В первый день, пока они были полностью поглощены тренировками, староста деревни обеспечил их ужином. Различные блюда принесла им в хижину рыжеволосая женщина, которая выглядела на пару лет младше Энкрида.
— Пожалуйста, ешьте.
— Он ничего дурного не замышляет, — сказала она, защищая старосту деревни.
— Все в порядке, — равнодушно ответил Энкрид, отчего выражение лица женщины просветлело.
— Я Шай.
— Хорошо.
После краткого представления Шай, зардевшись, ушла.
Вслед ей Крайс пробормотал:
— Как и ожидалось от прирождённого обольстителя. Давай уже откроем со мной салон.
«Стоит ли говорить Крайсу, что если его «салон» когда-нибудь станет рыцарским орденом, то его, вероятно, назовут чем-то нелепым вроде «Рыцарей Ласточки» или «Рыцарей Хозяина»?»
Энкрид промолчал.
«Лучше всего не реагировать на слова «прирождённый обольститель».
Ужин был скромным, но достаточным – белый хлеб, водянистое рагу, жареные бобы и кукуруза. Ожидать мяса было бы слишком большой роскошью.
Что касается еды для Лягушки, они не могли попросить ничего особенного, поэтому Луагарн ела сырые овощи.
— Хруст.
— Овощи с дырками от жуков – самые лучшие. В них есть дополнительный привкус, — произнесла Луагарн, жуя лист одуванчика, испещрённый отверстиями.
Казалось, она всегда наслаждалась, когда находила насекомых в своей зелени. Энкрид не чувствовал отвращения. Это было пустяком.
Финн и Крайс тоже. Одна была бывшим следопытом – она верила, что съедобно все, что растет из земли или движется. Крайс тоже прошел через свою долю лишений.
«Пара жуков? Ну и что?»
Энкрид ничем не отличался.
Закончив трапезу, они снова тренировались, а затем тренировались до самого сна.
— Тебе это никогда не надоедает, да? — заметил Крайс, но Энкрид просто продолжил свои занятия.
Поскольку отдельной бани не было, им приходилось мыться у колодца. С повышением температуры холодная вода была освежающей.
Умывшись, Энкрид проверил снаряжение, которое износилось по пути сюда. Он бесчисленное количество раз взмахнул мечом, поэтому требовалось лишь заточить клинок. Используя заранее приготовленное животное сало, он протер лезвие, отполировал его кожей и завершил чистой тканью.
Запах был немного резким, но это было лучше, чем дать клинку испортиться. Края нигде не затупились – все было целым.
«Впечатляюще», — Энкрид вновь был поражен мастерством кузнеца из кузни Пограничья.
Даже если в сплаве участвовали валерийская сталь и железо из Демпфа, не каждый мог выковать такой меч. И, вероятно, в нем использовалось не так уж много дорогих материалов.
Наступил следующий день.
Как обычно, Энкрид проснулся на рассвете и продолжил свою Технику Изоляции и тренировки.
Финн, не сумевшая уснуть из-за чрезмерного дневного отдыха, вышла разведать окрестности. Луна еще была видна, но она сказала, что просто хочет осмотреться. Вероятно, это были ее инстинкты следопыта, составляющие карту местности в уме.
— Дойч Пуллман, — сказал мужчина, подошедший к Энкриду на рассвете, пока тот продолжал тренироваться.
У него были грубые короткие волосы и повязка на одном глазу. В одной руке он держал глефу с широким лезвием. Поперек его лица тянулся шрам, придавая ему суровый и устрашающий вид.
— Ты ведь из Зальтембука, не так ли? — Дойч уставился на него, когда говорил.
«Зальтембук... где это, опять же? Где-то ближе к центральному региону, наверное».
— Энкрид из Пограничья, командир взвода, — представился он коротко, а затем возобновил тренировку.
Какое бы дело ни было у Дойча, оно не было достаточным поводом для остановки.
Дойч молча наблюдал, прежде чем, наконец, заговорить.
— Я слышал, ты здесь главный.
— Верно, — просто ответил Энкрид, продолжая размахивать мечом.
Дойч продолжал пристально смотреть.
«Что он, черт возьми, делает? Он держит деревянный меч и медленно рассекает воздух. Один удар здесь, другой там. Это вообще помогает?»
— Ты занят?
— Не очень, — ответил Энкрид.
«Он что, издевается надо мной?» Дойч нахмурился.
Человек подошел к тебе поговорить, и вот так ты отвечаешь? Он пришел, чтобы оценить Энкрида – здесь ли этот так называемый командир, чтобы бросить вызов его положению капитана обороны деревни.
Но его отношение было... странным.
Дойч не хотел начинать ненужных проблем и давать Энкриду повод использовать слабости.
«Сохраняй спокойствие», — так он терпел.
— Частокол здесь усилен смолой, что делает его прочным. Он легко выдержит большинство зверей и монстров.
— Понятно.
— Мы регулярно формируем ударные отряды для устранения угроз, и пока у нас не было серьезных проблем.
— Понятно.
— Я привел более тридцати человек, и мы расширили местное ополчение за счет тренировок.
— Понятно.
— Мы также управляем каменоломней, более или менее.
— Понятно.
— Мы построили сторожевые башни, и мои люди посменно охраняют их днем и ночью.
— Понятно.
«Этот парень сломался?»
К этому моменту было естественно начать так думать. Дойч хотел подтвердить, пытается ли Пограничье оказать давление на деревню. Но Энкрид не проявлял никакого интереса.
«Разве он не должен хотя бы спросить об обороне деревни? Большинство командиров стали бы суетиться, искать слабости и использовать это как рычаг для обеспечения контроля. Тем не менее, Энкриду, похоже, было все равно».
Дойч чувствовал, как его тщательно спланированная беседа рушится.
«В нем что-то не так».
«Даже его глаза не были нормальными. Он просто смотрел в пустоту с бессмысленным выражением. Размахивал мечом, погруженный в мысли. Говорили, что он раньше играл с Лягушкой и деревянным мечом – это правда? Или, черт возьми, зачем он вообще сюда приехал?»
Мысли путались в голове Дойча, прежде чем он наконец спросил:
— Ты приехал сюда просто тренироваться?
— Может, наполовину, — впервые Энкрид слегка повернул голову, чтобы ответить.
Дойч задал этот вопрос импульсивно.
«Но этот парень действительно приехал сюда только тренироваться?»
— Мы уже разобрались с монстрами, формирующими колонии.
— Понятно.
«Забудь. Этот парень ненормальный. По крайней мере, одно было ясно – он не приехал сюда, чтобы захватить командование. Что бы он ни задумал, время покажет».
— Капитан, замечены монстры! — как раз в этот момент Дойча окликнул один из его подчиненных.
Это был недавний новобранец, но сообразительный – находчивый и надежный.
— Хорошо, — Дойч отвернулся.
Энкрид просто возобновил тренировку. Дойч вернулся к своим обязанностям. Следить за тем, чтобы оборона деревни оставалась сильной, присматривать за окрестностями.
В конце концов, они уже расчистили колонии монстров до прибытия Энкрида.
«Всего лишь кучка бродячих шавок».
Что такого в том, что собрались двадцать гиен? Они не знали. У них не было ни малейшего представления, сколько монстров Энкрид убил по пути сюда. И уж тем более о том, что целый отряд «Чёрного Клинка», размещенный неподалеку, был уничтожен.
Они просто думали…
«Итак, воры должны были прийти и устроить неприятности», — Дойч ежедневно получал отчеты, ожидая появления грабителей. Обычно деревня первопроходцев была похожа на скрытый сундук с сокровищами, заставляя жадных головорезов пускать слюни. Но никаких признаков их не было. Тишина.
Все шло гладко, без сучка и задоринки.
«Удача на нашей стороне?» Было так, словно богиня фортуны подмигнула ему – а он этого просто не заметил.
И вот, на третий день после их прибытия в деревню первопроходцев…
Лязг! Лязг! Лязг! Лязг!
Тревожный колокол зазвонил, пронзая ранний утренний туман сигналом о вражеском вторжении.
— Бандиты? — Дойч вскочил на ноги, хватая оружие.
Он был известен как Одноглазая Глефа, и собирался продемонстрировать, почему.
Он распахнул дверь ногой…
— Всем... Угх! — не успел он закончить свой крик, как инстинктивно поднял оружие, чтобы блокировать удар.
Лязг!
Сталь звенела о сталь.
Боевой топор ударил о лезвие его глефы, посылая вибрации через древко из орехового дерева и сотрясая его руки.
— Ха! — с яростным криком он ударил древком глефы своего врага, вооруженного топором.
Стук.
Монстр отлетел в сторону.
«Что это, черт возьми, такое?» Дойч был застигнут врасплох. Он даже не успел надеть доспехи, а вокруг уже кишели монстры.
— Гу-у-у-у-ух! — тот, кого он ударил, застонал от боли.
Странный крик… Существо с вытянутым туловищем и пятнистыми отметинами по всему телу… Гнолл.
Если бы один-единственный гнолл проник в деревню, это не стало бы серьезной проблемой. Он просто размозжил бы ему череп и сообщил об этом позже. Нет нужды в панике.
«Но если вторглось около полудюжины гноллов и зверей-гиен? Можно было бы позвонить в колокол, но увидеть их прямо перед глазами все равно было бы возмутительно. Вы хотите сказать, что бывший наемный отряд не может справиться даже с этим?»
Но теперь…
— А-а-а-а!
— Бейтесь! Не отступать!
— Стреляйте! Сбейте их!
— Помогите! Пожалуйста, помогите мне!
— Кхе!
— Гах!
Крики отчаяния и смерти слились в мрачную симфонию.
В разгар хаоса он мельком увидел своих подчиненных… Но времени подтвердить их состояние не было. Их было слишком много.
Гноллы и гиены надвигались подобно приливной волне.
— Гу-у-у-у-ух! — теперь перед Дойчем стояли еще пять гноллов.
«Гноллы охотятся стаями. Этот крик был призывом для новых союзников присоединиться к битве против него».
— Ха! — Дойч яростно сопротивлялся.
Он столкнулся с четырьмя гноллами, вооруженными топорами, и одним с копьем. К тому времени, как его глефа раскроила головы двух гноллов…
— Гу-у-у-у-ух! — раздался еще один крик…
И появилось еще больше врагов.
— Это безумие.
«Нет, этого не может быть».
Дойч почувствовал – нет, он был уверен. «Это был край пропасти. Выхода не было».
***
Просыпаться на рассвете было давней привычкой Энкрида. «Времени всегда недостаточно».
«Гений? Нет, по сравнению с теми, кто обладает обычным талантом, я должен взмахнуть мечом десять раз, когда они делают это один раз. Если этого недостаточно, я взмахну сто раз. Если и этого мало, тогда тысячу раз. И все же, сколько бы я ни взмахивал, немедленных результатов я никогда не видел».
Но теперь… — Ах. — Целая серия небольших осознаний.
«Остаточные следы размышлений, заложенные в учениях Луагарн. Он находил их, поглощал и пережевывал. И благодаря этому процессу он вновь открывал их суть».
Его меч двигался. Каждый день казался Энкриду новым. Так было всегда… Но в последнее время – еще больше.
«Что самое важное, даже во время практики Техники Изоляции его внезапно посещали прозрения».
«Координация».
«Это была способность реагировать в тот момент, когда что-то увидел и почувствовал. Разница в скорости реакции. И чувство уклонения основывалось на этом фундаменте. Обычная тренировка не могла этого привить».
«Тогда что ему было нужно?»
— Умереть, если придется. Сделать это, даже если это убьет меня, — простое решение…
«Прорваться, даже ценой своей жизни».
Когда Сердце Зверя дало не спокойствие, а дерзость – Энкрид что-то понял. «Все, что ему было нужно, это маленький спусковой крючок».
Как только он пришел к этому выводу…
Гу-у-у-у-ух!
Волна зловонного воздуха распространилась. Когда голубой свет рассвета померк… Впереди раздались крики.
Лязг! Лязг! Лязг! Лязг!
Зазвонил тревожный колокол.
— Вторжение! Монстры! Монстры!
Хм?
Энкрид последние несколько дней был сосредоточен исключительно на тренировках, но Крайс в свободное время разведывал деревню. Он сообщал:
— «Частоколы довольно прочные. Даже если что-то случится, деревня должна продержаться довольно хорошо. Здесь нет осадных орудий вроде требушетов или мангонелей, но оборона надежна. Похоже, они строили ее, рассчитывая на длительную осаду. Суть такова: Все в порядке. Если начнутся проблемы, прибудет подкрепление из другого города. Если они окопаются, то могут продержаться больше месяца».
Колония монстров не должна была суметь захватить деревню.
— ...Это неправильно, Большеглазый, — пробормотал Энкрид.
Па-ба-ба-бак!
Гу-у-у-у-ух!
Звук топота ног. Поднимаются облака пыли. Монструозная орда наступает. Он видел их…
Они неустанно наступали, даже не останавливаясь, чтобы перевести дух. Их было так много, что считать не имело смысла.
Гу-у-у-у-ух!Ка-а-а-ах!
Их крики эхом разносились, когда они топтали дороги, построенные людьми.
Топор гнолла врезался в рыночный прилавок.
Грохот!
Полетели щепки.
— Кья-я-я! — и человеческие крики наложились на разрушение.
Гноллы и гиены. Опасности гноллов...
«Несколько мыслей пронеслось в его голове. Во-первых, они двигаются стаями. Даже один гнолл приведет за собой зверей-гиен. Это делает их проблемой. Во-вторых, каждый отдельный монстр далеко не слаб. В-третьих, гноллы склонны формировать пары – по крайней мере, со зверями-гиенами».
Мысли – это мысли. Тело – это тело.
Энкрид схватил свой меч и шагнул вперед.
Позади хижины, где он остановился, все еще работали рабочие с каменоломни. Ополчение, включая того парня Дойча, было размещено возле центра деревни. Это означало, что в этом районе было не так много бойцов.
— А? Ч-что?! — позади него рабочий с каменоломни, который вышел по нужде, рухнул в ужасе.
— Луа! — в спешке Энкрид успел выкрикнуть только половину имени Лягушки, прежде чем взмахнул мечом.
http://tl.rulate.ru/book/150358/8942193
JUN00100 (переводчик/формирование ядра)
18 декабря 2025 в 09:23
0
Готово:
