Готовый перевод Konoha: I, Uchiha, just want to die / Наруто: Я, Учиха, просто хочу умереть (Завершён): Глава 7. Сейитиро, клан Чиноике и истинное величие

Глава 7. Сейитиро, клан Чиноике и истинное величие

— А ну пошёл вон отсюда, щенок! У нас тут приличное заведение, малолеткам вход строго воспрещен! — раздался грубый, раскатистый бас, эхом отразившись от каменных стен узкого переулка.

Двое дюжих вышибал, чьи габариты напоминали скорее неприступные скалы, чем живых людей, бесцеремонно схватили Учиху Ци за шкирку и с силой вышвырнули за порог борделя.

Мальчишка с глухим стуком приземлился на пыльную брусчатку. Лицо его исказилось от искреннего негодования. Кряхтя и грязно ругаясь себе под нос, Ци медленно поднялся на ноги, отряхивая перепачканную в уличной грязи одежду.

— Твою ж мать... И эти лицемеры еще смеют называть себя «приличным заведением», если даже несовершеннолетним сюда нельзя?! — Он брезгливо сплюнул на землю. — Тьфу!

Услышав возмущенные вопли Ци, редкие прохожие и жители соседних домов начали выглядывать из окон, одаривая юнца крайне странными и осуждающими взглядами.

— Думал, если используешь Технику Превращения и проскользнешь мимо нас, то мы не раскусим твой жалкий трюк? — презрительно усмехнулся один из громил на входе, скрестив массивные руки на широкой груди. — Проваливай давай, пока ветер без камней! А не то я позову взрослых из вашего клана, пусть сами забирают своего непутевого отпрыска!

От этих слов Ци невольно вздрогнул и испуганно втянул голову в плечи. Он злобно зыркнул на двух сторожевых псов, преградивших ему путь к наслаждениям.

«Если бы только социальное самоубийство входило в мою страховку...» — с тоской пронеслось у него в голове.

— Ты еще смеешь пялиться сюда?! — Громила угрожающе сморщил нос и уже набрал в грудь побольше воздуха, собираясь поднять крик на всю улицу. — Эй, стра...

Учиха Ци мгновенно отбросил все непристойные мысли, бурлившие в его подростковом сознании, закрыл лицо руками и, сгорая от стыда, позорно сбежал из переулка красных фонарей.

Когда он наконец выбрался на широкую главную улицу, прохожих стало совсем мало. Ночная тишина опустилась на селение, и лишь полная луна безмолвно и холодно взирала на суету смертных с недосягаемой высоты.

Резкий порыв раннего весеннего ветра, еще не растерявшего свою зимнюю стужу, хлестнул Ци по лицу. Юноша зябко поежился, и хмель юношеского максимализма мигом выветрился из его головы, уступив место трезвому рассудку.

В этот самый момент из темного, пропахшего сыростью переулка, пошатываясь и спотыкаясь на каждом шагу, вывалился Учиха Сейитиро — соплеменник Ци и по совместительству член его новой команды. В одной руке он судорожно сжимал наполовину пустую бутылку дешевого саке.

Заметив Ци, Сейитиро остановился. Его мутный взгляд медленно скользнул по фигуре младшего товарища. Заметив пыльные следы на его одежде и растрепанный вид, пьяный шиноби язвительно ухмыльнулся.

— Ого, кого я вижу! Неужели это сама гордость и истинное величие нашего великого клана Учиха? — Сейитиро издевательски растянул губы в пьяной улыбке. — Что такое? Вышвырнули за шкирку, как паршивого котенка?

— Ничего подобного, — лицо Ци мгновенно напряглось, и он попытался сохранить остатки достоинства. — Я просто шел по улице, и на меня случайно наступил слон.

— Хе-хе... С кем не бывает в эти глупые, юные годы? — Сейитиро покачнулся, от него за версту разило перегаром, но в глазах застыла болезненная насмешка. — Я понимаю. Я всё прекрасно понимаю.

Он сделал тяжелый глоток прямо из горла и мрачно добавил:

— В конце концов, нам предстоит такая миссия...

Голос Сейитиро внезапно сел, став глухим и хриплым. Его взгляд, прикованный к Ци, несколько раз изменился — от пьяной насмешки до глубокого, первобытного ужаса, словно он вспомнил о чем-то совершенно невыносимом.

— Тебя ведь зовут Ци, верно? — Сейитиро вдруг болезненно сморщился и раздраженно бросил. — Так вот, слушай меня внимательно...

Он сделал паузу, его глаза опасно сузились:

— В этой миссии даже не надейся, что я стану тебе помогать.

[Учиха Сейитиро испытывает к вам ненависть!]

Ци мельком взглянул на полупрозрачные системные строки, внезапно вспыхнувшие перед глазами. Он едва заметно приподнял бровь, после чего совершенно спокойным, ровным голосом ответил:

— Не волнуйтесь, Сейитиро-семпай. Я не стану для вас обузой.

— Хех... Похоже, до тебя так и не дошло, что именно ты натворил! — Лицо Сейитиро потемнело от ярости, стоило ему услышать этот невозмутимый ответ. — Я понятия не имею, с какого перепугу Великий старейшина решил включить тебя в этот отряд. Но изначально эту миссию, по планам нашей фракции, должны были выполнять трое шиноби уровня джоунина!

Он с силой сжал бутылку, так что побелели костяшки пальцев.

— А в итоге... Из-за твоих глупых игр в ниндзя, Великий старейшина передумал! И теперь я, обычный чуунин, втянут в эту самоубийственную затею из-за тебя!

Взгляд Учихи Сейитиро стал ледяным, он презрительно фыркнул.

— Ты вообще не осознаешь, с какими психопатами нам предстоит столкнуться! Без Шарингана ты для этих маньяков — не больше, чем забавная игрушка на пару минут!

Учиха Ци лишь слегка приподнял брови. Уж он-то, читавший оригинальную историю, прекрасно знал, какие кошмары таит в себе Страна Горячих Источников.

Местом их назначения была Долина Ада. А обитал там не кто иной, как клан Чиноике.

В их глазах, известных как Кецурьюган, пылала неугасимая, жгучая ненависть к клану Учиха — проклятие, тянущееся сквозь века еще со времен эпохи Воюющих Провинций!

И в глубине души Ци понимал: Сейитиро был абсолютно прав.

Не пробудив Шаринган, он не имел ни малейшего преимущества перед Кецурьюганом — доудзюцу, завязанным на управлении кровью. Этот глаз был пугающе похож на их собственный: для его пробуждения также требовался мощнейший эмоциональный шок. Но, в отличие от наследия Учиха, Кецурьюган с самого момента пробуждения даровал своему владельцу чудовищные способности. Мощнейший гипноз, многократное усиление иллюзий, Ниндзюцу Стихии Крови и способность превращать живых людей в ходячие бомбы — этот набор навыков с легкостью мог тягаться с Двухтомойным Шаринганом. А по мере роста силы глаз могли пробудиться и еще более жуткие таланты.

Для любого Учихи, чьи глаза еще не открылись, или для того, кто только-только пробудил первую стадию, столкновение с кланом Чиноике означало верную и бесславную смерть, ведь их способности полностью подавлялись кровным наследием врага.

К тому же, клан Чиноике годами выживал в Долине Ада — месте настолько бесплодном, что даже птицы облетали его стороной. Чтобы просто прокормиться, каждый из них оттачивал свое тайдзюцу до совершенства, сбивая пернатую дичь камнями. Их мастерство метания было как минимум на уровне экспертов.

А обычные техники в условиях бурлящих кровавых источников полностью подавлялись магией Чиноике, в совершенстве овладевших Трансформацией свойств чакры Стихии Воды.

Тотальное превосходство в ниндзюцу, тайдзюцу и гендзюцу.

Даже если бы Учиха Ци владел Техникой Манипуляции Сюрикенами Стиля Учиха на божественном уровне, в этом кромешном аду он мог бы лишь бессильно хлопать глазами.

Ситуация складывалась просто идеально.

Кхм, точнее, Ци хотел сказать: «Какие грозные противники. Я должен приложить все свои силы, чтобы превзойти их!»

— Да к черту... Зачем я вообще распинаюсь перед таким сопляком, как ты? Что ты можешь понимать... — Сейитиро снова приложился к бутылке, жадно глотая обжигающую жидкость. Его взгляд затуманился, и он бессвязно забормотал:

— Я ведь только-только пробудил Двухтомойный Шаринган... Почему... почему именно я...

Сломленный страхом, он осел на землю, обхватил голову руками и тихо, жалко заскулил. Лицо его было искажено животным ужасом.

Ци молча смотрел на съежившуюся фигуру Сейитиро. Он слегка поджал губы, тяжело вздохнул, подошел ближе и ободряюще похлопал того по дрожащему плечу.

Случилось то, чего он так боялся. Его вмешательство изменило ход сюжета, и теперь этот несчастный парень оказался втянут в смертельную ловушку. Хоть они и не были близки, но где-то в глубине души Ци почувствовал укол совести.

Он отрицательно покачал головой и, наконец, заговорил, чеканя каждое слово:

— Сейитиро-семпай, успокойтесь. Я повторю то, что уже сказал. Если кому-то суждено погибнуть в этой миссии, то этим человеком буду я.

Голос Ци звучал торжественно и мрачно:

— Ваша единственная задача — выжить. А я... я уже давно готов принять смерть!

— Ч-что ты такое несешь? — Сейитиро резко вскинул голову, в его глазах читалось неподдельное изумление.

Затем его лицо потемнело, и он устало вздохнул. В его глазах Ци по-прежнему оставался наивным юнцом, бросающимся громкими словами без малейшего понимания их сути. Лишь заглянув в бездну настоящей смерти, этот мальчишка поймет, что такое настоящий страх.

Они были членами одного клана. Сейитиро и так наговорил лишнего, и продолжать отчитывать подростка у него уже не было сил. В конце концов, Учиха Ци был всего лишь ребенком.

— Ладно... Забудь. Видимо, такова моя судьба.

Словно смирившись со своим роком, Учиха Сейитиро с трудом поднялся на ноги. Сжимая в руке полупустую бутылку, он пошатываясь прошел мимо Ци, волоча ноги в сторону дома. В холодном лунном свете его сутулая фигура напоминала побитого пса, потерявшего дорогу в родную конуру.

Внезапно Сейитиро остановился и, чуть повернув голову, глухо спросил:

— Эй, малец... Скажи мне только одно. Ради чего... ради чего ты зашел так далеко?

Учиха Ци озадаченно замер. Он неловко почесал затылок, чувствуя, как краска стыда заливает щеки.

«Не могу же я признаться ему, что всё это ради страховки...» — лихорадочно соображал он.

Повисла долгая пауза.

Ци стоял неподвижно. Холодный ветер трепал его волосы. Ледяной лунный свет заливал пустую улицу, а за его спиной зловеще высилась Скала Хокаге, отбрасывая длинные, мрачные тени.

Он медленно сжал правую руку в кулак и с силой приложил его к груди, прямо там, где билось сердце.

— Ради чего? — Лицо Ци оставалось скрытым в тени, не позволяя прочесть эмоции, но его голос зазвучал твердо и пронзительно, словно клинок, рассекающий людскую слабость. — Я часто задавал себе вопрос... Что может сделать такой заурядный, ничем не примечательный шиноби, как я? В чем истинный смысл существования нашей Деревни? И ради чего живет клан Учиха?

Он сделал шаг вперед.

— Я думал об этом днями и ночами. И в конце концов пришел лишь к одному выводу. Без силы... без истинной силы невозможно изменить этот мир.

Его голос зазвенел от наигранного пафоса:

— Поэтому я добровольно бросаюсь в пламя войны! Я отдам свою жизнь ревущему огню, чтобы на грани жизни и смерти обрести свою медиц... то есть, найти истинный путь для этих глаз! И тогда, моим прозревшим взором, я освещу этот погрязший во тьме мир! Я верну клану Учиха его истинное величие!

Сейитиро стоял как вкопанный, не в силах отвести взгляд от фигуры Ци, стоявшего на пронизывающем ветру прямо и непоколебимо, словно высеченная из камня статуя.

— Вот как...

Учиха Сейитиро задумчиво кивнул, и напряжение на его лице немного спало. Внезапно он вспомнил слова Шисуи — молодого господина из фракции «голубей», чье положение в клане было несравнимо выше его собственного. Шисуи тоже говорил нечто подобное, когда приходил к нему ранее...

— Кажется, теперь я понимаю... — тихо произнес Сейитиро.

Он постоял еще немного в молчании, а затем развернулся и медленно побрел прочь, растворяясь в ночной темноте.

Оставив позади совершенно сбитого с толку Учиху Ци, который лишь растерянно моргал и нервно чесал затылок.

— Да блин... — прошептал юноша. — Чего он там, мать его, понял-то?! Я же уже мысленно стучался лбом об землю, умоляя понять, что мне просто нужны деньги!

http://tl.rulate.ru/book/149539/8733832