События развивались совсем не так, как ожидал Линь Мо. Он полагал, что, хотя эта история и наделала шума в сети, стоит ему лишь не показываться, и через пару дней ажиотаж сам собой сойдёт на нет.
Однако он недооценил значимость своего поступка.
Каждый день в интернете что-то «выстреливало» и попадало в тренды, но в большинстве случаев это были либо случайные видео, снятые прохожими, либо творения блогеров — по сути, просто развлечение для публики.
Его случай был иным. Да, видео прошло постобработку, но это не отменяло факта спасения людей из огня.
И неважно, чем он покорил публику — лицом или экскаватором, и в какое безумие превратились комментарии. Это было нагляднейшее проявление гражданского мужества, несущее в общество исключительно позитивный заряд. Обычные вирусные ролики, какими бы популярными они ни были, не имели такого значения, а потому и отношение к этому было соответствующим.
Даже если бы сам Линь Мо хотел остаться в тени, университет бы этого не позволил. Упустить такой шанс блеснуть — да руководство вуза сна бы лишилось.
Ведь к успеху стремятся не только обычные люди, но и их начальники, а порой и целые учебные заведения.
Например, можно было повысить статус с колледжа до университета, а с обычного вуза до престижного. Их университет был рядовым, так что пространство для роста имелось огромное.
И пусть один поступок Линь Мо ничего кардинально не менял, большие достижения не делаются в один миг, они — результат долгого и кропотливого труда. В худшем случае, это помогло бы повысить престиж университета в глазах общественности, что самым прямым образом сказалось бы на наборе абитуриентов.
К тому же, совсем недавно в университете произошёл неприятный инцидент, и хотя серьёзных последствий он не имел, в интернете всё ещё можно было найти нелестные отзывы. Нынешняя шумиха была прекрасной возможностью исправить подмоченную репутацию.
В общем, как только сегодня в университете подтвердили личность Линь Мо, там даже созвали небольшое совещание, чтобы обсудить, как его наградить и как извлечь из этой истории максимальную пользу.
Только представьте: когда студент твоего вуза совершает такой поступок, руководство может с гордостью выступать на любых совещаниях.
И так не только в сфере образования, но и в любых государственных структурах. Будь Линь Мо сейчас не студентом, а госслужащим, его начальник среди ночи вскочил бы, чтобы выпить за такое событие.
Образец! Нужно сделать из него образец для подражания, затем наградить, а потом сотрудники отдела по связям с общественностью поймут, что к ним явился спаситель. Материал для агитации теперь есть не только на этот год, но и на много лет вперёд.
А если бы он ещё и травму получил, то всё — начальство бы по всем праздникам к нему домой с визитами вежливости заявлялось.
Так что то, что для Линь Мо было пустяком, для других людей стало событием огромной важности, и права голоса ему никто не давал.
Линь Мо и подумать не мог, что куратор днём связывался с ним именно по этому поводу. Впрочем, тот тогда ничего не сказал — возможно, и сам ещё не знал.
Ведь даже профессор Му только что получила эту новость, а значит, решение было принято совсем недавно.
Он ещё пару минут поболтал со старушкой о том о сём, объяснил, что сейчас находится в городе, а не ленится и не пропускает тренировки, и только после этого повесил трубку.
Как-никак, они были напарниками по утренней зарядке, и без Линь Мо профессор Му чувствовала себя немного непривычно, так что заодно поинтересовалась, в чём дело.
— Что случилось? — спросила сестра Су Хэ, когда он опустил телефон.
Линь Мо со вздохом пересказал ей всё, что только что узнал.
— Так это же отлично! Кроме всяких почестей, может, ещё и в партию примут. В худшем случае, когда закончишь университет, на госслужбу будет легче поступить, — с радостным удивлением сказала Су Хэ.
Денежная премия от университета и интервью для СМИ её не слишком заботили. Премия — это в лучшем случае несколько тысяч, а то и десять, что для нынешнего Линь Мо было не так уж и много.
С интервью та же история: для обычного человека появление на телевидении или в новостях ничего не даёт, а шумиха со временем уляжется. Куда важнее были реальные почести и звания.
Услышав это, Линь Мо покраснел. Он-то согласился так быстро, лишь услышав про премию. Мелковато я мыслю, ох, мелковато!
— А-а-а… То есть, завтра ты возвращаешься в университет? — расстроенно протянула Лю Жуянь.
Линь Мо кивнул:
— Моя преподавательница, профессор Му, специально позвонила, чтобы предупредить и велеть завтра никуда не уходить.
— А как же я? Я ведь ещё не до конца выздоровела, доктор Линь, — жалобно проговорила Лю Жуянь.
Но в следующую секунду ей в лоб прилетела диванная подушка от Су Хэ:
— А ну, иди-ка ты со своими играми! У моего брата серьёзное дело, а у тебя всего лишь живот болит. Я завтра всё равно отдыхаю, сама тебе его помассирую, делов-то!
— Да пошла ты! У тебя руки холоднее, чем мой живот, я боюсь, ты из меня всю энергию ян вытянешь. Братец, курс лечения ведь не окончен, а я за него заплатила, понимаешь, о чём я? — Лю Жуянь метнула на Су Хэ испепеляющий взгляд, а затем, повернувшись к Линь Мо, многозначительно склонила голову набок.
— Ещё чего! Какая это плата за массаж живота? Ты ему даже к ноге прикоснуться не дала. Думаешь, мой брат — какой-то жалкий подкаблучник, чтобы так унижаться? — безжалостно отрезала Су Хэ. С её точки зрения, Лю Жуянь никакой «платы» не давала, и никакая красота этого не оправдывала.
Линь Мо, конечно же, понял намёк Лю Жуянь. Как-никак, она была его спонсором, и два миллиона не достались ему просто так.
Лю Жуянь, услышав это, не стала возражать, а наоборот, подыграла, вытянув свои длинные стройные ноги и усмехнувшись:
— Кто это сказал, что я не давала трогать ноги? Когда он делал мне массаж, я что, прятала их? Это он сам не трогал, я-то тут при чём?
Су Хэ: …
Надо признать, когда человек отбрасывает всякие приличия, он становится неудержим. Какие только дерзкие и бесстыдные слова не слетают с её языка! Непонятно, то ли она брата Су Хэ за своего принимала, то ли вообще за мужчину не считала.
Выпив лекарство, Линь Мо, как обычно, приступил к массажу для Лю Жуянь. В конце концов, она заплатила, и положенные услуги нужно было оказывать.
Глядя на то, как Лю Жуянь постанывает от удовольствия, Су Хэ почувствовала, как в ней закипает раздражение. Она смерила подругу презрительным взглядом и съязвила:
— Может, хватит уже? Пока моего брата не было, у тебя ничего не болело. А как только он вернулся, сразу начались страдания. Он что, твоя болевая точка? Это мой родной брат, а не твой!
— Вот именно, теперь он мой родной братец. Братец, чмок! — сказав это, она послала Линь Мо воздушный поцелуй.
— Я имела в виду родного по крови, а не такого «родного»… А, впрочем, ладно, радуйся, раз тебе так нравится, — ответила Су Хэ.
Перед таким нахальством Лю Жуянь Су Хэ была бессильна. Раз уж та отбросила всякий стыд, что тут ещё скажешь?
Увидев, что Су Хэ ушла умываться, Лю Жуянь расцвела в улыбке, а затем повернулась к Линь Мо и сказала:
— Братец, хочешь, я завтра отвезу тебя в университет? Как думаешь, мне одеться пооткровеннее, чтобы ты мог похвастаться?
Линь Мо нахмурился и выпалил:
— Голышом бегать собралась?
Лю Жуянь вспыхнула:
— Да пошёл ты! Извращенец!
http://tl.rulate.ru/book/149479/8510730
Готово:
