Глава 32. Неделю спустя. Страна Дождя.
— Эй, парень, чего застыл? Продолжай!
Костяшки маджонга были давно перемешаны, но Кафу всё медлил, и Цунаде нетерпеливо его поторопила.
— А, да, хорошо.
Кафу с замиранием сердца принялся набирать костяшки, начиная новый раунд.
«Прошлая партия — чистая случайность, — думал он. — В этот раз Цунаде точно не победит».
— Тридцать тысяч, — осторожно выложил костяшку Кафу.
— Беру! И снова победа за мной! Ха-ха-ха!
Цунаде торжествующе вскочила и, повернувшись, одним движением бедра смахнула на стол ряд своих выигрышных костяшек.
— Это... это...
Цунаде победила дважды подряд, и каждый раз — с его подачи.
Внезапно в голове у Кафу родилось нелепое предположение.
«Кажется... дело во мне? Не уверен, нужно понаблюдать».
Они сыграли ещё несколько раундов. Выигрывал Минато, выигрывала Кушина, выигрывала даже Цунаде, и лишь один Кафу не победил ни разу!
Так вот оно что... На лице Кафу появилась горькая усмешка.
Похоже, Цунаде побеждала лишь потому, что он был её талисманом неудачи.
Выходит, его везение... было ещё хуже, чем у самой Цунаде!
Просто уму непостижимо!
Неужели его удача хуже, чем у этой «ходячей катастрофы», которая проигрывает всегда и везде?!
— Ха-ха, парень, а удача-то тебя совсем не жалует, — безжалостно посмеивалась Цунаде. — За весь вечер ни одной победы, только и делаешь, что подставляешься под чужие выигрыши.
Кафу закрыл лицо руками, готовый разрыдаться.
— Я больше не хочу играть. Играйте во что-нибудь другое без меня...
— Ну что ты! — Цунаде тут же заключила его в объятия и принялась утешать, словно малое дитя. — Иди к сестричке на ручки, сестричка обнимет~
Теперь Кафу нравился ей всё больше и больше. Сколько лет она играла, но впервые выигрывала так часто! И всё это благодаря этому милому пареньку. Если он уйдёт, то куда же денется её долгожданное чувство победы?
— Что ж... хорошо. Я поиграю с вами ещё немного.
Пышная грудь Цунаде подарила Кафу толику утешения и помогла ему вновь воспрянуть... духом.
«А парень-то что надо», — глядя на Кафу, подумала Цунаде, и в её голове зародился план.
«Если Ку-чан возьмёт этого парня в мужья, я смогу играть с ними каждый день! С ним я буду выигрывать каждую партию! Вот это будет жизнь! Но, судя по поведению Ку-чан, ей, кажется, больше нравится другой мальчик... А, неважно! В крайнем случае, пусть выходит за обоих, делов-то!»
Всю ночь напролёт четвёрка играла от души. И хотя Кафу постоянно проигрывал, в минуты уныния Цунаде всегда была рядом, чтобы утешить его в своих мягких объятиях.
И это, надо сказать, было просто замечательно!
На рассвете Цунаде ушла первой. Кафу проводил Минато, а затем и сам отправился домой.
Едва войдя в дом, он столкнулся с Данзо, который как раз собирался уходить.
«Вот же не повезло!» — мысленно выругался Кафу.
Данзо, уловив исходящий от Кафу девичий аромат, нахмурился.
— Ты не ночевал дома. Где был?
Кафу почесал в затылке и смущённо ответил:
— Тренировки закончились, и мы с Минато решили отпраздновать... провёл ночь у друзей.
Данзо многозначительно взглянул на него.
— Ты ещё молод. Береги здоровье.
Кафу потерял дар речи. «Отец, мне всего десять лет! Что я могу? Только смотреть и вздыхать, вот и всё!»
— Даю тебе несколько дней, чтобы устроить тех троих детей, которых ты приютил, — сказав это, Данзо развернулся и пошёл прочь. — На следующей неделе выступаем. Отправишься со мной в Страну Дождя.
Кафу вздрогнул от удивления, но тут же ответил:
— Слушаюсь, отец.
Раз уж Данзо лично возглавил отряд и направляется в Страну Дождя, значит, решающая битва уже не за горами.
***
Коноха, в другом доме, принадлежавшем Кафу.
— Ха-ха-ха, вашему беззаботному житью пришёл конец.
Улыбаясь, Кафу достал из-за пазухи три бланка и протянул их малышам.
— Я уже записал вас. Через два месяца вы, как миленькие, отправитесь в школу.
В школу... Троица с любопытством взяла бланки и принялась их разглядывать.
— Шимура Яхико? — Яхико ошарашенно уставился на Кафу. — Почему это у меня фамилия Шимура?!
— Теперь ты мой брат, так что носить мою фамилию вполне логично, не так ли? — как само собой разумеющееся ответил Кафу.
Что-то здесь было не так, но вроде бы и придраться не к чему... Яхико погрузился в раздумья.
— Кхм-кхм, впредь прошу называть меня Шимура Конан, — хихикая, пихнула Конан локтем Яхико.
Услышав, что Конан теперь тоже Шимура, Яхико немного успокоился и заглянул в бланк Нагато.
— Нечестно! — надулся Яхико. — Почему Нагато может носить фамилию Узумаки, а я нет?! Я протестую!
Нагато лишь молча улыбался. «И что ты сделаешь, а?» — читалось в его взгляде.
— Хм, твоё недовольство вполне обоснованно, — кивнул Кафу и задумчиво потёр подбородок.
Э-э... Отчего-то у Нагато вдруг возникло дурное предчувствие.
— Раз так, — произнёс Кафу, — то пусть и Нагато больше не будет Узумаки. Отныне вы все будете носить фамилию Шимура.
Яхико тут же перестал дуться и расхохотался.
— Ха-ха-ха, вот это отлично! Просто замечательно!
«Яхико, ах ты Шестой!» — Нагато со злостью набросился на Яхико, и они покатились по полу в шутливой потасовке.
Конан подошла к Кафу, потянула его за рукав и тихо спросила:
— Братец Кафу, я хотела спросить... если у нас у всех будет фамилия Шимура, мы потом сможем пожениться?
Кафу ласково взъерошил волосы на её макушке.
— Конечно, можно. Вы же трое не кровные родственники.
— Я не за них двоих замуж хочу! — залившись румянцем, выпалила Конан. — Может... может, я за тебя замуж хочу, братец Кафу!
— Ха-ха, ну и скажешь же ты, Конан! — Кафу со смехом ущипнул её за щёчку, а сам погрузился в раздумья.
К слову, отпрыски великих кланов, как правило, выбирали себе пару внутри рода, чтобы сохранить чистоту крови. Юкино, должно быть, одна из кандидаток, подобранных для него отцом. И она сама, скорее всего, об этом знает.
Тряхнув головой, чтобы отогнать посторонние мысли, Кафу достал ещё двести тысяч Рё и вложил их в руку Конан.
— Тратьте экономно. Этой суммы вам троим должно хватить на год.
Кафу прикинул: миска рамена стоит около шестидесяти Рё. Если не шиковать и не обедать каждый день в ресторанах, то двухсот тысяч им хватит с лихвой.
— А, братец Кафу, ты снова уходишь на войну? — с тревогой спросила Конан.
— Что?! — услышав это, Нагато и Яхико тут же прекратили возиться и подбежали к Кафу.
Глядя на их обеспокоенные лица, Кафу почувствовал, как на душе у него потеплело, и улыбнулся.
— Да. Но не волнуйтесь, ничего опасного не случится.
— Как это не опасно?! Разве нельзя отказаться? — сердито воскликнул Яхико.
— Это не мне решать, — горько усмехнулся Кафу. Кому, как не ему, было знать, что отцовская любовь Данзо подобна горе... с которой сходит селевой поток.
— Яхико, — Нагато остановил его, призывая успокоиться, а затем повернулся к Кафу. — Братец Кафу, прошу, будь предельно осторожен. Береги себя. Мы трое будем ждать твоего возвращения в Конохе.
— Да, возвращайся живым и невредимым! — подхватила Конан.
http://tl.rulate.ru/book/152221/8796569
Готово:
