Члены внутреннего двора клана Чэнь, хоть и были освобождены от рутинного труда и находились на полном обеспечении, несли на своих плечах тяжкое бремя ответственности. Их жизнь была далека от праздности.
Одни из них становились щитом клана, без раздумий отдавая свои жизни в битвах за его защиту. Другие же были мечом, рискуя всем ради расширения влияния и процветания рода. Потери были неизбежны, но именно такие люди, готовые к самопожертвованию, составляли становой хребет клана.
Большинство тех, кто сегодня занимал в клане высокие посты, в прошлом были старейшинами внутреннего двора. Поэтому слова Чэнь Сюаньъе отчётливо отдавали горечью того, кто желает винограда, но не может до него дотянуться.
«Пещера бессмертного? Скорее всего, это наследие, оставленное мастером с горы Та, — размышлял Чэнь Сюаньшэн, и волна холодных воспоминаний из прошлой жизни нахлынула на него. — Он был культиватором уровня Заложения Фундамента, так что нет ничего удивительного в том, что в его обители находят духовные артефакты. В прошлой жизни из-за найденного там магического сокровища разразилась настоящая война между культиваторами Переработки Ци. Реки крови окрасили склоны горы. Клан Чэнь тоже принял участие в той бойне и потерял немало своих людей».
Более того, в пещере, оставленной мастером такого уровня, вполне могла храниться и техника Заложения Фундамента. Для диких практиков и даже для культиваторов из обычных кланов такая техника была бесценным сокровищем, ключом, способным изменить их судьбу. Ради такого шанса они были готовы пойти на всё, не щадя ни своей, ни чужой жизни.
Даже в могущественном клане Чэнь было всего две полные техники Заложения Фундамента. Первая — «Искусство Взращивания Жизни Единой Ци Древесины И», которую практиковал сам предок Чэнь Чаншэн. Она позволяла достичь бессмертного основания, известного как «Лесной Мистик». Вторая — «Искусство Огня Бин Дин», которую предок выменял в секте Сюаньян. Она вела к основанию «Огонь Кузнечных Мехов».
«В погоне за призрачной удачей клан терял своих людей одного за другим. В то же время разгорался конфликт с кланом Мэн из-за той рудной жилы. Неудивительно, что как только наш предок пал в битве за горами, клан Мэн немедленно нанёс удар», — с горечью думал Чэнь Сюаньшэн.
Сейчас над обоими кланами возвышались их предки уровня Заложения Фундамента, и их авторитет сдерживал открытую вражду. Мелкие стычки между младшим поколением в глазах этих могущественных мастеров были не более чем детскими ссорами. Однако всё, что происходило сейчас, было точным повторением событий его прошлой жизни. Неприязнь между двумя кланами уже давно тлела под пеплом, готовая вспыхнуть в любой момент.
У Чэнь Сюаньшэна на горе не было ни глаз, ни ушей, поэтому ежемесячные собрания, где можно было услышать последние новости, были для него весьма полезны.
Когда собрание подошло к концу, он молча удалился.
Чэнь Сюаньи больше не пытался заговорить с ним. Он лишь смотрел ему вслед, и в его мыслях читалось разочарование: «Брат Сюаньшэн всё так же высокомерен, как и раньше. Но сейчас мы не внизу, у подножия горы».
Там, в миру, Чэнь Сюаньшэн блистал своим талантом в боевых искусствах, и все смотрели на него с восхищением. Его высокомерие тогда казалось естественным проявлением его натуры. Но теперь, обладая ничтожным смешанным духовным корнем, он продолжал вести себя так же, и это вызывало лишь отторжение.
• • •
Клан Су из Сяяна, вассал клана Чэнь, славился своим искусством выращивания духовных трав. Каждый год, после уплаты дани, у них оставались значительные излишки. Су Гэньшо обходил дома своих соклановцев, скупая травы за духовные камни или обменивая их на Пилюли Сокрытия Духа. Всего за месяц он собрал огромное количество ценных ингредиентов.
«Алхимик, стоящий за этим Янь Гуйчао, должно быть, могущественный мастер, прибывший издалека. Кто знает, как долго он пробудет в долине Красной реки. Нужно пользоваться моментом, обменять все травы на пилюли и поднять свою культивацию до поздних стадий Переработки Ци. А затем — отправиться странствовать в поисках своей бессмертной судьбы», — размышлял Су Гэньшо.
Он прекрасно понимал, что в таком захолустье, как долина Красной реки, великих свершений ему не достичь. Пик Переработки Ци — вот предел для местных культиваторов. Он не желал мириться с такой участью и давно решил отправиться в большой мир. Но его нынешний уровень был слишком низок, и семья, опасаясь за его жизнь, не отпускала его.
• • •
Получив от Су Гэньшо травы, Чэнь Сюаньшэн занялся алхимией. Три месяца он поглощал пилюли, словно рис, и его культивация росла с невероятной скоростью. Теперь он был уже на пятом уровне Переработки Ци.
«Этот Су Гэньшо — полезный человек. Если я и дальше захочу так быстро развиваться, мне не обойтись без трав его клана Су», — отметил про себя Чэнь Сюаньшэн.
Прошло три года. В сентябре Чэнь Сюаньъе собрал девятерых учеников с духовными корнями, чтобы проверить их прогресс и распределить обязанности. Чэнь Цзиншэн, владыка горы Цаншань, восседал в главном зале, с отеческой улыбкой взирая на собравшихся.
— Чэнь Сюаньпин, практикует «Чистую Ци Лесного Ветра», достиг седьмого уровня Переработки Ци. Искусен в управлении ветром и взращивании духовных растений. Назначается смотрителем сада духовных трав, — объявил Чэнь Сюаньъе.
— Смотритель сада... значит, он остаётся на горе Цаншань, — пронеслось шёпотом в толпе.
— Естественно. У него же земной духовный корень. Неужели вы думали, что его отправят вниз выполнять поручения?
Обычно все культиваторы клана должны были сначала послужить в миру, заработать очки вклада и лишь затем получить право практиковать на священной горе. Но в случае с Чэнь Сюаньпином такое решение казалось всем абсолютно справедливым. Ведь он был надеждой клана, будущим мастером уровня Заложения Фундамента!
— Чэнь Сюаньи, практикует «Искусство Огня Бин Дин», достиг седьмого уровня Переработки Ци. Искусен в управлении огнём. Назначается помощником алхимика, — продолжил Чэнь Сюаньъе.
— Поздравляем, брат И!
Все бросились поздравлять его. Чэнь Сюаньи, окружённый всеобщим вниманием, сиял от гордости. Он был старшим сыном главной ветви, обладал истинным духовным корнем и практиковал технику Заложения Фундамента. Всё это практически гарантировало ему место будущего главы клана. А теперь он ещё и получил должность помощника алхимика. В будущем каждый будет искать его расположения.
— Чэнь Сюаньли, практикует «Чистую Эссенцию Лесного Ручья», достигла пятого уровня Переработки Ци. Искусна в виноделии. Назначается служительницей в винный погреб.
— Чэнь Сюаньцзинь, практикует «Искусство Золотого Луча», достиг шестого уровня Переработки Ци. Искусен в бою. Зачисляется во внутренний двор.
— Чэнь Сюаньчэнь, практикует «Ци Горного Источника», достиг шестого уровня Переработки Ци. Искусен в поиске рудных жил. Зачисляется во внутренний двор.
— Чэнь Сюаньи, практикует «Ци Тумана Над Обширным Морем», достиг шестого уровня Переработки Ци. Искусен в мореходстве. Зачисляется во внутренний двор.
— Чэнь Сюаньъе, практикует «Ци Светлячка», достиг пятого уровня Переработки Ци. Искусен в начертании рун. Зачисляется в зал талисманов.
— Чэнь Сюаньшэн, практикует «Единую Ци Рек и Потоков», достиг пятого уровня Переработки Ци. Искусен в призыве дождя. Назначается на должность духовного травника.
— Чэнь Сюаньган, практикует «Астральную Ци Металла Гэн», достиг шестого уровня Переработки Ци. Искусен в поединках. Зачисляется во внутренний двор.
Чэнь Сюаньшэн посмотрел на последнего в списке. Это был юноша с волевым, суровым лицом и плотно сжатыми губами. На собраниях он всегда стоял в стороне, молчаливый и задумчивый.
«Чэнь Сюаньган. Выходец из боковой ветви, невероятно усердный. Его техника меча внушала страх. Жаль, что он погиб в погоне за призрачной удачей. Если бы выжил, стал бы великой фигурой».
Так девять учеников, практиковавших на горе, нашли своё место. Через несколько дней на гору поднимутся новые адепты, чтобы пройти обряд Открытия Каналов. Новое поколение сменит старое.
Клан был похож на безжалостного садовника, который сеет семена, а затем тщательно отбирает всходы. Лучшие ростки остаются, а те, что послабее, безжалостно выпалываются и выбрасываются.
Если ты не удостоился внимания, тебе приходилось искать себе занятие в клане. Чэнь Сюаньли, научившись виноделию, стала прислуживать высшим чинам. Чэнь Сюаньъе, овладев искусством рун, попал в зал талисманов. А Чэнь Сюаньшэн, продемонстрировав своё умение призывать дождь, стал духовным травником и получил в ведение духовные поля. В этом его судьба не отличалась от прошлой жизни.
Когда церемония закончилась, Чэнь Сюаньшэн собрался уходить, но услышал за спиной свист ветра. Это был Чэнь Сюаньпин.
Чэнь Сюаньшэн обернулся. Его младший брат, высокий и стройный, в развевающихся на ветру белых одеждах, стоял, окружённый лёгкой дымкой. Воистину, облик бессмертного.
— Прошло три года. Настало время тебе спуститься с горы и заключить брак с сёстрами из клана Лю, — сказал Чэнь Сюаньшэн, остановившись.
Чэнь Сюаньпин хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. За эти три года они почти не виделись. Даже на праздник Юаньхуэй его старший брат не возвращался домой. Они стали чужими.
Он молча кивнул.
— Теперь, когда брат получил назначение внизу, у него будет больше свободного времени. Ты ведь сможешь заглянуть домой? — с надеждой в голосе спросил он.
Чэнь Сюаньшэн увидел в глазах брата ожидание, но лишь покачал головой.
— Времени осталось мало, — сказал он загадочным тоном. — Возвращайся.
Он похлопал по своей Тыкве Поглощения Инь, и из неё вырвался порыв тёмного ветра, который окутал его и унёс прочь, растворив в воздухе.
Чэнь Сюаньпин открыл рот, чтобы позвать брата, чтобы стать к нему ближе, но не смог произнести ни звука. С растерянным выражением лица он смотрел вслед удаляющемуся силуэту, чувствуя, что с каждым днём понимает своего брата всё меньше и меньше.
http://tl.rulate.ru/book/149914/8559871
Готово:
