Глава 37. Я буду защищать тебя всю жизнь
В жилах Кафу застыла кровь, а в глазах полыхнула слепая ярость.
Три Марионетки, которыми управлял Сигурэ, внезапно разделились надвое. Их торсы и ноги, обратившись в шесть самостоятельных частей, заметались в смертоносном танце.
Два Джонина Конохи, Таичи и Сабо, явно не ожидали подобного трюка. Этот дерзкий манёвр Сигурэ застал их врасплох!
*Хрясь!* Брызнула алая кровь!
Руки и ноги Марионеток обернулись стальными клинками. Двенадцать острых лезвий в едином порыве сомкнулись, пронзая тела двух Джонинов Конохи насквозь.
Всего одна ошибка… Прошла лишь пара мгновений, и два элитных ниндзя пали замертво, их бездыханные тела небрежно рухнули на землю.
— Юкино, скорее назад! — крикнул Кафу, его лицо исказилось от ужаса.
Сильнейший боец противника освободился, и теперь он непременно нацелится на них!
Сакумо и остальные были заняты гигантской ящерицей, и в стане Конохи не осталось никого, кто мог бы остановить Сигурэ!
Не только Кафу, но и многие другие отряды Конохи заметили, что Сигурэ освободился. Их лица исказились от страха, и они поспешили отступить, увеличивая дистанцию.
Теперь, когда враги сошлись вплотную, решающим фактором была уже не дистанция, а время!
Если Сигурэ успеет перебить половину ниндзя Конохи до того, как Сакумо расправится с ящером, то Ниндзя Песка одержат победу!
И наоборот, если Сакумо вновь свяжет Сигурэ боем, шиноби Листа размозжат головы всем оставшимся Ниндзя Песка.
А потому задача Кафу и остальных свелась к одному — выжить любой ценой, пока не истечёт это драгоценное время!
— Орихимэ, помоги мне! — прокричал Сигурэ жене, стоявшей рядом. — Мы используем ту самую технику!
Орихимэ тут же подбежала к мужу, но, услышав его слова, на её лице отразилось сомнение.
— Но на поле боя ещё так много наших…
— Времени на сомнения нет!
Сигурэ, лепя один за другим талисманы на своих Марионеток, прорычал с налитыми кровью глазами.
— Как только этот седовласый Джонин прикончит Херцога, мы все здесь поляжем!
— Я поняла!
Услышав это, Орихимэ отбросила все сомнения. Она положила руки на плечи мужа, и неиссякаемый поток Чакры хлынул в его тело.
Нити Чакры в руках Сигурэ резко удлинились. Шесть частей Марионеток взмыли в воздух и бешено закружились.
Сигурэ сложил ладони и зычно прокричал:
— Три Таланта, Шесть Путей: Военное Искусство Сотни Рук!
Под напором неистовой Чакры из ниоткуда возникли бесчисленные руки, устремившиеся в шести разных направлениях.
*Вжух! Вжух! Вжух!*
Небо над Сигурэ потемнело. Тень накрыла почти сотню человек — как ниндзя Конохи, так и Ниндзя Песка.
— Что… что это…
Лицо Кафу исказилось от ужаса, когда он увидел частокол из рук над своей головой.
Он уже видел Военное Искусство Сотни Рук, но та техника была лишь бледной тенью того, что творил Сигурэ сейчас!
Под сенью этой тени его гордость — его невероятная Скорость — не имела ни малейшего значения.
Руки в небе появлялись куда быстрее, чем он мог бежать. Сколько бы он ни мчался, ему не удавалось вырваться из смертельного круга!
Сигурэ вновь сменил печати, сложив поочерёдно знаки Лошади, Тигра и Дракона. Затем он сплёл пальцы и с силой натянул нити Чакры.
— Секретная Техника: Ливень Десяти Тысяч Игл!
*Бум! Бум! Бум!*
Руки одна за другой начали взрываться, высвобождая чудовищную кинетическую энергию и выбрасывая несметное число игл.
Иглы с оглушительным свистом рассекали воздух и, не разбирая своих и чужих, с молниеносной быстротой устремились к ниндзя на земле!
В каждой сотне игл таилась одна, наполненная особой Чакрой — скрытый смертельный умысел этой Секретной Техники!
— Господин! — раздался неподалёку отчаянный рёв.
Это был Юто. Он как раз сражался с гигантским ящером, но, обернувшись, застыл — его зрачки сузились от ужаса.
Ведь Кафу и Юкино находились прямо в эпицентре удара!
Лицо Сакумо тоже дрогнуло. Мощь техники Сигурэ превзошла все его ожидания.
Если он не покончит с гигантским ящером в ближайшее время, враг истребит всех оставшихся ниндзя Конохи!
— Стихия Ветра: Разрывающий Ветер!
Понимая, что бежать бесполезно, Кафу отчаянно высвобождал Чакру, создавая плотный Ветряной Домен, чтобы укрыть себя и Юкино.
— Стихия Земли: Земляной Барьер!
Юкино с силой топнула ногой. Из-под земли выросла дугообразная стена, накрывшая их и создавшая вторую, полукруглую линию обороны под Ветряным Доменом.
— Кафу, сюда!
Не дав Кафу опомниться, Юкино обхватила его, повалила на землю и накрыла своим телом.
Прежде чем Кафу успел что-либо понять, снаружи хлынул ливень из тысяч игл.
*Чок! Чок! Чок!*
Большая часть игл была отражена Ветряным Доменом и отлетела в стороны.
Лишь немногие пробились сквозь него и с глухим стуком вонзились в Земляной Барьер, не в силах пробить толстую стену.
Спустя всего несколько секунд звуки снаружи стихли. Кафу облегчённо выдохнул.
— Выглядит эта техника устрашающе, а на деле пшик, да, Юки…
*Кап.*
Тёплая капля упала ему на щеку. Кафу замер.
— …Ю… Юкино?
Голос Кафу дрогнул. Он медленно поднял голову и увидел смертельно бледное лицо Юкино, из уголка её рта струилась кровь.
— Что случилось? Как… как это могло произойти?!
Кафу прижал Юкино к себе и закричал в отчаянии:
— Мы же отразили все иглы!
— Н-не… все… — слабо прошептала Юкино, лёжа в его объятиях.
Большинство игл действительно застряли в Земляном Барьере, но одна, неведомо как, пробила его насквозь и вонзилась ей в спину.
Юкино была даже рада. Не закрой она Кафу своим телом, эта игла досталась бы ему.
— Не все?
Услышав слова Юкино, Кафу в панике осмотрел её и обнаружил иглу, вонзившуюся ей в спину.
Но что было хуже всего — рана почернела, а кровь приобрела неестественный оттенок… Игла была отравлена!
Кафу лихорадочно зашарил по карманам в поисках Пилюли Противоядия и заставил Юкино проглотить её, но лицо девушки становилось лишь бледнее.
— Почему не действует… почему… ПОЧЕМУ?!
Юкино положила руку на плечо обезумевшего от горя Кафу и тихо прошептала:
— Ты разбираешься в ядах. Ты знаешь, что меня уже не спасти.
— Нет, я…!
— Молчи и слушай! — голос Юкино внезапно обрёл былую силу, совсем как в детстве, когда она отчитывала его за проказы.
— Эта техника, должно быть, отняла у Сигурэ много сил. Воспользуйся моментом и беги к Хатаке Сакумо! Не думай обо мне!
— Нет, Юкино, ты ведь… — начал было Кафу, но внезапно замер. Слёзы хлынули из его глаз.
Говорят, перед смертью человек сначала теряет зрение.
Зрачки Юкино уже расширились и потеряли фокус. Это была лишь последняя вспышка жизни, инстинктивное желание дать ему последние наставления.
*Вздох…*
Дыхание Юкино замерло. Она безвольно обмякла в объятиях Кафу, а перед её мысленным взором пронеслась вся её жизнь.
Воспоминания сменяли друг друга, пока не застыли на самой дорогой для неё картине.
Ей было восемь, когда она впервые увидела Кафу, маленького озорного мальчишку.
— Что ж, я доверяю этого ребёнка тебе. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.
— Господин Данзо, я всё понимаю. Я непременно буду защищать его… всю жизнь!
Я обещала, что буду защищать тебя…
Как жаль… у нас могло бы быть прекрасное будущее… но я его уже не увижу…
— Покойся с миром, Юкино.
Чувствуя, как жизнь покидает тело Юкино, Кафу, как ни странно, успокоился. По крайней мере, его голос звучал ровно.
Говорят, последним человек теряет слух. Он не хотел, чтобы последние мгновения Юкино были омрачены тревогой за него.
Алый свет!
Шаринган пробудился сам собой. Глаза Кафу стали багровыми, лицо исказила звериная гримаса — он был похож на демона, выбравшегося из самой преисподней.
Рядом с первым томоэ мгновенно проявился второй.
А следом… и третий!
Три чёрных как смоль томоэ бешено завращались в глазах Кафу!
http://tl.rulate.ru/book/152221/8796575
Готово:
