Кранг обдумывал свою ошибку.
С самого начала план имел множество изъянов. Поэтому сама ошибка не была столь уж важной.
Имело значение только одно: понять, что нужно прямо сейчас, и подтвердить, какие действия предпринять.
Именно этим он и занялся.
Сейчас требовалось время, и ему нужно было сделать что-то, чтобы это время выиграть.
— Маркус Байсар.
— Да, сэр.
— Ты можешь выбраться и позвать на помощь?
— …Кажется, придётся.
Кранг оказался заперт в отведенной ему приёмной. Небольшая личная приёмная находилась в наружном флигеле, одном из внешних помещений королевского дворца.
Это было место, где останавливались гости во время визитов во дворец, но оно не было оборудовано защитными сооружениями.
Поскольку он не был великим герцогом, единственным помещением, которое ему выделили, была эта приёмная, соединенная со спальней.
Вот почему он оказался здесь в ловушке.
Как только Кранг закончил говорить, его телохранитель, орудовавший хлыстом, Мэттью, бросил табурет в окно.
Стекло разлетелось с громким «Грохотом!».
Мэттью использовал рукоять хлыста, чтобы разбить оставшиеся осколки и очистить проем.
Окно было достаточно велико, чтобы в него мог пролезть человек.
— Мои охранники должны быть снаружи, — сказал Маркус, подходя к окну. Оно находилось на третьем этаже – достаточно высоко, но прямо перед ним росло большое дерево. Падение не представляло опасности, так как можно было цепляться за ветви.
Кранг сидел, скрестив руки. Его разум не был затуманен; скорее, он стал проще и яснее.
Виконт Мернес начал восстание.
Это был безрассудный, но тем не менее, как он признал, умный ход.
«Действительно подходящий ход».
Кранг признал, что виконт Мернес, которого он наполовину считал идиотом, на самом деле был проницательным и интуитивным.
«Он использует все возможные средства?»
Это был просчитанный шаг, нож, приставленный к горлу.
Единственное, что Кранг делал с момента прибытия в королевский дворец, включая церемонию назначения великого герцога, было нацелено на одно.
Простая и ясная цель.
Собрать мусор и избавиться от него.
Это также было решением задачи, поставленной ему королевой.
— Сделай всех министров своими союзниками, — пробормотал Кранг, приподняв и обхватив одно колено, говоря достаточно тихо, чтобы слышать только самому.
Если перевернуть эти слова, это означало, что он должен устранить тех, кто его союзником не является.
Если невозможно убедить каждого по отдельности.
«Просто убрать их всех».
Именно из-за этого оппозиция, собравшаяся под началом Мернеса, и напала на него.
«Я думал, они будут сражаться между собой, и какое-то время им будет не до меня».
Но даже сейчас размышлять о причинах было бесполезно.
С самого начала эта битва требовала азартной игры, и Кранг сделал свою ставку. Теперь результат этой азартной игры разворачивался.
— Я ухожу.
Маркус выпрыгнул из окна.
Кранг немедленно встал, выглянул в окно и наблюдал за тем, как Маркус удаляется.
Маркус схватился за ближайшую ветку, замедляя падение, а приземлившись, выполнил безупречный кувырок, чтобы погасить удар.
Он был обученным солдатом. Как только он приземлился, на него бросились караульные, стоявшие возле флигеля.
На них были золотые шлемы и золотые копья – это была королевская гвардия.
Те самые гвардейцы, которые должны были защищать королеву, оказались здесь.
— Убить его!
— Предатель!
Кто же был предателем?
На Маркуса полетели острия копий.
Он снова кувыркнулся, листья и трава прилипли к его лицу и спине. Он поднялся, отвернувшись от дерева, рукав его рубашки был порван на локте.
Маркус перевел дыхание и огляделся. Его охранников не было видно, но они должны быть в вестибюле флигеля на первом этаже. Они скоро придут.
С этой мыслью Маркус выхватил из-за пояса короткий кинжал.
— Ну же, давайте, ублюдки, — проговорил он, сверля взглядом пространство справа и слева, показывая, что убьет того, кто подойдет первым.
— Занять круговую оборону!
Затем вперед вышел командир королевской гвардии в темно-сером шлеме.
Никто не бросился в атаку.
Вместо этого королевские гвардейцы рассредоточились, выставив копья в идеальный круг.
Безупречное окружение.
«Чёрт».
Атаковать копьями одновременно в идеальной синхронизации было фирменным приемом королевской гвардии.
Чтобы отбить десять копий одним кинжалом, нужно было быть по меньшей мере младшим рыцарем.
Маркус покрылся холодным потом, осознав это.
— Разве это верный путь? — раздался из окна голос Кранга. Изолированный и окружённый, он оставался невозмутим, его присутствие и авторитет были непоколебимы.
Авторитет и достоинство Кранга проистекали из его характера, личности и поступков.
Он поставил одну ногу на подоконник и высунулся, не прячась. Было очевидно, что в него может прилететь стрела и убить, но прятаться и кричать из укрытия было бы бесполезно.
Один из гвардейцев, стоявших поблизости, увидел это и незаметно приготовился метнуть копье.
Расстояние было достаточно близким, чтобы поразить цель.
Лидер в темно-сером шлеме поднял руку.
Сигнал ждать. Солдаты прищурились, но в итоге опустили копья.
Лидер королевской гвардии поднял голову и обратился прямо к Крангу.
— Тогда какой же путь верный? — спросил он, стоя неподвижно с копьем. Его подчиненные собрались вокруг. Их было меньше десяти человек.
Во дворце царил хаос, повсюду раздавались крики и шла борьба.
— Правильное и неправильное не решается другими, — медленно и четко произнес Кранг.
Что королевские гвардейцы считали правильным?
Защищать королевскую семью. Лидеру в темно-сером шлеме было тяжело.
Что такое верный путь?
Кранг, чьи волосы развевались на ветру, предстал перед его взором.
Даже зная, что смерть положит всему конец, он рисковал жизнью, чтобы выиграть еще немного времени.
Ради чего?
Чтобы спасти Маркуса Байсара, человека, которого виконт Мернес назвал предателем.
Имеет ли это действие смысл?
Изменится ли что-нибудь, если просто выиграть немного времени?
Он не знал. Это не было действием, продиктованным расчетом.
Это было то, что он сделал, потому что считал это правильным.
По крайней мере, так это выглядело. В его глазах это выглядело именно так.
Он видел Кранга, встречался и говорил с ним. Этот разговор, несомненно, оказал влияние.
Он не ожидал, что сделает такой выбор в этот момент, но он выбрал свою сторону.
— ...Изменить построение. Повернуть копья.
— Ты с ума сошел? — крикнул солдат, который держал свое копье обратным хватом, но хозяин серого шлема молчал.
Он решил остаться здесь, чтобы защищать королеву. Он верил, что эта позиция более почетна, чем стать Рыцарем.
Но что это было сейчас?
Позиция, где он отчаянно пытался защитить жизни горстки благородных дураков?
Должен ли он поднимать за них свое копье?
Он не хотел этого.
Честно говоря, ему хотелось сказать, что ему плевать, и размозжить лица этим дуракам.
Вскоре королевская гвардия разделилась на две группы.
Они и так уже были разделены на фракции. Копье полетело в сторону хозяина серого шлема.
Мужчина нахмурился.
Он скрутил тело, сократив дистанцию до летящего копья.
Он уклонился от него, парировал своим копьем, затем выставил левую ногу вперед и опустил древко, используя его как дубину.
«Вжух! Бум!»
— Агрх!
Раздался крик подчиненного, попытавшегося блокировать удар рукой. Когда удар сломал ему руку, он отступил, и его место занял другой.
— Ты в своём уме?
— Думаю, да, — беспечно ответил он. Его подчиненные, следовавшие за ним, освободили Маркусу путь.
— Спасибо, — сказал Маркус и быстро двинулся дальше. Хозяин серого шлема, вместо того чтобы ответить, прикрывал его спину.
Маркус, не оглядываясь, уехал, оседлав коня и ускакав галопом. Но опасность еще не миновала.
Ему приходилось снова и снова отбиваться от преследователей.
Двое его охранников последовали за ним, но один был убит, а другой остался, чтобы выиграть время.
В конце концов, к погоне присоединился даже берсерк с Запада. Конечно, у Маркуса не было времени выяснять, кто его противник.
— Куда это ты так торопишься?
Маркус ехал быстро, но человек бежал без лошади. Он был Быстр. Казалось, его скоро поймают.
Брошенное им копье глубоко вонзилось в предплечье Маркуса.
Не имея времени на восстановление, Маркус подстегнул лошадь. Кровь брызнула, когда он поскакал быстрее.
— Беги, ты моя спасительная нить.
Маркус гнал коня, направляясь в поместье Эндрю. Это было его последнее убежище.
Теперь даже его собственная семья, Байсары, не могла считаться союзниками.
Кранг, оставшись в комнате один после того, как все ушли, крикнул:
— Знаете, кто мой друг? Это не кто иной, как одинокая сияющая звезда Пограничья, враг Аспена, Безумец, вооруженный демонической Силой – Энкрид!
Никто не ответил. Мэттью снова спросил:
— …Это сработает?
— Верно? Пока не работает, да? — сказал Кранг, отвечая на слова Мэттью яркой улыбкой, хотя расчет и не сработал.
— Открой проход.
По крайней мере, он обеспечил себе секретный путь к отступлению. Это была наклонная дыра, ведущая вниз. Это было также проявлением заботы королевы.
«Может быть, я продержусь полдня».
Тогда он сможет разобраться с собравшимся мусором. Иными словами, его противники двигались быстрее, чем ожидалось, на полдня раньше, чем он предсказывал.
«Приходится иметь дело с этой чепухой средь бела дня».
Кранг инстинктивно понял.
Чтобы выжить и чтобы этот план увенчался успехом, необходима переменная.
Враг подготовил свою переменную, но Кранг тоже подготовил одну.
Теперь пришло время покончить с этим.
***
— Вон тот.
Рем отреагировал.
Маркус на лошади, его раны, и вид преследователя.
В тот момент, когда он увидел это, Энкрид произнес:
— Уничтожь его.
Рем уже собирался убить его. Тот, кто гнался за Маркусом, был бессмертным берсерком. Тот, кто сбежал раньше, теперь вернулся, чтобы показаться здесь.
Рем спрыгнул со стены.
Тогда человек, преследовавший Маркуса, сменил направление. Он ударил ногой по земле и тут же начал отступать, отпрыгивая назад.
Копье, летевшее по воздуху, последовало за ним и развернулось, преследуя без промедления. Это было полное отступление. Рем стремительно преследовал его.
Они вдвоем бежали быстрее лошадей, мчась по синему камню.
— АААА!
Женщина, идущая по своим делам у дороги, закричала от ужаса.
Мужчина, возможно, любовник или муж, притянул женщину к себе и прижал ее к стене здания, похожего на лавку.
В этот короткий миг они оба исчезли из виду.
Поскольку силуэт Кранга исчез между зданиями, уследить за ним глазами было невозможно.
Энкрид увидел приближающегося Маркуса.
Сидящий верхом, он тяжело дышал, из его руки текла кровь, а лицо было более обезумевшим, чем когда-либо.
— Помоги мне.
Энкрид решил, что пришло время действовать.
Как только он собрался спрыгнуть со стены, кто-то крикнул сзади.
— Если ты сбежишь сейчас, станет только хуже! — крикнул оруженосец Ропорд.
Энкрид ответил, не оборачиваясь:
— Я направляюсь в королевский дворец.
Оруженосец Ропорд хорошо знал, в чьих руках сейчас находился дворец. Если Энкрид направлялся туда, это означало, что он готов рискнуть жизнью.
Ради чего?
Ропорд нахмурился. Мысли обрушились на него: почему он здесь? За что он борется? Чьим приказам он следует? Есть ли у него своя Воля?
В его голове эхом отдавались слова наставника.
«Дело не в правильном или неправильном. Дело в том, где лежит твое сердце».
Ропорд был признан за свое мастерство владения мечом и стал оруженосцем, но его характер всегда подвергался критике.
«Ну, а ты как думаешь?»
Даже выбирая обед, он полагался на мнение своих товарищей.
Он всегда был тем типом, которого тянуло то в одну, то в другую сторону.
Именно это и привело его сюда.
Не по собственной Воле, а следуя Воле других, оправдывая это простым подчинением приказам.
«Этого достаточно? Только этого нужно, чтобы быть довольным?»
Он не знал.
«Почему я здесь?»
Невольно оруженосец Ропорд произнес свои мысли вслух, меняя свою решимость словами, которые должны были прозвучать из уст того, кого он должен был схватить.
Странное, неприятное чувство управляло его губами.
— Скоро армия виконта Мернеса начнет наступление.
Он повысил голос, не задумываясь, и Энкрид удивленно моргнул, оглянувшись.
— Зачем ты мне это говоришь?
— Тот, кто возглавляет коалицию всех фракций, не уступает в мастерстве Рыцарю.
— О чем ты говоришь?
Начальник охраны в отчаянии схватил Ропорда за руку.
Ропорд спокойно отдернул ее и продолжил.
— Пожалуйста, помоги.
Энкрид почесал голову.
Он просил о помощи, но разве не это должен был говорить тот, кто его ловит?
Тем не менее, было трудно игнорировать искренность в голосе Ропорда.
Ропорд склонил голову.
Вперед выступил капитан стражи в шляпе с пером.
— Если так будет продолжаться, граждане столицы серьезно пострадают.
Разве армия, идущая к столице, будет просто тихо стоять лагерем?
И эти фракции, собранные по частям?
Среди них наверняка будут наемники, оплаченные золотом, и многие ослепленные жаждой крови. Знати тоже будет все равно, с кем работать; эти одиозные фигуры, несомненно, будут замешаны.
Чтобы защитить граждан.
Чтобы защитить столицу.
Двое мужчин склонили головы.
— Рагна, ты можешь их остановить?
Рагна не спросил «почему», он просто посмотрел Энкриду в глаза.
— Я пойду и остановлю их. Дунбакель, пойдешь со мной.
С Рагной и Дунбакелем они могли сдержать элиту, идущую с фронта.
— Как тебя зовут?
Энкрид спросил Ропорда.
— Ропорд.
— Иди и собери оставшиеся силы, чтобы блокировать приближающегося врага. Держи ворота, а с теми, кто вызовет тебя на дуэль, разберутся мои люди.
После спасения Кранга быть окруженным вражескими силами означало бы конец.
Энкрид осознал ситуацию как инстинктивно, так и рационально.
Чутье, развитое в результате прежнего опыта, благодаря которому он снова и снова избегал битв с врагами, теперь руководило его действиями.
Он знал, что нужно делать.
Блокировать внешние силы и управлять внутренними.
Если Кранг был не так глуп, то нужно было время.
Энкрид теперь понял, где находится.
— Пошли, — просто сказал Рагна, услышав команду.
Это была не просьба — это был приказ. Рагна и Дунбакель молча развернулись.
Тем временем Маркус тяжело дышал, его кожа побледнела.
Джаксен подошел к Энкриду.
Они перелезли через стену, а оставшиеся солдаты стояли в нерешительности, поворачивая головы то влево, то вправо.
Должны ли они следовать за Рагной?
Или им следует остановить уходящего Энкрида?
Они посмотрели на павшего офицера и на мокрого от пота капитана рядом с ним.
— Разве вы не взялись за оружие, чтобы защитить столицу? По крайней мере, я взял. Те, кто хочет остаться, пусть остаются, — сказал оруженосец Ропорд.
У каждого есть моменты роста и осознания.
Это был момент Ропорда.
Он был вызван простыми словами Энкрида о том, что тот направляется в королевский дворец.
— Пошли.
Он последовал за Рагной, и капитан стражи последовал за ним. Солдаты, которые уже приняли решение, присоединились.
Оставшиеся офицеры выругались про себя, прежде чем сказать:
— Пошли, выполнять свой долг.
И вот, Эндрю тоже выступил.
Он знал, что сам по себе во дворце многого не добьется, поэтому решил остаться у ворот и защищать стены. Он оставил позади пятерых стажеров.
— Мы тренировались, чтобы выжить, — сказала одна веснушчатая стажерка.
Пятеро стажеров последовали за Эндрю, но когда они двинулись, Эндрю покачал головой.
— Теперь вы слуги. Оставайтесь здесь.
Сказав это, он присоединился к остальным, следуя за ними.
Рагна шел впереди, спотыкаясь, а Дунбакель следовал прямо за ним.
— Это выглядит веселее, не так ли? — спросил Рагна, беспечно кивая.
Оруженосец Ропорд, шагавший рядом с ними, молча покачал головой.
Веселее? Сейчас было не время для этого. Он прошел немного, а затем заговорил. Направление было неверным.
— Нам следует идти к западным воротам, — сказал Ропорд.
— Хм, сюда?
— Нет, это север.
Ропорд сказал это человеку, идущему впереди, и сам возглавил группу.
Кажется, его чувство направления подводило.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942584
Готово:
