Оглушительный рёв аплодисментов, казалось, мог снести своды актового зала. Примесь юношеского возбуждения и грусти прощания витала в воздухе, пьянящая и головокружительная. Вспышки фотокамер, тихий шорох чёрной ткани академических мантий, сменяющиеся кадры блистательных или заплаканных лиц мелькали перед Хэ Юэшанем, размытые и далёкие.
Он застыл на своём месте, кончики пальцев ледяные. Этот пронизывающий холод исходил не от слишком мощного кондиционера в зале, а просачивался из самых глубин костей, мгновенно охватывая всё тело. На сцене седобородый декан произносил вдохновенную речь, его голос, усиленный микрофоном, отдавался гулким эхом; каждое слово о «будущем», «мечтах», «отправлении в плавание» падало, как тупой нож, на его нервы.
Он не отрываясь смотрел на экран своего мобильного телефона.
Цифры даты и времени – 10:27 утра, 1 июля 2003 года – чётко светились на холодном экране.
Не запах ржавчины и жгучая боль перед исчезновением сознания, не пустота, поглощающая всё. Это был шум, бурлящее многоголосье, это… день его выпуска из университета.
Сердце бешено колотилось, отдаваясь глухими ударами в грудной клетке, готовое вырваться из горла. Он неосознанно поднял руку и коснулся груди. Под дешёвым пиджаком скрывалась гладкая футболка, без того кровавого, удушающего провала. Дрожащие пальцы скользнули по экрану Nokia 3310; заставка с пиксельными зелёными точками – их дурашливая фотография с соседями по комнате, сделанная за несколько дней до этого у ворот университета.
Неужели… он вернулся?
«…Выпускники нашего университета 2003 года, несомненно, станут опорой нации и засияют во всех сферах общества!» – голос декана доносился размыто, но, словно молния, расколол хаос в его памяти. Всплыло какое-то подобострастное, смазливое лицо, рука, фальшиво дружелюбно лёгшая ему на плечо, табличка с названием «Сюнькэ Кэцзи» на оборудовании, и… и тяжёлый металлический предмет в цехе разработки, который, казалось бы, случайно соскользнул, но с точным, злобным углом ударил его по затылку! Острая боль фантомно пронзила нервные окончания, заставив его резко вздрогнуть, а холодный пот мгновенно пропитал спину рубашки.
В этой предельной стуже и смятении совершенно посторонний, лишённый всяких эмоций электронный голос без предупреждения взорвался в глубине его сознания:
【Обнаружены сильные намерения и неоконченные дела. Временные координаты совпадают, условия для привязки выполнены.】
【Система «Го Гун» (Государственный вклад) производится привязка… Привязка успешна.】
【Пик обиды носителя зафиксирован, права доступа предварительно разблокированы. Активированы основные вспомогательные модули: фотографическая память (начальный уровень), сверхмерный логический анализ (начальный уровень).】
【Текущее накопление «Го Гун»: 0. Прошу носителя активно вносить вклад, способствуя возрождению нации.】
Что это? Система? Хэ Юэшань судорожно сжал телефон, холодный пластик впился в ладонь. Галлюцинация? Иллюзии перед смертью? Или… действительно появился шанс начать всё сначала?
«Студент Хэ?»
Чистый, но слегка неуверенный женский голос донёсся сбоку, временно заглушив резкий звон в его голове.
Хэ Юэшань несколько скованно повернул голову. Это была Тан Жу, известная красавица и умница факультета, сидевшая рядом. Сейчас она слегка наклонилась, несколько прядей волос упали на её белоснежную щеку, брови были слегка нахмурены, а в глазах читалась едва заметная обеспокоенность и… намёк?
Вокруг было слишком шумно, ей пришлось пододвинуться ближе, и слабый, приятный аромат мыла коснулся его носа.
«Студент Хэ, с тобой всё в порядке? У тебя очень бледный вид, – Тан Жу на мгновение замолчала, словно подбирая слова, и понизила голос почти до шёпота. – И ещё, я случайно услышала, как несколько человек из студсовета обсуждали… что основные части кода твоего дипломного проекта, тот алгоритм интеллектуальной идентификации на основе обработки изображений… очень похожи на стажировочный проект, который старший студент Ван Дун недавно подал в «Сюнькэ Кэцзи»…»
Ван Дун?
Тот самый, который всегда улыбался, раздавал всем сигареты и умел находить общий язык с преподавателями и начальством, заместитель председателя студсовета? «Сюнькэ Кэцзи»? Разве это не место, которое погубило его в прошлой жизни?
Зрачки Хэ Юэшаня резко сузились. Размытые фрагменты из прошлой жизни хлынули в его сознание: вскоре после смерти Ван Дун успешно получил постоянное место и быстро добился повышения, говорят, благодаря «чрезвычайно инновационному» техническому вкладу, даже получил внутреннюю премию группы… А та технология имела почти тот же основной замысел, что и его дипломный проект, над которым он корпел! Он даже помнил, как некоторые однокурсники выражали сомнения, но Ван Дун отмахнулся, ссылаясь на «великие умы мыслят одинаково» и «я давно завершил это самостоятельно». В прошлой жизни он был настолько туп, что даже не стал вникать!
Холод перестал разливаться, мгновенно сковавшись в острые ледяные шипы, вонзившиеся в его сердце. Оказалось, корень бед был посажен ещё в день выпуска!
Тан Жу вздрогнула от его внезапно ставшего острым и холодным взгляда, инстинктивно отпрянула, а затем, словно пытаясь что-то подтвердить, быстро бросила взгляд в один из углов зрительного зала и тут же отвела его, тихо проговорив: «Я просто случайно услышала, и я не уверена… но тебе лучше…»
Взгляд Хэ Юэшаня, словно притянутый невидимой нитью, метнулся в то направление, куда она только что смотрела –
в дальний угол заднего ряда зрительного зала, на границе тусклого света.
Фигура небрежно откинулась на пластиковое сиденье, закинув ногу на ногу, оживлённо беседуя с каким-то преподавателем, похожим на руководителя. Серебряные часы Citizen Eco-Drive на его запястье изредка отблескивали в полумраке, создавая слепящий блик. Словно почувствовав пристальный взгляд отсюда, тот внезапно повернул голову и точно поймал взгляд Хэ Юэшаня.
Их взгляды встретились.
Через шумную, бурлящую толпу, через не такое уж близкое расстояние.
На лице Ван Дуна мгновенно появилась та самая, до тошноты знакомая Хэ Юэшаню, радушная и слегка насмешливая улыбка. Он даже поднял руку и издалека, небрежно помахал ему, совершенно естественно, словно это было обычное, дружеское приветствие старшего брата младшему.
Только Хэ Юэшань это видел.
Под этой улыбкой, в этих глазах промелькнула мгновенная, лишённая всякого тепла, презрительно-холодная искра.
Это было похоже на насмешливое и властное чувство охотника, заманившего добычу в ловушку.
Точь-в-точь как тот взгляд, который он увидел перед смертью в прошлой жизни!
Холодный электронный голос, казалось, всё ещё оставался в раковинах, отдаваясь слабым эхом: 【Фотографическая память (начальный уровень) активирована… Обнаручен целевой субъект «Ван Дун», анализ мимики: уровень фальшивой дружелюбности 92%, уровень бдительности 3%, уровень враждебности 5%…】
【Сверхмерный логический анализ (начальный уровень) активирован: на основе имеющейся информации, вероятность связи события «кража дипломной работы» с целевым субъектом составляет 98,7%…】
Системные уведомления, это лживое, улыбающееся лицо, фантомное жжение в груди, тихий шёпот Тан Жу – всё это сплелось в огромную, чёткую сеть, окончательно окутав его.
Казалось, кровь во всём теле Хэ Юэшаня застыла в этот момент, но в следующую секунду взорвалась, безумно хлынув по конечностям! Ногти глубоко впились в ладонь, причиняя острую боль, напоминая ему о реальности всего происходящего.
Он нашёл его.
Враг был прямо перед ним. А трагедия ещё не произошла.
«…А теперь, слово предоставляется лучшему представителю выпускников, студенту факультета электроники и информационных технологий Ван Дуну!» – прозвучал голос ведущего через громкоговоритель, отчётливо и ясно.
Под бурные аплодисменты Ван Дун поправил воротник, с безупречной улыбкой встал и направился к сцене. Проходя мимо ряда Хэ Юэшаня, он не остановился, лишь бросил на него многозначительный, предостерегающий взгляд.
Хэ Юэшань пристально смотрел на удаляющийся в лучах прожектора силуэт, стиснув зубы, напрягая мышцы на скулах.
【Задание активировано: Отстоять честь.】
【Цель: Разоблачить правду о краже дипломной работы, восстановить доброе имя.】
【Награда: +10 очков «Го Гун», +100 очков системы, открытие прав доступа к «Базовой библиотеке навыков» для обмена.】
Системное уведомление снова прозвучало ледяным голосом.
Хэ Юэшань глубоко вдохнул. Воздух, пропитанный пылью зала и шумом юности, наполнил его лёгкие – холодный и реальный. Первоначальный шок, растерянность и страх в его глазах отступили, как прилив, уступая место бездонному спокойствию и вновь загоревшемуся, холодному пламени.
Он медленно разжал кулак и взглянул на старый телефон Nokia.
Время только начиналось.
http://tl.rulate.ru/book/153246/9575928
Готово:
