— Сяо Линь, вы что, не обедали сегодня?
В гостиной на вилле семьи Юань госпожа Цзян, увидев, как её дочь влетела в дом и тут же потащила двоих спутников в столовую, невольно задала этот вопрос.
— Насчёт тех двоих не знаю, но сестрица Юань только что плотно поела у сестрицы Жуянь, — ответил Линь Мо, не прекращая заваривать чай.
Раз уж он пришёл в гости, товарищ Юань-старший достал чай, который обычно берёг как зеницу ока, и хотел лично продемонстрировать своё мастерство. И хотя Линь Мо был гостем и не должен был заниматься чаем, он просто не мог смотреть, как портят хороший продукт, поэтому взял дело в свои руки.
К тому же, его навык чайной церемонии уже достиг среднего уровня, а в последнее время ему никак не удавалось его применить. Он даже сам не знал, в чём разница между начальным и средним уровнем, так что, раз уж подвернулась возможность, нужно было обязательно попробовать.
В итоге его движения, прежде плавные и отточенные, как течение воды, теперь стали совершенно естественными. Каждое действие, хоть и не такое выверенное, как раньше, вызывало приятное чувство комфорта. Пропала та зрелищная красота, похожая на представление, — теперь всё выглядело как самые обыденные, непринуждённые движения, дарящие ощущение расслабленности.
Но хотя движения и стали более раскованными, его контроль над температурой воды, выбор момента для засыпки чая, а также подбор посуды и сорта стали гораздо точнее.
Услышав его слова, супруги удивлённо переглянулись. Госпожа Цзян уточнила:
— Ты хочешь сказать, что Юаньюань уже поела у Жуянь?
— Да, тётушка Цзян. Вы же знаете мою маму, она её обожает. Даже если бы мы зашли не в обеденное время, она всё равно приготовила бы для неё что-нибудь вкусненькое, — с улыбкой ответила Лю Жуянь, присев рядом с Линь Мо на диване. Она держалась с таким достоинством и изяществом, что в ней сразу угадывалась девушка из хорошей семьи.
Как ни странно, госпожа Чэн, эта «императрица Жуянь» первого поколения, больше любила таких милых, очаровательных и непредсказуемых девочек, как юная госпожа Юань. Возможно, её собственная дочь была слишком на неё похожа, и, глядя на Лю Жуянь, она видела себя в молодости.
К тому же её дочь, Лю Жуянь, была слишком хитрой. В детстве ещё куда ни шло, но, повзрослев, она стала совсем неуязвимой для розыгрышей — с ней было просто неинтересно. А вот юная госпожа Юань, наоборот, была для неё настоящим сокровищем.
Госпожа Цзян же, напротив, любила Лю Жуянь за её манеры благовоспитанной леди, потому что её собственная дочь была полной её противоположностью.
Стоит отметить, что семья госпожи Цзян была наполовину интеллигентной, а её отец когда-то занимал руководящий пост в городе Цзяннин. Воспитание в доме было строгим, но её дочь выросла совершенно неуправляемой, что доставляло немало головной боли.
К счастью, родителей госпожи Цзян — бабушку и дедушку юной госпожи Юань — это ничуть не волновало. Как говорили старики: «Дочь — отрезанный ломоть». Раз уж их дочь вышла замуж в семью Юань, то пусть теперь у них голова болит из-за неуправляемого характера Юань Мэн. А они, как бабушка с дедушкой, будут свою внучку просто баловать, и никаких проблем.
Вот если бы речь шла о сыновьях или внуках, тогда бы они взялись за воспитание всерьёз, и, скорее всего, отправили бы их в армию. У господина Цзяна было три сына, и старший с младшим, а также их дети, прошли через службу — на этом настоял сам старик Цзян.
Что до среднего сына — на нём дед давно поставил крест. Что поделаешь, если горбатого могила исправит?
А вот Чжао Юнь сама захотела пойти в армию, и господин Цзян, конечно, не стал возражать.
Старик был военным до мозга костей и питал к армии глубокие чувства. От дочерей он ничего не требовал, но мальчики в семье, пока он жив, должны были пройти армейскую школу. Таково было правило.
— Ох, да ладно, ты же знаешь, как наша дочка любит поесть. Если она видит еду и не попробует, то места себе не находит. Ничего страшного, хороший аппетит — это к счастью, — сказал Юань-старший.
Было очевидно, что он, как отец, знал свою дочь лучше всех. Пока она не растолстеет до шарообразного состояния и это не навредит её здоровью, пусть делает что хочет.
Они даже водили Юань Мэн к врачу. Оказалось, что у людей, которые много едят и не толстеют, просто плохо работает пищеварительная система и есть проблемы с усвоением пищи. Но раз это не вредило здоровью, они решили не вмешиваться.
— И то верно. Эта девчонка... когда она уже повзрослеет? — покачала головой госпожа Цзян.
В её глазах младшая дочь всё ещё была ребёнком, а тут, не успела она и оглянуться, как уже женихи на пороге. Конечно, такое восприятие было связано и с внешностью дочери.
В конце концов, юная госпожа Юань выглядела совсем как дитя. Хорошо ещё, что их семья была обеспеченной и могла позволить себе шить одежду на заказ. Будь они обычной семьёй, ей пришлось бы одеваться в детском отделе.
— Тётушка Цзян, дядя Юань, ваш чай.
К этому времени Линь Мо уже закончил заваривать чай. Сначала он налил по чашке старшим, а затем себе и Лю Жуянь. Они вдвоём принялись неторопливо наслаждаться напитком.
— М-м-м, всё-таки чай, заваренный Сяо Линем, — это нечто. Даже я, профан в этом деле, чувствую, как это вкусно, — с улыбкой сказала госпожа Цзян, сделав глоток.
Дома Юань-старший частенько заваривал ей чай, и, хотя сорт и вода были те же самые, вкус получался совершенно другим.
Лю Жуянь, сидевшая рядом, тоже попробовала и слегка нахмурилась:
— Братец, твоё мастерство заваривания чая, кажется, выросло?
— Да, у меня тоже такое чувство. Вкус действительно немного изменился, — подхватил Юань-старший, встрепенувшись от её слов.
Услышав это, Линь Мо поднял большой палец вверх.
— Ценители! Не поверите, но я действительно недавно немного поднаторел. Показал свой уровень знающим людям — говорят, хоть до высшего класса и не дотягиваю, но в любой профессиональной организации сертификат второго разряда сдал бы без проблем.
— И я говорю о настоящих профессиональных разрядах, а не о тех бумажках, что раздают в сомнительных конторах.
В стране существовало пять официальных разрядов чайных мастеров. Чем меньше цифра, тем выше уровень: пятый — начальный, четвёртый — средний, третий — продвинутый, второй — техник, а первый — старший техник, высший разряд в системе сертификации.
Навык чайной церемонии Линь Мо получил на «Торговой площадке», и сейчас он достиг среднего уровня. Однако объём знаний, которым он владел, значительно превосходил способности чайного мастера четвёртого разряда.
Он прикинул, что его текущий уровень хоть и не дотягивал до первого разряда, но на второй — техника — вполне тянул.
Его словам никто не усомнился — вкус чая говорил сам за себя.
— Кстати, Сяо Линь, почему вы сегодня приехали без предупреждения? Тётушка даже ничего не приготовила, — спросила госпожа Цзян.
Не успел Линь Мо ответить, как Лю Жуянь с улыбкой взяла слово:
— Сегодня я попросила его съездить со мной домой. Моя мама хотела пригласить его на ужин, а мы как раз встретили Юаньюань. Вот и решили заглянуть к вам.
При этих словах супруги Юань замерли. В этой фразе крылось немало информации.
Но госпожа Цзян быстро сообразила и спросила:
— Жуянь, в последние дни кожа у твоей мамы стала заметно лучше. Неужели это...
— Да, это та самая чудодейственная мазь от Сяо Мо, — без утайки призналась Лю Жуянь.
Госпожа Цзян понимающе кивнула.
— Тогда понятно. Сяо Линь, в следующий раз, если у тебя будет что-то подобное, обязательно подумай о тётушке, хорошо? В убытке точно не останешься!
— Хорошо, тётушка. В этот раз была всего одна порция, и её как раз увидела и забронировала сестрица Жуянь. Будь хоть немного больше, я бы сразу вам предложил, — кивнул Линь Мо.
В конце концов, это были крупные клиенты. Первый раз с очищающим средством для лица можно было не считать — тогда не только другие, но и он сам не знал его истинной цены. Но позже, с киноварью «Драконий источник» и тушью «Дымка павловнии», они не дали ему прогадать и даже округлили сумму в его пользу. Линь Мо помнил такие знаки внимания.
Пока они беседовали, юная госпожа Юань вместе с Ван Чу и Чуань Мэй вовсю пировала на кухне.
— Налетайте, не стесняйтесь! И не говорите потом, что сестрица Юань о вас не позаботилась. Будьте как дома, ешьте всё, что хотите, — обратилась она к ним, и по ней совершенно не было видно, что она только что поела.
Чуань Мэй смущённо проговорил:
— Сестрица Юань, мы тут едим, а дядя с тётей там, в гостиной... как-то нехорошо!
— Нехорошо? А что нехорошего? Если тебе не по себе, можешь пойти поболтать с моими родителями, — фыркнула юная госпожа Юань, бросив на него взгляд.
Услышав это, Чуань Мэй замахал руками.
— Нет-нет-нет, что ты! Я просто так сказал. У меня нет таких талантов, как у Старины Мо!
Даже Ван Чу, поглощённый едой, кивнул в знак согласия.
— Точно. Надо признать, с начала четвёртого курса Старина Мо словно читы включил. Я помню, раньше он не был особо разговорчивым. А теперь с любыми старшими общается так легко и непринуждённо.
Юная госпожа Юань, может, и не знала, но Ван Чу и Чуань Мэй прекрасно помнили, каким Линь Мо был раньше. Что уж говорить о таких состоятельных людях — он и перед деканом в университете молчал как рыба.
А что теперь? Его не только приняли как ученика профессор Му с женой, но он и с руководством университета встречался, а теперь и с такими богачами ведёт себя совершенно свободно. Если бы они не знали его так хорошо, то могли бы подумать, что их однокурсника подменил самозванец.
Юная госпожа Юань, впрочем, отнеслась к этому спокойно.
— А что тут такого? Ресторан, который открыл Мо-цзы, принимает только богатых клиентов. Пообщаешься с ними почаще — и сам привыкнешь.
— Вот ты, Чуань Мэй, например. Когда у тебя станет больше денег, твоё мышление тоже изменится. Когда в кармане есть деньги или какая-то другая опора, человек становится увереннее в себе.
Это было чистой правдой. Только опорой Линь Мо были не деньги, а «Торговая площадка». Без неё он бы не достиг такого уровня.
Если бы сейчас его, как в прошлом, однокурсница оклеветала, обвинив в тайной съёмке, а университет пригрозил бы отчислением, он бы пошёл до конца. Не получит диплом — и чёрт с ним. В конце концов, в университет идут, чтобы найти хорошую работу.
А с «Торговой площадкой» он боялся, что ли, не заработать денег? С какой стати он должен был прогибаться!
С людьми, с которыми у него не было конфликта интересов, ссориться не стоило. Но если такой конфликт возникал, теперь у него хватало духу, чтобы показать зубы.
А в гостиной госпожа Цзян с мужем уже начали строить планы насчёт своей прожорливой дочурки.
— Сяо Линь, в следующую среду у нас дома намечается одно дело, и мы хотели бы пообедать в твоём ресторане. Время — полдень. У тебя получится? — спросила госпожа Цзян.
Линь Мо улыбнулся.
— Тётушка, что за вопросы? У меня ресторан, я для того и открылся, чтобы принимать гостей. Как тут может не получиться? К тому же, у вас с дядей там есть своя отдельная комната. Пока ресторан работает, вы можете приходить в любое время.
— Именно, тётушка Цзян. Он будет только рад вашему визиту, как он может отказать? Что касается блюд, просто передайте список его двоюродной сестре, — добавила Лю Жуянь.
Юань-старший кивнул, безмерно довольный своим давним решением, и сказал:
— Тогда договорились. Кстати, Сяо Линь, придётся тебе постараться для дяди. Этот обед очень важен. Главное, чтобы Юаньюань осталась довольна. Блюда выбирай на свой вкус, у меня только одно требование: не меньше восемнадцати блюд, и чем дороже и роскошнее, тем лучше. Нужно сделать так, чтобы в тот день, в каком бы настроении она ни была, она спокойно съела этот обед. Справишься?
Услышав это, Линь Мо и Лю Жуянь удивлённо переглянулись. Восемнадцать блюд — это серьёзная заявка. Но почему-то казалось, что этот обед устраивается исключительно для юной госпожи Юань.
— Кхм-кхм, тётушка Цзян, а с чем это связано? — спросила Лю Жуянь.
Супруги переглянулись и решили ничего не скрывать. В конце концов, эти двое всё равно скоро узнают. Лучше уж рассказать всё сейчас.
Госпожа Цзян бросила взгляд в сторону столовой, затем поманила их к себе и, наклонившись, заговорила шёпотом.
Выслушав её, Линь Мо замер от изумления, а Лю Жуянь так разволновалась, что её щёки залились румянцем. С трудом сдерживая смех, она, подрагивая плечами, произнесла:
— Тётушка Цзян, не волнуйтесь, это дело мы берём на себя! Гарантирую, Юаньюань будет сыта и довольна, и даже если разозлится, то не сможет выплеснуть гнев на месте.
Такое событие случается раз в тысячу лет! Она уже решила, что в тот день отложит всю работу, чтобы прийти и посмотреть на это представление.
http://tl.rulate.ru/book/149479/8693853
Готово:
