В этом не было ничего плохого.
В его словах и действиях сквозила решимость. Поскольку эта Воля была очевидна, слова Энкрида были подкреплены убеждением. Послание было ясным: все отступили. Он сказал, что защитит, и, если он так сказал, он был именно тем человеком, который доведет дело до конца. Что, если он потерпит неудачу? Об этом можно будет подумать позже.
Последним уходил Рагна.
Перед уходом он некоторое время молча наблюдал за Джевикалом, пробормотал прощальные слова и отвернулся.
— Мы еще встретимся.
Джевикал проигнорировал его.
Энкрид счёл, что пренебрегать этим было неразумно.
«Рагна редко говорит что-то подобное».
Это действительно было необычно.
После этого все отошли и удалились из поля зрения.
Когда Энкрид остался один, Джевикал заговорил снова, в тоне, лишенном даже намека на улыбку.
— Впечатляюще, правда.
Улыбка исчезла с лица Джевикала. Он казался довольно безразличным.
До этого момента Энкрид молча стоял, с обнаженным мечом, и тихо наблюдал.
— Начнем, — сказал Джевикал. На мгновение воцарилась тишина.
Ничего не происходило. Должно быть, это было неловко, но Джевикал снова исказил губы в улыбке. Энкрид, наблюдая за этим выражением, подумал, что это была улыбка, которую как будто выдавили из себя.
Изначальный план предполагал, что Гибридный Гигант начнет атаку, а Джевикал, воспользовавшись моментом, нанесет удар. Но Гибридный Гигант не двигался.
— Будем разговаривать? — легко спросил Энкрид, намереваясь разрядить неловкость, но его попытка была тщетной.
— Заткнись, — огрызнулся Джевикал, сверля Гибридного Гиганта взглядом. Гигант, в шлеме, стоял неподвижно, даже не повернувшись.
Если бы они объединились вдвоем, то, вероятно, смогли бы убить его, так почему же она медлила?
Конечно, Джевикал не думал, что Гибридный Гигант нападет на него только потому, что он сам ринулся в атаку. Он приготовил опасные инструменты для такого момента.
«Правда, если их неправильно использовать, я сам умру».
Но при правильном применении это было бы смертоносное оружие, как и все опасные инструменты.
Когда Джевикал произнес «Начнем», а Гибридный Гигант все еще не двигался, Джевикал сказал снова:
— Вперед! — Это был понуждающий тон.
Только после этих слов Гибридный Гигант молча подняла свой щит.
Энкрид посмотрел на Гибридного Гиганта. Шлем скрывал ее лицо. Забрало было всего лишь одной горизонтальной щелью, так что виднелись только ее глаза, но они были настолько узкими и маленькими, что ее взгляд невозможно было разобрать.
Тем не менее, это не означало, что она не чувствовала атмосферу. Люди часто раскрывают свои чувства через позу, даже не произнося ни слова.
— Не хочешь сражаться? — спросил Энкрид, обращаясь к ней.
Во время их предыдущих спаррингов Энкрид чувствовал, как Гибридный Гигант незаметно для себя начинала приходить в возбуждение, и он это запомнил. Это было давно, но то воспоминание оставалось ярким. Некоторые воспоминания не исчезали легко. В отличие от имени Эдина Молсана, которое он забывал.
— Я просто выполняю свой долг, — ответил Гибридный Гигант. Ее хриплый голос эхом разнесся под шлемом. Было ясно, что это женщина, но ее голос был жестким.
Она подняла щит – серую железную стену.
Одновременно она согнула тело и ударила ногой по земле. Мощные мышцы ее бедер и сила голеностопа подняли грязь, толкая ее вперед.
Бум!
Звук ее рывка прокатился в воздухе.
А затем Гибридный Гигант с невероятной силой бросилась на Энкрида. Казалось, будто на него несется массивная гора.
Гибридный Гигант даже дала этому движению имя – «Обвал».
Наклоненный щит обрушился на Энкрида. Удар был нацелен сверху.
Энкрид мгновенно активировал фокусировку, замедляющую все вокруг – технику, к которой он давно привык, несмотря на сильный расход концентрации.
Даже в этом концентрированном состоянии скорость приближения щита была исключительной и устрашающей.
Он быстро решил, что просто попытаться отклонить его легким наклоном щита будет недостаточно.
Что же делать? Если нельзя отразить, может, удастся перенаправить?
Хотя его противница и потеряла часть своего энтузиазма, Энкрид – нет. Пока щит мчался к нему, он был готов действовать.
Именно тогда он почувствовал внезапный всплеск намерения, нацеленный ему в спину. Сработали инстинкты, и он немедленно начал готовиться к уклонению.
Джевикал что-то задумал.
Энкрид был не против.
«Это может быть интересно».
На его лице появилась улыбка, и, увидев ее, Джевикал, казалось, вот-вот потеряет самообладание.
Скрытая в нем злоба мгновенно вспыхнула.
«Умри».
Джевикал безмолвно пробормотал это, потянулся к поясу и высвободил свое оружие.
Это было то самое оружие, которое принесло ему нынешнее прозвище.
Тонкий, гибкий клинок из мягкой стали – его «тонкий меч».
Он был обернут вокруг талии, и то, что казалось его поясом, превратилось в длинное лезвие, устремившееся вперед.
Он был почти вдвое длиннее обычного длинного меча и выглядел как заостренный железный хлыст.
Вж-жух! Тонкое лезвие рассекло воздух, и его кончик нацелился на шею Энкрида, словно удар гадюки.
Энкрид только успел поднять левую руку, чтобы отразить надвигающийся, подобный обвалу, щит.
***
— Такое чувство, будто это моя вина, — пробормотал Крайс, и Рем взглянул на него.
— Почему?
— Карта проводника. Я продал ее по неосторожности, хотя знал, что нельзя.
Крайс нарисовал и продал карту внутренних районов территории.
Карта служила средством для их перемещения по местности, и если бы они использовали Гильдию Гильпина для наблюдения за обстановкой, этого можно было бы избежать.
Они избегали превращать это в большую проблему, потому что не могли позволить себе потерять слишком много членов гильдии из-за сильного противника.
Крайс выражал свое беспокойство по поводу этого промаха.
— Если уж смотреть на это так, то командир должен взять ответственность на себя, — вмешалась сзади Финн. Рядом с ней была Дунбакел, казалось, что ей недоставало мыслей, но она была просто любопытна.
— Мы можем просто оставить все как есть?
— Что, ты тайком собираешься ему помочь, если мы этого не сделаем? Думаешь, сможешь справиться, не попавшись? — ответил Рем.
Хотя некоторые звери рождаются с инстинктами охотника, Дунбакел к ним не относилась. Она была воином, а не охотником.
— Меня, наверное, поймают, — признала она.
— Тогда зачем вообще об этом говорить?
— Если этот человек умрет, мне незачем здесь оставаться.
Было странно, насколько откровенно Дунбакел говорила. Она оставалась здесь только из-за Энкрида.
Рем ударил Дунбакел по икре. Удар нижней частью ноги она легко заблокировала благодаря тренировке.
Бум!
Удар имел силу, но не причинил настоящей боли – в конце концов, она сталкивалась с гораздо более сильным насилием.
— Хорошая работа, зверюга. Но можешь перестать беспокоиться. Тебя это правда волнует? — Затем Рем резко раскритиковал навыки Дунбакел.
— Ты зверь, который даже сам себя защитить не может, и беспокоишься о ком-то другом? О ком, о командире? А? Ты волнуешься о том командире, который недавно «открыл свою Волю»? Думаешь, сможешь победить того странного парня со странным мечом? О, не можешь? Но все равно хочешь броситься на него? Может, тебе слишком часто по голове били? Почему ты все еще ходишь в шлеме, который годится только на то, чтобы вешать на него шляпы?
Ритм был не идеальным, но оскорбления сложились в удивительно поэтичную форму.
— Четыре с половиной звезды, — оценил Крайс импровизированную работу Рема.
Хотя Крайс чувствовал себя виноватым в случившемся, он также доверял ситуации. У него были сожаления, конечно, но сожаления мимолетны. Реальность была перед ними, и с ней нужно было смириться.
Поскольку события уже произошли, Крайс решил поверить в лидера.
Кто еще мог бы выйти вперед, если не он?
Крайс все еще помнил спину командира – того, кто спас его.
«Этот командир...»
В последнее время навыки Энкрида достигли невероятного уровня. Он улучшался, продвигался вперед.
Поэтому Крайс верил.
Более того, незадолго до отступления, когда Крайс увидел человека с черными волосами, стоящего под синим небом, он инстинктивно подумал о двух словах.
«Рыцарь».
Что значило быть Рыцарем?
Дело было не только в превосходящей силе.
«Рыцарь – это тот, кто защищает».
Эту фразу однажды произнес Энкрид. Раз он сказал, что защитит, Крайс верил, что так и будет.
— Черт побери, — пробормотал Рем и остановился. Он отошел довольно далеко.
Беспокойство и наблюдение – это разные вещи, и он сожалел, что не может нормально видеть происходящее с такого расстояния.
Особенно, когда рядом с ним этот ленивый ублюдок. Редко увидишь его таким полным энергии – воистину, зрелище такое же редкое, как усердие сумасшедшего лентяя.
Рагна остановился, повернулся и приготовился.
Рем решил, что тот готовится. Рагна не обнажил меч, а просто стоял неподвижно, лицом к Энкриду.
«Это и есть подготовка», – подумал Рем, наблюдая, как Рагна принимает стойку. Если что-то пойдет не так, он бросится вперед. Хотя маловероятно, что события обострятся.
— Отец защитит нас, — пробормотал рядом Аудин, вознося обычную молитву. Саксон уже исчез из виду. Стоило ему выйти из зоны наблюдения, как он превратился в дикую кошку.
Эстер тоже не последовала за ними. Фактически, маг, которая только сегодня приняла человеческий облик, сказала:
— Я занята. Не мешайте мне.
И это было все. В словах голубоглазой красавицы не было никакого беспокойства. От нее исходила мистическая аура, что сразу выдавало в ней мага, но внешнему миру она по-прежнему притворялась леопардом.
«Делает вид, что ей все равно, но никогда не отходит от командира».
Пока Рем посмеивался про себя, он увидел кого-то, спешно приближающегося с противоположной стороны.
Это был командир Маркус с отрядом солдат, в основном лучников. С ними был также сержант Вендженс. Маркус прибыл с лучниками после получения доклада, когда ситуация уже развернулась, и Рем с остальными отошли.
— Это правда? Они взяли заложников?
— Да, но не волнуйтесь. Они сказали, что убьют заложников, как только мы подойдем ближе, поэтому нам нужно оставаться здесь и ждать, — ответил Крайс.
Маркус пришел лично, чтобы разобраться с этим? Рем подумал про себя, полагая, что если Энкрид «пробудил свою Волю», его, должно быть, теперь считают высокопоставленной особой.
Рем наблюдал за Крайсом, пока тот говорил, и скользнул взглядом по его затылку.
— Вы что, предлагаете обменять командиров на заложников?! — повысил голос Эдин Молсан, который последовал за Маркусом. Светловолосый парень отчитывал их, словно был в ярости.
— Проводите меня немедленно! Я сам с ними разберусь!
С каких это пор он так волновался о командире?
Эдин Молсан фыркнул, заметно взволнованный. Его обычная наглость была на виду, но теперь она, казалось, была направлена на Энкрида. Это удивляло еще больше.
— Оставь это, — неохотно сказал Рем.
— Что? — Эдин Молсан резко поднял брови. Этот парень знал, как показать свой гнев.
Хотя это было неприятно, Рем не мог позволить себе убить сына дворянина. Это было бы настоящей катастрофой.
Рем решил проявить терпение и снова заговорил.
— Оставь. Ничего не случится.
Что за чушь? Эдин Молсан молча кипел от ярости.
Рем, снова сдерживаясь, произнес:
— Все будет в порядке.
Последним спарринг-партнером Энкрида был сам Рем.
Во время того боя он потерял топор, но также осознал кое-что.
«Он им не угроза».
Навыки Гибридного Гиганта были неплохими, но Джевикал не ровня Энкриду.
А теперь, когда Энкрид «пробудил Волю»?
«Сражаться с этим Гибридным Гигантом и снести хитрую башку Джевикала не составит труда».
К тому же, хитрая дикая кошка, скорее всего, уже выдвинулась.
— Нам просто нужно смотреть и ждать представления, — добавил Рем, хотя Эдин, похоже, не считал нужным отступать.
— Отойди. Наглый варвар, — выплюнул Эдин, и, когда он двинулся вперед, его шею сковало острое, леденящее намерение. Эдин подумал, что сейчас умрет, чувствуя, что смерть неминуема.
Остановили его телохранители Эдина.
— Довольно, — сказал один из телохранителей.
— Послушай меня, а? Ты и правда думаешь, что можешь просто пересечь черту? — проворчал Рем.
Что только что произошло?
Эдин потер шею, все еще пытаясь осмыслить гнетущую силу, которую он только что почувствовал. Было ли это давление? Или что-то другое?
— Ты знал, как это использовать? — спросил один из телохранителей.
Это был вопрос, который понял только Рем. Даже Аудин сообразил.
Рагна, казалось, был незаинтересован, все еще стоя лицом к Энкриду и не обращая внимания на тех, кто приближался сзади.
— Я только что попробовал, — ответил Рем.
Неужели наблюдение за кем-то позволяло это имитировать?
Телохранитель подумал, что Рем издевается над ним, но не стал сразу вытаскивать меч. Сейчас было не время для внутренних распрей.
— Командир сказал, что защитит и спасет нас, так что мы должны ждать, — снова сказал Рем, и, ощущая эту сильную энергию, Маркус не стал спорить.
Будучи командиром, ему было стыдно говорить сейчас. Маркус знал, что лучше промолчать, проявив политическую проницательность, которой он был известен.
— Ждите, — наконец сказал Маркус, завершая дискуссию. Эдин Молсан фыркнул еще несколько раз, но на этом успокоился.
Они ждали.
Не пришлось долго ждать новостей с передовой. Хотя они и отошли из поля зрения, Рем без труда мог оценить ситуацию на расстоянии. Ему достаточно было одного намека на движение, чтобы понять, что происходит.
— Пойдем, — сказал Рем, видя, что ситуация приближается к развязке.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942367
Готово:
