Глава 114. Сендзюцу? Осквернение.
Лес Шиккоцу.
Пред ним раскинулось царство молочной белизны, где не было ни солнца, ни луны, — лишь таинственный, мертвенно-бледный свет окутывал всё вокруг.
В воздухе висел влажный, гнилостный смрад, от которого Кафу стало не по себе.
Земля под ногами походила не на почву, а скорее на нечто мягкое, податливое, словно он ступал по вате.
Кафу шёл по узкой тропе, а по обе стороны от него тянулись нескончаемые…
Причудливые горные хребты?
Эти горы, сплошь молочно-белые, сочились слизью, а их поверхность испещряли причудливые чёрные узоры, подобные кровеносным сосудам.
Каждые несколько метров из земли вырастали деревья, похожие на скопления гигантских сарком, что, впрочем, вполне соответствовало названию — Лес Шиккоцу.
Куда ни глянь, эти странные горы простирались до самого горизонта, занимая, казалось, десятки тысяч ли.
Но что было хуже всего, Кафу казалось, будто эти горы медленно шевелятся.
Его не покидало чувство, будто он всё глубже и глубже погружается в нутро живого существа…
Невероятное, искажённое зрелище, что предстало перед ним, было трудно описать словами. Рассудок Кафу трещал по швам.
— Малыш Кафу, ты пришёл.
Знакомый нежный женский голос успокоил его смятенные чувства. Это был голос Кацую!
— Госпожа Кацую, где Вы?
Кафу завертел головой. Голос Кацую доносился отовсюду, и он не мог определить его источник.
— Я прямо перед тобой, Малыш Кафу, — ласково промолвила Кацую. — Всё, что ты сейчас видишь, — лишь часть моего тела… хм, очень, очень малая часть.
Чёрт! Чёрт побери!
Хотя смутные догадки уже зародились в его голове, услышав это из уст самой Кацую, Кафу застыл в потрясении, не в силах вымолвить и слова.
Эти возвышающиеся до небес, бесконечные мясистые хребты — всего лишь часть тела Мудреца Кацую?
Да как такое возможно!
Кафу знал, что истинное тело Мудреца Кацую огромно, но и представить не мог, что настолько!
В сравнении с ней даже Гатанозоа, главный злодей из «Тиги», казался просто сопляком!
*Скрип… скрип…*
Гора плоти рядом с Кафу сильно зашевелилась, и в ней образовалась трещина сантиметров в пятьдесят.
Толстые стенки плоти вытолкнули наружу обворожительную молодую женщину.
Она медленно открыла глаза, её алые губы приоткрылись, и из них полился голос Кацую.
— Это одна из моих прошлых преемниц в Лесу Шиккоцу. Я позаимствовала её облик, чтобы ты не так боялся.
Невольная слюна потекла по уголку его губ.
— Госпожа Кацую, Вы воистину добрый и заботливый мудрец! — от всего сердца произнёс Кафу, глядя на представшую перед ним обнажённую красавицу.
— Малыш Кафу, ты видишь эти чёрно-белые узоры на мне? — тихо спросила Кацую.
Услышав это, Кафу снова взглянул на молочно-белую гору плоти.
Только теперь он заметил, что на ней были не только чёрные узоры, но и белые — неестественно, мертвенно-белые.
Постойте-ка…
Чем дольше Кафу смотрел, тем более знакомым ему казалось это сочетание.
Отчего эти чёрно-белые узоры так напоминали ему Хидана в Состоянии Жнеца Смерти?!
«Это совпадение или?..»
Женщина сделала несколько изящных шагов, оглядела своё тело и с горечью произнесла:
— Сендзюцу моего Леса Шиккоцу отличается от двух других святых земель. Это не столько Сендзюцу, сколько проклятие… осквернение.
Проклятие?
Осквернение?
При этих словах Кафу захотелось немедленно дать дёру.
Он и раньше не горел желанием изучать Сендзюцу из-за огромного риска.
Одна неосторожность — и ты превратишься в каменную жабу или станешь обедом для гигантской змеи.
Но перед лицом могущественного врага и с ни на что не годной Системой он решил, что стоит хотя бы попробовать пойти по этому пути.
Однако Сендзюцу Леса Шиккоцу звучало… ещё страшнее, чем в двух других святых землях!
— Эти узоры — физическое проявление духовного осквернения, — продолжала женщина, словно не замечая его состояния. — Как только они полностью покроют моё тело, я превращусь в Марионетку, знающую лишь жажду убийства, лишённую всякой человечности и совести.
— Чтобы замедлить распространение осквернения, мне приходится постоянно разделять своё тело. Лес Шиккоцу — это, по сути, мир, созданный из частей моего тела за тысячи лет.
Чёрт!
Кроме этого слова, Кафу больше ничего не мог придумать.
«Чёрт! Чёрт побери!» — мысленно выругалась и Система в его голове.
«Носитель, это изначальное осквернение из высшего мира! Если бы не ограничения этого мира, ты бы сошёл с ума, едва взглянув на него!»
Слова Системы напугали Кафу ещё больше. Дрожащим голосом он спросил:
— Госпожа Кацую, значит, если я буду изучать Сендзюцу Леса Шиккоцу, то буду «осквернён»?
Женщина слегка кивнула, вздохнула и тихо ответила:
— Да, я перенесу часть проклятия на тебя. Если ты сможешь противостоять осквернению, то разделишь со мной это бремя.
— Если же не сможешь, то в последний миг будешь поглощена мной и разделишь проклятие в иной форме существования.
— В этом и заключается истина наследия моего Леса Шиккоцу!
— Малыш Кафу, ты всё ещё хочешь изучать моё Сендзюцу?
Поток информации был настолько ошеломляющим, что Кафу потребовалось некоторое время, чтобы всё осмыслить и сложить воедино.
Тысячи лет назад Мудрец Кацую была осквернена неким злым богом — возможно, тем самым, которому поклонялся Хидан.
Чтобы не стать Марионеткой злого божества, она постоянно росла в размерах, чтобы скорость осквернения не поспевала за скоростью её роста.
А затем, подобно древнему мудрецу, что удил рыбу на прямой крючок в надежде, что клюнет лишь желающий того, она искала преемников — великих простофиль, — чтобы разделить с ними проклятие.
Неудивительно, что при призыве появлялись лишь её клоны. Во-первых, это было ограничено количеством Чакры, а во-вторых, с истинным телом Кацую была огромная проблема.
Кафу покачал головой и с кривой усмешкой сказал:
— Госпожа Кацую, Вы поразительно честны, раз вот так просто всё мне рассказали.
Женщина, бывшая воплощением Кацую, улыбнулась и даже игриво высунула язычок.
— Если бы я не хранила верность своему истинному «я» все эти тысячи лет, как бы я смогла противостоять этому ужасному осквернению?
С этими словами она похлопала Кафу по плечу и мягко добавила:
— Ну вот, Малыш Кафу, я не советую тебе изучать Сендзюцу Леса Шиккоцу без крайней необходимости.
— Но, конечно, выбор за тобой.
Выбор?
«Система, может, подкинешь задачку для размышления?» — мысленно спросил Кафу.
«Без проблем, Носитель», — с готовностью откликнулась Система.
«Честно говоря, меня крайне заинтересовало это осквернение. Если я смогу досконально его изучить и описать в своей дипломной работе…»
— Стоп! — раздражённо прервал её Кафу. — Я, между прочим, живой человек из плоти и крови, приятель, а не материал для твоего диплома!
«Тц, какая жалость. Носитель, слушайте задание».
«Вариант первый: Принять наследие Леса Шиккоцу. У меня есть Система, так что какое-то осквернение — это просто смех. Награда за выполнение: Печать Четырёх Символов и Восьми Триграмм Шести Путей».
«Вариант второй: Отказаться от наследия Леса Шиккоцу и прослыть бесхребетным трусом. Награда за выполнение: Защита +2».
«Вариант третий: Немедленно разорвать все связи с Лесом Шиккоцу и ни в коем случае не становиться великим простофилей. Награда за выполнение: Защита +3».
Кафу молчал.
— Система… тебе не кажется, что ты тут явно преследуешь личную выгоду?
http://tl.rulate.ru/book/152221/8796894
Готово:
