Зимний ветер двенадцатого лунного месяца, словно лезвие, закалённое в инее, хлестал по Долине Ледяного Ручья, что окружала Секту Плывущих Облаков.
Линь Фань сжался в комок, стоя по колено в ледяной воде ручья. Его ветхая одежда слуги, промокшая до нитки, намертво прилипла к телу, вытягивая и без того скудное тепло. Губы его посинели от холода, щёки онемели, но руки продолжали механически шарить по скользким камням на дне.
Духовные камни низшего сорта, добываемые в Ледяном Ручье, были ничтожной пищей для низкоранговых учеников и слуг Секты Плывущих Облаков. Задача Линь Фаня, как и всех здешних слуг, состояла в том, чтобы выловить достаточно этих камней из ледяной воды, чтобы заслужить горячий обед и ту призрачную, едва различимую надежду, что однажды он ступит на Путь Бессмертных.
Пальцы нащупали что-то твёрдое с чёткими гранями. В оцепенелом взгляде Линь Фаня мелькнуло движение, и он с усилием вырвал находку из ила и песка. Камень размером с ладонь, бледно-голубого цвета, испускал слабое колебание духовной ци.
Это был Духовный камень низшего сорта.
Он бережно опустил его в грубый мешок на поясе, где уже лежало с десяток таких же. «Семнадцать штук… Ещё три, и дневная норма будет выполнена», — мысленно подсчитал он.
Внезапно тень накрыла его.
— Тьфу, поглядите-ка, кто тут у нас! Наш младший брат Линь Фань, сегодня, похоже, неплохо потрудился.
Над головой раздался насмешливый голос.
Тело Линь Фаня напряглось. Он медленно поднял голову.
На берегу стояли трое юношей в таких же одеждах слуг. Во главе был коренастый парень по имени Чжао Ху, обладатель второй ступени Уровня Закалки Ци. В районе слуг Долины Ледяного Ручья он считался местным задирой. Скрестив руки на груди, он с откровенно злорадной ухмылкой смотрел сверху вниз на Линь Фаня, стоящего в воде.
Линь Фань молчал, лишь инстинктивно прижал к себе мешок на поясе.
— Оглох, что ли? Тебе, Чжао Ху говорит!
Тощий и долговязый парень рядом с Чжао Ху шагнул вперёд и рявкнул.
Линь Фань глубоко вздохнул, и холодный воздух обжёг лёгкие. Он тихо проговорил:
— Старший брат Чжао, я ещё не собрал свою норму…
— Норму?
Чжао Ху фыркнул, перебивая его:
— Твоя норма — это собирать камни для нас! Веди себя прилично, отдавай мешок, а то придётся нам самим с тобой повозиться, и задержишься ты в этой бане ещё на пару часов.
Двое других расхохотались, глядя на Линь Фаня, как на ягнёнка, ждущего забоя.
Подобные сценки разыгрывались в Долине Ледяного Ручья почти ежедневно. Закон джунглей — вот самое нагая истина Секты Плывущих Облаков, да и всего мира совершенствования. Линь Фань обладал никчёмными отродясь данными — худшие из псевдокорней. Проведя в секте год и достигнув первой ступени Уровня Закалки Ци благодаря почти самоистязательному упорству, он всё равно оставался на самом дне среди слуг.
Обычно он предпочитал терпеть. Отдавал большую часть усердно собранных камней в обмен на временное затишье. Он знал: сопротивление приведёт лишь к жестоким побоям и пыткам, что погубит его и так скудную возможность продвинуться в культивации.
Но сегодня в его мешке лежал один камень, цвет которого был темнее обычных Духовных камней низшего сорта, а духовная ци казалась на чуточку плотнее. Он потратил почти весь день, выковыривая его из самого глубокого и холодного расщелины ручья. Может быть… это Духовный камень среднего сорта?
Это была его самая большая «удачная встреча» с начала культивации. Он отчаянно надеялся, что с помощью этого камня сможет пробить затор на вторую ступень Уровня Закалки Ци.
Заметив его нерешительность, Чжао Ху помрачнел:
— Ты что, совсем берега попутал!
Он переглянулся с тощим, и тот, оскалившись, прыгнул в ручей и протянул руку к мешку Линь Фаня. Пронизывающий холод заставил его вздрогнуть, но тут же подстегнул злость, и он выместил её на Линь Фане:
— Отдавай, скотина!
Линь Фань резко отступил назад, уворачиваясь от хвата.
— Ещё смеешь уворачиваться?
Тощий разозлился, выпустил скудную духовную силу и со всей силы ударил кулаком в висок Линь Фаня. Порыв ветра от кулака нёс с собой холод, он явно целился, чтобы сбить соперника с ног прямо в воду.
Весь подавляемый гнев и унижение, смешанные с одержимостью этим камнем, хлынули в голову Линь Фаню. В его глазах мелькнула свирепость. Руки, онемевшие и распухшие от многолетней работы и ледяной воды, рванулись вперёд, словно стальные клещи, и точно сомкнулись на запястье тощего.
— А?
Тощий опешил: он не ожидал, что Линь Фань посмеет дать отпор, тем более, что у того оказалась такая сила.
В тот миг, пока тот замер, другая рука Линь Фаня уже подняла с дна острый, как бритва, камень. Едва заметная духовная сила первой ступени Уровня Закалки Ци без остатка хлынула в руку, и он со всего маху обрушил камень на висок тощего!
Никаких изысканных приёмов, никаких сверкающих Магических техник, только самая первобытная, самая кровавая схватка!
*Хрясь!*
Глухой звук. Камень раскололся, смешиваясь с чем-то красно-белым, и брызнул Линь Фаню на лицо. Глаза тощего вытаращились от неверия, он качнулся и рухнул в воду. Алая кровь мгновенно окрасила небольшой участок ручья, быстро размываясь в потоке.
Всё произошло в долю секунды.
Чжао Ху и другой слуга на берегу замерли в шоке.
Они никак не ожидали, что тихий и покладистый Линь Фань осмелится на такое смертоносное нападение!
Линь Фань тяжело дышал, грудь его вздымалась. Рука, державшая окровавленный осколок, дрожала. Вода была ледяной, но он чувствовал, как кровь горит в жилах. Он смотрел на труп в воде, потом на Чжао Ху с его налитым свинцом лицом. В глазах Линь Фаня больше не было привычной тупости, лишь дикий, звериный блеск загнанного в угол зверя.
— Ты… ты посмел его убить!
Другой слуга, запинаясь, указал на Линь Фаня.
Лицо Чжао Ху стало мрачнее тучи:
— Хорошо, очень хорошо! Линь Фань, ты и правда глубоко прятался! Похоже, если я сегодня тебя не покалечу, мне больше незачем будет торчать в Долине Ледяного Ручья!
Его аура забурлила, вторая ступень Уровня Закалки Ци высвободилась без остатка — он был куда сильнее того тощего. Чжао Ху, с убийственным блеском в глазах, медленно спустился в ручей.
Сердце Линь Фаня рухнуло в пропасть. Убить тощего вышло случайно, но против Чжао Ху, достигшего второй ступени, у него не было ни единого шанса.
Однако он не стал молить о пощаде и не отступил. Он просто молча выровнял дыхание, концентрируя остатки ци в руке, сжимающей обломок камня, готовясь к последней битве.
В тот момент, когда Чжао Ху уже собирался нанести удар, раздался тихий, хоть и немного испуганный голос:
— Идёт… инспектор из Зала Исполнения Законов…
Все вздрогнули.
Чжао Ху резко обернулся и увидел на тропинке у ручья девушку в простой одежде слуги. Она нервно теребила край своей одежды — это была Су Вань, его соседка по комнате. Она опустила голову, не смея смотреть в убийственные глаза Чжао Ху, но голос её был отчётлив:
— Идёт патруль…
Лицо Чжао Ху исказилось. Инспектор Зала Исполнения Законов — это не тот, с кем может тягаться простой слуга. Он злобно одарил Линь Фаня взглядом, ещё раз посмотрел на труп в воде и процедил сквозь зубы:
— Линь Фань, тебе повезло на этот раз! Но это ещё не конец!
С этими словами он бросил взгляд товарищу, и они оба быстро выбрались на берег и, не оглядываясь, бросились прочь, оставив тело своего приятеля без присмотра.
В ледяной воде остались только Линь Фань и безжизненное тело, которое уже начало деревенеть.
Напряжение, сковывавшее Линь Фаня, внезапно спало, и волна слабости накрыла его, едва дав устоять на ногах.
Он посмотрел на Су Вань, стоявшую на берегу.
Су Вань тоже смотрела на него. В её чистых глазах ещё плескался страх, но где-то там пряталась и едва заметная тревога. Она быстро опустила глаза, достала из-под одежды маленький мешочек и бросила его на сухую землю у кромки воды. Еле слышно пробормотала:
— …Чистое, ты… ты поскорее приведи себя в порядок.
Затем, словно испуганный оленёнок, она резко обернулась и убежала.
Линь Фань застыл на мгновение, затем с трудом вышел на берег и поднял мешочек. Внутри был чистый грубый платок и маленький, твёрдый, но ещё тёплый лепёшка из грубого зерна.
Глядя туда, куда исчезла Су Вань, а потом на крохотную, но невероятно тёплую лепёшку в руке, Линь Фань стоял неподвижно, позволяя ледяному ветру обдувать его окровавленное лицо. Взгляд его был полон смятения.
Он понимал, что Чжао Ху не оставит это просто так. С того момента, как он замахнулся камнем, дни его скрытной жизни, полной уступаний, возможно, подошли к концу.
В этом холодном мире совершенствования — либо умереть в молчании, либо прорубить себе дорогу сквозь кровь и пламя!
Он крепко сжал лепёшку, словно в ней была единственная искорка света в этом тёмном мире.
---
(Конец первой главы)
http://tl.rulate.ru/book/152821/12111376
Готово:
