хотел что-то сказать, но в итоге ничего не добавил.
Покинув зал, Лу Мин не вернулся в свои покои, а тихо направился к Библиотеке с сутрами.
Глубокой ночью в Библиотеке с сутрами тускло горела свеча, шум перелистываемых свитков был отчетливо слышен.
Он нашел в углу старое письмо, немного изменил его и положил на видное место, после чего тихо ушел.
На следующее утро один из учеников-служителей случайно обнаружил письмо. Приняв его за потерянную вещь Тун Тяня, он передал его Даоисту Дуобао.
Как и ожидалось, увидев письмо, Дуобао слегка изменился в лице, его глаза метались.
Он не стал уничтожать письмо сразу, а убрал его в рукав и поспешно ушел.
Все это Лу Мин, тайно наблюдавший, видел.
Он знал, что ему удалось посеять сомнения в душе Дуобао.
В следующие несколько дней он намеренно пустил слух, что Меч Цинпин будет подарен одному из новоиспеченных учеников в знак признания его просветления.
Как и ожидалось, в полночь раздался тихий посторонний звук со стороны Оружейной палаты.
Лу Мин давно расставил здесь Талисманы Зеркального Отражения и спокойно ожидал.
Вскоре в палату проскользнула фигура, двигаясь крайне скрытно.
При свете луны Лу Мин разглядел лицо пришедшего – действительно, это был Даоист Дуобао!
Он осторожно вынул Меч Цинпин, провел пальцами по ножнам, его выражение было сложным.
В следующий момент Талисман Зеркального Отражения внезапно вспыхнул, отражая его внутренние переживания – гнев, страх, борьбу и неудержимую жадность.
Самым шокирующим было то, что в этот момент в его глазах мелькнула тень Золотого Ворона, краткая и зловещая.
Лу Мин был потрясен, но не предпринял поспешных действий.
После того, как Дуобао тихо ушел, он достал Талисман Зеркального Отражения и тщательно его спрятал.
На следующее утро Лу Мин снова попросил аудиенции у Наставника Тун Тяня.
На этот раз он принес полные доказательства – кадры, запечатленные Талисманом Зеркального Отражения, остаточные отпечатки на поддельном письме и записи тайных переговоров из обломка Диска Сансары.
Глядя на эти доказательства, лицо Тун Тяня становилось все более мрачным.
«Дуобао…» — тихо произнес он имя, в его глазах читалась невиданная прежде холодность.
«Учитель, — глухо сказал Лу Мин. — Если мы будем медлить дальше, боюсь, он найдет способ сбежать».
Тун Тянь медленно поднялся и шагнул вперед, заставляя пространство дрожать.
«Отведи меня в Оружейную палату».
Группа быстро добралась до Оружейной палаты, Тун Тянь лично активировал формацию, запечатав весь павильон.
Вскоре появился Даоист Дуобао, пытаясь сбежать.
Он резко взмахнул рукавом, разрывая пространственную трещину, пытаясь скрыться в ней.
В этот момент из воздуха вырвалась цепь, обвившая его фигуру – это была заранее расставленная цепь, запрещающая побег!
Затем взметнулось обжигающее пламя, поджигая цепь и заставляя ее излучать мощную силу подавления.
Дуобао издал глухой стон, его фигура была крепко связана.
Он обернулся и посмотрел на Лу Мина, в его глазах кипел гнев: «Ты… ты посмел устроить мне ловушку!»
Лу Мин стоял рядом со спокойным выражением лица: «Я лишь позволил правде проявиться».
Тун Тянь медленно подошел, его взгляд был острым, как нож: «Ты знаешь свою вину?»
Дуобао стиснул зубы, но не ответил.
Тун Тянь больше ничего не сказал, взмахнув рукой, он опустил печать, временно запечатав его душу.
В этот момент вся секта Цзе была потрясена.
Когда-то самый почитаемый ученик теперь был разоблачен как предатель.
Лу Мин смотрел на уводимого Дуобао, но не испытывал радости.
Он знал, что это только начало.
А истинная ситуация еще далеко не раскрыта.
В углу Оружейной палаты, среди пыли, лежала сломанная цепь. На ее конце виднелись несколько древних рун:
«Первый Старейшина секты Цзе – Цин Сюань».
Проходя мимо, Тун Тянь слегка остановился, его выражение лица было сложным.
Он ничего не сказал, только глубоко посмотрел на цепь, а затем развернулся и ушел.
http://tl.rulate.ru/book/154113/10155848
Готово:
