Глава 20
«Погоди… что ты имеешь в виду? Объясни толком».
«Хм, кажется, у нас сейчас нет на это времени. Но я правда смогу хорошо сделать. Не можешь просто один раз мне поверить?»
«Да нет, чтобы поверить, нужно хоть что-то знать…»
«Я не играю в проигрышные игры».
Эйден Ли сказал это, прямо глядя на нас, растерянных. Улыбка, до этого игравшая на его лице, исчезла.
«Правда. Я не лгу. В соревновании».
«…….»
Участники команды переглянулись. Верить словам Эйдена Ли или нет. Раздумья были глубокими, но решение было принято быстро.
«…Давайте поверим».
«Да, сделаем, как говорит Идэн».
«Ха… не знаю. Раз он так уверен, значит, у него есть какой-то план».
«Мы, мы сможем хорошо выступить!»
«Это ведь хорошая песня…!»
Сейчас обсуждать что-то глубже было невозможно. Другие стажеры ждали своей очереди, и ведущий с интересом наблюдал за нами.
И то, что все в итоге решили последовать решению Эйдена Ли, было, вероятно, потому, что все примерно поняли, что он за человек.
«Типичный „гений“».
То есть тот, кто делает только то, что ему нравится.
Люди с такими чертами характера, как правило, не идут на компромиссы в областях, к которым у них есть страсть и интерес, или в планах, которые они придумали. И именно в этих областях они демонстрируют подавляющую концентрацию или гениальность.
Однако недостаток таких людей в том, что, когда их планы рушатся или их заставляют делать то, чего они не хотят, их способности падают более чем наполовину.
«И вероятность того, что они сбегут, тоже повышается».
Кажется, я примерно понял, почему Эйден Ли, дебютировавший в прошлом в составе «IDEAN», уже на втором году начал готовиться к побегу.
Потому что в прошлом, хоть «IDEAN» и были созданы в рамках <Design Your Idol> с концептом «айдолы с идеальными способностями», их совершенно не привлекали к планированию.
«От концепта до песен — все решала компания».
Конечно, все было очень отточено, но в то же время было ощущение, что они идут только по безопасному пути. Все было предсказуемо.
И такой парень, как он, вряд ли стал бы с этим мириться.
«„Гении“ всегда ценят вызов».
Наверняка он много раз предлагал свои идеи и даже продюсировал песни. А агентство, должно быть, это раздражало.
«Это обычное дело. Когда агентство в начале дебюта пытается „приручить“ участника».
Агентство, скорее всего, подавляло его, чтобы подающая надежды звезда не высовывалась. Доказательством тому было то, что я ни разу не видел имени Эйдена Ли в списке авторов альбомов «IDEAN».
Агентство, должно быть, понимало, что включение песни Эйдена Ли в альбом было бы более эффективным для продвижения и получения реакции от фанатов.
Но то, что парень с такими способностями не смог включить в альбом ни одной песни, означало, что агентство предпочло сначала сломить его дух, а не использовать его песни для продвижения.
И для Эйдена Ли, который, должно быть, гордился своим музыкальным талантом, не было ничего более унизительного.
«Наверное, это и стало причиной его побега».
Когда я подумал об этом, мне показалось, что недостающие частицы прошлого сложились в единую картину.
«Ну что, теперь мне выбирать песню?»
Конечно, это было его будущее после дебюта, и меня это не касалось. В любом случае, сейчас самым важным было первое соревнование.
Мы молча кивнули. И Эйден Ли с сияющей улыбкой поднес микрофон ко рту и сказал:
«Команда 2 выбирает песню „BINGO“ сонбэ-нимов LUMIEL».
Среди стажеров прошел шепот. Получив такой хороший номер и выбрать песню гёрл-группы — это был, безусловно, рискованный вызов.
«Все участники команды согласны?»
«Да!»
«Да!»
На вопрос ведущего мы ответили в один голос. В ответ ведущий сказал нам несколько комплиментов, вроде того, что мы дружная команда и полны боевого духа.
Но, несмотря на наши ответы, на лицах участников команды было написано крайнее смятение. Хоть нас и снимали камеры, но беспокойство было настолько сильным, что мы с трудом могли контролировать выражение лиц.
И то, что мы все же решили поверить Эйдену Ли, было, вероятно, потому, что все предвидели, что произойдет, если мы его остановим.
«Если мы сейчас остановим Эйдена Ли, вся командная миссия провалится».
Эйден Ли, как ни крути, занимал самую важную позицию в творческой миссии. Ведь аранжировка — это то, что действительно сложно сделать хорошо без таланта и чутья.
Если он откажется от аранжировки, в этой команде не было никого, кто мог бы его заменить. Что бы ни случилось, аранжировку придется доверить Эйдену Ли.
«Песней для групповой битвы команды 2 выбрана „BINGO“ группы LUMIEL. Пожалуйста, встаньте у таблички с названием».
И в итоге нам, скрепя сердце, пришлось вместе принять этот рискованный вызов.
«…….»
«…….»
Так были сформированы команда и выбрана песня, и мы сидели в тишине.
Казалось, все пытались осознать, что произошло за эти бурные двадцать минут.
«Теперь определимся с концептом и позициями?»
…кроме того, кто все это затеял.
«…Раз уж зашла речь, скажи».
«А?»
Я глубоко вздохнул, глядя на невозмутимое лицо Эйдена Ли. Тот, кто бросил бомбу, выглядел так, будто не понимал, что он сделал.
Я, схватившись за пульсирующую от боли голову, спросил:
«Что ты имел в виду, когда сказал, что сделаешь меня главным вокалистом?»
«В прямом смысле».
«Что?»
Эйден Ли широко улыбнулся и принес листок с текстом «BINGO». Он указал на конец второго куплета, где главная вокалистка LUMIEL, Ю А Ён, исполняла адлиб на высоких нотах.
«Я хочу, чтобы эту часть исполнил Ю-ха».
«…….»
«Я из-за этого и выбрал „BINGO“. Чтобы ты это спел».
«…Так, то есть».
Что этот парень несет?
Я почувствовал, как у меня мутнеет в глазах от манеры речи Эйдена Ли, которую я не мог понять. Он что-то говорил, но вместо того, чтобы прояснить ситуацию, все становилось еще более запутанным.
«Идэн, можешь объяснить немного подробнее?»
Увидев, что я потерял дар речи, Джу Дан-у, который наблюдал за обстановкой, осторожно заговорил. Четверо, которые еще не были близки с Эйденом Ли, все еще с опаской присматривались к нему, пытаясь понять, как с ним обращаться.
Эйден Ли, наоборот, выглядел так, будто не понимал, почему мы не понимаем, но вскоре начал медленно объяснять.
«Адлиб в этой части, он медленно поднимается, и самая высокая нота — это ре-диез третьей октавы. Ю-ха, ты ведь и эту ноту легко возьмешь, да?»
«Что? Ю-ха берет до третьей октавы?»
При словах Эйдена Ли другие стажеры удивленно посмотрели на меня. Я с некоторым сомнением кивнул.
«…Ни в одной из песен, которые я пел до сих пор, не было таких высоких нот».
Я совершенно не понимал, откуда у него такая уверенность, ведь я ни разу не брал при нем таких высоких нот. Самая высокая нота, которую я брал на <Dear Dol>, была всего лишь си второй октавы.
Си второй октавы была самой высокой нотой в песне «New Life», которую я пел на первой оценке. А ре-диез третьей октавы — это нота гораздо выше, которую большинству мужских вокалистов очень сложно взять.
«Тогда, Ю-ха, тебе не хватало силы, но была уверенность».
Похоже, Эйден Ли, увидев, как я пою «New Life», примерно понял, до какой высоты я могу дотянуть.
«Я думаю, что Ю-ха сможет исполнить эту песню лучше, чем кто-либо другой. Точнее, песню, которую я аранжирую».
«…Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но причин недостаточно. Расскажи подробнее, почему ты выбрал „BINGO“. Какой у тебя будет концепт…»
«А, это я уже решил».
«А?»
«А?»
При словах Эйдена Ли все с недоумением уставились на него. Он свежо улыбнулся и написал на листке с текстом «BINGO»:
「Юноша. Свежесть. Игра.」
«Это наша песня».
Глядя на криво написанные слова, мы снова, как по команде, замолчали.
Потому что мы совершенно не понимали, что он имеет в виду.
«…Этот ублюдок что, Моцарт?»
У меня невольно вырвалось ругательство. Потому что Эйден Ли напомнил мне Моцарта, который на вопрос заказчика «Когда будет готова музыка?» отвечал: «Она уже готова. Осталось только перенести ее из моей головы на бумагу!».
Я в итоге, наплевав на камеры, бросил на него ледяной взгляд и заговорил:
«…Эйден».
«А?»
«Ты, сейчас, иди в тот угол, напиши на этом листке подробно, как ты хочешь аранжировать песню, и возвращайся. Даю тебе десять минут».
«А?»
«Время пошло. Начали».
Когда я это сказал, Эйден Ли, на удивление, выглядел растерянным и несколько раз переспросил: «А? А?». Он, казалось, совершенно не понимал, что он сделал не так.
Но так как я не отменял своих слов, и другие участники команды тоже молчали, он в итоге неуклюже встал, забился в угол зала и взял ручку. Почесывая голову и что-то черкая на листке, он, похоже, и сам с трудом пытался упорядочить свои идеи.
«То есть, у него есть образ, но он довел ситуацию до этого, не в силах объяснить его словами…»
В одно мгновение будущее показалось мне мрачным. Я снова взглянул на листок с текстом.
-Oh- oh- oh
oh- oh- oh
Хоть мы и незнакомы
Я все о тебе
Знаю
Я, готовый
Понравиться тебе
Идеальный день начинается
«BINGO» группы LUMIEL, в отличие от их предыдущих песен, которые были в основном в свежем концепте, была откровенно сексуальной.
Песня с концептом «я, подстраивающаяся под тебя», «я, приближающаяся к тебе» начиналась со свиста в медленном темпе, а затем переходила в томную и мягкую мелодию на основе чувственного фортепианного аккомпанемента.
Среди множества людей
Единственное Bingo
Позволь мне выбрать правильный ответ
Скорее подойди
Скорее скажи
Скорее поймай
Манера пения, в которой смешивались фальцет и грудной голос с большим количеством придыхания, и легкий взлет на высоких нотах в кульминации были главными особенностями песни, а ее суть заключалась в томной мимике, страсти и уязвимости.
То есть, в ней не было ни капли того, о чем говорил Эйден: 「Юноша. Свежесть. Игра.」
«Я все!»
Поэтому нам оставалось только тяжело вздыхать, пока Эйден не вернулся с исчерканным кривым почерком листком.
Отчаянно надеясь, что у этого Моцарта действительно был какой-то здравый план, раз уж он так уверенно просил ему поверить.
Песня по кусочкам собрана, слушайте «BINGO» группы LUMIEL в озвучке ко главе.
http://tl.rulate.ru/book/150412/8713231
Готово:
