Таверна была точной копией той, что в Зеленом Уделе. Голиаф, благодаря своей поразительной памяти, воссоздал всё: тогдашних посетителей, хозяина, посуду и даже менестреля. Вот только все они были сотканы из теней. Тени колыхались, тени суетились, наполняя жизнью призрачный кабак.
— Жаль, но после сегодняшнего дня Бога больше не будет, — тихо вздохнул Голиаф.
— Прежде ты всегда был сдержан. Говорили, ты в последнее время спятил — теперь вижу, что это правда. Несешь какой-то бред.
Бог, как и в тот раз, повесил черный плащ на спинку соседнего стула и неспешно опустился напротив.
— Таверна неплоха, — продолжил он. — А твоя способность создавать теневых существ стала еще совершеннее. Быть может, однажды ты и впрямь сумеешь сотворить теневой Ад на изнанке мира.
— Жаль только, что для тебя никакого «быть может» уже не будет.
Бог взял со стола теневой кубок и принялся его наполнять. И хотя вино тоже было соткано из тени, из горлышка полился нектар, переливающийся всеми цветами радуги. Отпив глоток, Бог с наслаждением прикрыл глаза. Сладкое вино, сваренное из чистой энергии, оставляло бесконечное послевкусие.
— Доброе вино. Достойный напиток для божества.
— Это вино сварено с помощью Магии, — негромко пояснил Голиаф. — Только я способен на такое. Бог-Творец использует небо и землю как котел, чтобы сварить из всего сущего порядок. Я же взял Золото как весы, чтобы измерить силу всех богов и собрать ее в нынешний катаклизм Ада. Это вино создано похожим образом: три доли пламени, семь долей Мистицизма… У него нет плоти, и смертный, не владеющий магией, не смог бы даже удержать кубок, не то что испить этого теневого нектара.
Голиаф с гордостью описывал свое творение, но похвала Бога его не тронула. Он знал: любой бог, отведав этого напитка, оценил бы его по достоинству.
— Впрочем, теневой Ад? — усмехнулся он. — У тебя, Бог, всегда были интересные идеи.
— Я думаю, входом в этот теневой мир могло бы послужить зеркало, — подхватил Бог.
— Забавно, — рассмеялся Голиаф. — Как Демон-король, повелевающий тенями, я непременно попробую это в будущем. Правда, для столь великого свершения мне, вероятно, понадобится помощь бога, что властен над иными измерениями.
Обменявшись приветствиями, они замолчали и принялись за вино. Воздух между ними, казалось, звенел от напряжения. Внутри таверны царила обманчивая тишина, но снаружи… Снаружи битва началась в тот самый миг, когда Бог переступил порог.
Над таверной сгустились тучи, предвещая бурю. Два исполинских божества, сотканных из стихий, закручивались в вихре, медленно обретая форму и разделяя небо надвое. С одной стороны в облаках проступал силуэт Демона-короля — гигантский элементаль, вобравший в себя тень и магию. С другой — Падший Бог, окруженный четырьмя Всадниками Апокалипсиса. Его облик источал гнетущую мощь, подобную черной туче, несущей гибель миру.
Владыки Ада, тайно наблюдавшие за этой сценой, затаили дыхание. Это был исторический момент: сильнейший Бог всех времен сошелся в поединке с сильнейшим Демоном-королем второго поколения. Прошлая битва за трон была для них лишь развлечением, но сейчас на кону стояли их жизни. Проиграй Демон-король — и весь Ад будет уничтожен, а они, его владыки, погибнут. Никогда прежде они не были так едины.
— В таверне их тела недвижны, так откуда в небе эти два громадных сгустка энергии? — понизив голос, спросил Король Демонических Драконов.
— Они схлестнулись в поединке Святых Тел! — не сдержав восхищения, выдохнула Лилит. — В этом мире осталось лишь два живых обладателя Святого Тела. Естественно, им не терпится помериться силами, чтобы прощупать друг друга.
— Про Святое Тело я знаю, но почему оно выглядит так странно? Как оно может создавать два таких гигантских призрачных образа? — недоумевал стоявший рядом Темный эльф.
Лилит вздохнула:
— Вы когда-нибудь слышали легенду об Образе Разума?
— В древних преданиях говорится, что Сянтуомо, создав Святое Тело, открыл и силу Образа Разума. Он назвал ее в честь себя и своей жены, — не отрывая взгляда от небесной битвы, торопливо проговорил Демон Ветра. — Сянтуомо утверждал, что это его величайшая сила, но в ту эпоху у него не было врагов, и никто так и не увидел ее в действии.
После смерти Сянтуомо предания об Образе Разума канули в Лету.
— Вы хотите сказать, что лишь совершенное единство Святого Тела и Святого Мозга, полнота Пути Плоти и Крови и Пути Души, позволяет явить силу Образа Разума? — У Демона Ветра волосы на затылке встали дыбом. — Это уникальная мощь, доступная только обладателям идеального Святого Тела?
Значит, у Бога в прошлый раз оставался козырь в рукаве — он так и не применил свой Образ Разума.
— Их воля, сливаясь с плотью, порождает таких чудовищ! — глядя на двух туманных исполинов в небе, пробормотал кто-то. Эта картина превосходила все, что могли вообразить себе смертные. Исполины давили своей мощью, одним своим видом внушая благоговейный ужас.
— К сожалению, оба их Святых Тела были созданы в спешке и несовершенны, — глухо произнесла Лилит. — Они поддерживают их с помощью особой божественной силы, так что воссоздать их в массовом порядке невозможно. Мы не сможем построить себе такие же тела по их чертежам.
Ее слова были встречены разочарованными вздохами. Сила Образа Разума казалась куда более достижимой, чем уникальные по своей природе Божественные Предметы.
— Госпожа Лилит, почему вы с Демоном Ветра не помогаете ему? — вдруг спросил Король Демонических Драконов.
Лилит покачала головой:
— Мы уже помогаем. Мы — его тыл. Я использую свое [Распространение], а Бог Ветра — городские ветряные мельницы, чтобы направить всю мощь Ада на поддержку Голиафа.
В этой битве Лилит и Демон Ветра решили не выходить на передовую. Там они стали бы лишь слабыми звеньями, по которым враг ударил бы в первую очередь. Оставаясь в тени, они позволяли Голиафу сражаться в полную силу, не отвлекаясь на их защиту.
Время шло. Гигантские Образы Разума в небе медленно ворочали облака, сталкиваясь и переплетаясь, но в таверне по-прежнему царила тишина.
— Что они там делают, Бог и Демон-король?
— Да, почему так тихо?
— Чем они там занимаются?!
Пока владыки терялись в догадках, в самой таверне, где грохот битвы снаружи казался далеким и ненастоящим, Голиаф спокойно произнес:
— Когда-то мы с тобой рассуждали, каким станет Ад в будущем. Почему бы нам не вернуться к этому разговору?
— Мне и сейчас любопытно, как демоны видят будущее, — с легкой улыбкой ответил Бог. — На этот раз начинай ты.
— Эпоха мифов о Боге прошла, — сказал Голиаф. — Следующая эра будет Эпохой Магии!
— Почему?
— Сянтуомо — это миф о сотворении живого. Бог — миф о сотворении мира, — с безмятежной улыбкой пояснил Голиаф. — Миф о Сянтуомо через [Эволюцию] подарил нам правое и левое полушария, Подвздошную Кишку, руки и ноги. Твой миф, миф о Боге, через [Тайну] создал Ад, Рай, Небесное Царство, луну и Реку Забвения. Но теперь, когда основы мира заложены, тебе пора уйти.
Существа их уровня — титаны, создающие мифы, — не испытывали недостатка ни в широте взглядов, ни в смелости, ни в дальновидности. Их противостояние давно вышло за рамки обычного боя и превратилось в игру умов, в спор о будущем мироздания и смене божественных пантеонов.
То, что происходило сейчас, было лишь очередной битвой. Схваткой идей. Поединком воли.
Божественным диспутом.
Демон-король Ада. Бог Небесного Царства. Два высших существа, стоящих на вершине мироздания, начали спор, которому суждено было войти в легенды!
О том, куда движется этот мир.
Они начали яростно спорить. Каждое произнесенное ими слово обращалось в плотный божественный иероглиф, и вскоре вся таверна наполнилась вихрем летающих знаков. Она превратилась в подобие гигантского мозга, в котором сталкивались и переплетались бесчисленные письмена. Скорость этого обмена информацией взорвала бы разум любого смертного.
И в каждом потоке данных, в каждом аргументе Голиафа сквозила одна мысль: грядущая эпоха принадлежит ему, Демону-королю, ставшему Богом Магии.
— Звучит разумно, — признал Бог. — Глядя на происходящее, трудно отрицать огромный потенциал твоей Магии.
— И что же? — на губах Голиафа заиграла глубокая усмешка. — Эпоха Бога подходит к концу. Что ты намерен делать? Может, последуешь примеру Сянтуомо?
— А ты уверен, что грядущая Эпоха Магии будет принадлежать тебе? — невозмутимо спросил Бог.
— Ты должен понимать, — продолжил он, — что Бог Магии, владеющий [Преобразованием], стоит над богами основных стихий: тьмы, света, ветра, воды, огня и земли. Но и другие боги могут занять это второе божественное место, став Двойным божеством. Ты не единственный. Бог Света, Бог Огня, Бог Воды — любой из них может убить тебя и забрать твой престол.
Будущее, возможно, и принадлежало пантеону магии, но титул Бога Магии предстояло вырвать в бою одному из богов стихий — света, тьмы и прочих. Их ждала война друг с другом.
— Я вижу будущее, в котором боги сражаются за трон Бога Магии!
— Я, разумеется, отойду в тень, — спокойно заключил Бог. — Но это не будет означать моего поражения. Я поднимусь еще выше, чтобы оттуда наблюдать за вашей грызней. Эта война богов меня не коснется. Боги света, тьмы, ветра и воды, словно удельные князья, по очереди будут штурмовать высший престол Бога Магии, чтобы править остальными.
Они продолжили спор, все глубже погружаясь в возможные варианты развития будущего, в ветви мировых линий. И незаметно для всех началась вторая битва. Каждый их довод, каждый ответ требовал обработки немыслимых объемов информации. Если одна из сторон не выдержит этого информационного шторма, не сможет осмыслить вопрос противника и дать ответ — она проиграет.
С каждой минутой их голоса, доносившиеся из таверны, звучали все громче и яростней. Небесное Могущество просачивалось наружу, искажая все вокруг. К ужасу наблюдателей, спор разрастался, пока не загремел, казалось, на весь мир.
В небе два исполина, сошедшиеся в битве Образов Разума, прекратили обмениваться ударами и, раскрыв рты, принялись осыпать друг друга упреками.
Бог говорил! И мир менялся по его слову.
Небо и земля содрогнулись. Ужасающий, яростный гул их голосов превратился в информационный поток и хлынул в умы владык Ада. Поначалу они слушали как завороженные, ведь два высших существа на их глазах вели спор о самом мироздании. В своих доводах они касались и принципов совершенствования, и теорий применения божественной силы — всего, что могло подтвердить их видение будущего. Даже обрывки этих знаний позволяли им заполнить пробелы в собственном развитии и дарили глубочайшие озарения.
Демоны слушали, не в силах оторваться.
— Я слышу в их словах новые способы применения тени!
— Нет! Я отчетливо слышу второй метод духовного пробуждения через Мистицизм!
— Вы оба ошибаетесь! Я слышу теорию построения магических моделей! Это же зачатки Магической Сети, основа грядущей эпохи!
— Ерунда! Я слышу теорию о солнечном и лунном свете, она куда мощнее вашей Магической Сети!
— Ты спятил!
— Сам ты неправ!
Казалось, сам их спор заразил владык, и они тоже начали яростно препираться. Но чем громче становились голоса в таверне, тем сильнее их необузданное сознание сотрясало окружающий мир.
— А-а-ах!
Владыки демонов один за другим закричали от боли, схватившись за головы. Нарастающий поток информации был так велик, что даже их сверхмощный разум не справлялся с обработкой и уходил в перегрузку — точно так же, как когда-то Чун Шисань сжег мозги миллионам бабочек в городе Жэхэ.
— Плохо дело! Слушать становится все труднее! Еще немного — и наши головы взорвутся, мы сойдем с ума! Демон Ветра, скорее, поле безмолвия! — крикнула Лилит. — Это голоса богов, их нельзя слушать!
Демон Ветра тут же отсек звук, и лишь тогда владыки смогли перевести дух. Они со страхом и трепетом смотрели на таверну. Бог и Демон-король… один лишь их разговор был для остальных смертельно опасен.
— Объем информации в одной их фразе просто немыслим…
— Два чудовища.
— Неужели они достигли таких высот?
— Нет, дело не только в уровне развития! Дело в строении тела! Святое Тело и Святой Мозг, слитые воедино, — вот истинный бог. Наш смертный разум просто не способен воспринимать такую информацию!
Владыки демонов, зажимая кровоточащие уши, недоверчиво перешептывались. Однако вскоре они поняли, что спор разгорается, и даже Катаклизм Покоя больше не может заглушить их голоса. Это были не просто звуковые волны — это была Волна сознания, исходящая от самой души.
— Бежим!
В ужасе они бросились прочь. Но даже отлетев на порядочное расстояние, они все еще слышали громоподобные голоса, которые волей-неволей через [Распространение] пересекали горы и реки, разнося «божественный диспут» по всему Аду.
В далеких городах из домов на улицы высыпали самые разные демоны. Они смотрели в небо и слушали доносящийся издалека глас богов.
— Миф… мы стали свидетелями рождения мифа! — дрожащим голосом проговорила старая Морская дева, поглаживая свой хрустальный шар.
На острове Исполинских драконов, затерянном посреди океана, один из них с невиданной прежде серьезностью произнес:
— Их битва совсем не похожа на то, что мы себе представляли. Достигнув такого уровня, они, разумеется, отбросили примитивные утехи вроде уличных драк и мордобоя.
— Слово Божье — вот их битва, — в глазах дракона плескался шок. — Потому что они… они сами почти стали стихией.
http://tl.rulate.ru/book/150802/8753853
Готово:
