Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
⑤ Возвращение домой
Обновление от 27 сентября 2014 года (1/2)
Так я наконец-то добрался до дома Ай Фа.
Прошло больше суток с тех пор, как я последний раз пересекал этот порог.
По просьбе Вины из рода Ву — «Хочу запомнить дорогу до твоего дома» — нас сопровождал и Рудо.
— Фух. Ну хоть никаких пьянчуг под забором с середины дня не видно, — пробормотал он, и я понял: они тоже держат в уме семью Сун и стараются не спускать с них глаз.
К тому же по дороге нам удалось провести «симуляцию переноски по страшному подвесному мосту»: можно ли пересечь его с железным котлом в руках. Мы взяли мешок с овощами, купленными семьёй Ву, и представили, будто это тяжёлый котёл.
Вывод: вроде бы возможно.
Если бы во время этого героического эксперимента Вина из рода Ву разочаровалась во мне, я был бы только рад.
Да, жизнь у меня — сплошной позор и испытания.
— Ну, бывай! Ещё накормишь меня своей стряпнёй, ладно?
— …Я тоже с нетерпением жду, когда всё начнётся…
Оба, неся тяжёлые сумки, бодро зашагали обратно — младший брат и старшая сестра из рода Ву.
Даже с сотней арий и пятью бутылками фруктового вина за спиной Вина шла легко, будто ноша невесома.
Похоже, Ай Фа была права: даже такая молодая женщина, как Вина, физически крепче меня.
Наверное, у них с самого рождения и кости плотнее, и мышцы совсем другого качества.
Такой уж образ жизни — тут ничего не поделаешь.
Да, ничего не поделаешь… но вздох вырвался сам собой.
(Интересно, если я буду каждый день есть мясо гибы, хоть немного стану крепче?) — думал я, шагая к дому рода Фа.
Солнце стояло где-то посередине между зенитом и закатом.
Времени хватало — можно было вдоволь пожарить пойтан.
Ай Фа сейчас, наверное, в лесу, выслеживает гибу. Я приготовлю для неё вкусный ужин.
С этой мыслью я подхватил мешки с тарапой и тино, вместе с метровым куском гиго, который мне нарезали прямо на рынке, и открыл дверь.
И вдруг…
На стене висел плащ Ай Фа.
— А?
Неужели она уже вернулась?
Если ей удалось быстро подстрелить гибу, то это вполне возможно… но где же она сама?
— Ай Фа, ты дома? — позвал я, направляясь к кладовой.
Открыл дверь — пусто.
Я поставил сегодняшние покупки, проверил соседние подсобные комнаты.
Никого.
— Хм…
Рядом с очагом лежал новый железный котёл и мой амулет, который я ей оставил.
Ничего необычного — всё как всегда.
Нет…
Если присмотреться, плащ висит, а меча нет.
Ай Фа снимает короткий нож только перед сном, а длинный меч всегда оставляет у стены вместе с плащом, когда возвращается домой.
Что это значит?
Без плаща, но с мечом — она ходит только по утрам к водоёму стирать.
Так она там, у воды?
Нет, котёл и кувшины для воды стоят на месте. Да и не было бы ей сейчас надобности туда идти.
Меня начало охватывать беспокойство.
Я выскочил из дома.
Может, она сушит листья пико на солнце?
Нет… никакого запаха.
Запах…
Что это за слабый, но явственный запах?
Запах… крови.
Даже думать не пришлось.
Холод пробежал по спине.
Где?
Откуда идёт этот запах?
Сзади… из-за дома.
Я сжал кулаки и пару раз ударил себя по коленям, чтобы унять дрожь, потом направился за дом.
Спокойно. Всё хорошо.
Не думай о худшем.
Пусть семья Сун и беззаконна — но даже они не осмелились бы на подобную глупость среди бела дня.
Глупость… страшная, безумная глупость…
Нет, не хочу даже представлять такое.
Сердце колотилось, будто вырывалось из груди. Дыхание сбилось.
Всё в порядке. Всё хорошо.
Не может быть ничего страшного. Просто не может.
Я повторял это снова и снова, шагая вдоль стены, пока наконец не решился заглянуть за дом.
И там —
За домом что-то висело — белая, оголённая шкура гибы, свисающая неподвижной лентой.
…Я застыл.
— Ах, вернулся, Асута, — раздался спокойный голос.
Ай Фа сидела, прислонившись спиной к стене, и смотрела на повешенную тушу так, словно это был самый обычный пейзаж. Я подошёл, нагнулся перед ней, опустился на колено и хватом сжал её плечо.
— Эй ты… не пугай меня так! — вырвалось у меня.
Ай Фа удивлённо раскрыла глаза.
— …Асута. Ты плачешь? — тихо спросила она.
— Кто бы плакал! — отрезал я и — словно по привычке, по-дурацки — шлепнул ей по лбу.
Она фыркнула: «Больно», но я, не обращая внимания на недовольный звук, упёр лоб в её плечо и сильно прижал.
— Что с тобой? Почему так волнуешься? — спросила она, смущённо глядя на меня.
— Молчи! — рявкнул я. — У меня чуть сердце не выпрыгнуло… Почему ты сама шкуру сдираешь? Я почувствовал запах крови и подумал, что случилось что-то ужасное!
— …Сдирание шкур — это работа охотника, разве нет? — сухо ответила Ай Фа.
Её голос был раздражён, но впрямую выражения лица я не разглядел — мы стояли слишком близко.
— Мужчины из рода Ву и Лутим обычно делают это, — продолжила она. — Мне непонятно, почему я не могу отработать это сама. Я уже не раз смотрела, как ты это делаешь, — решила потренироваться на этой гибе.
— Ну почему бы сразу не сказать? — выдохнул я. — Я чуть от сердечного приступа не умер, увидев кровь и не найдя меча…
— —У тебя меч свой есть, — хмыкнула она в упрёке, прижимая лоб к моему. — И не стоит тревожиться обо мне. Никогда не знаешь, когда появится мерзавец; осторожность — естественная вещь.
Её голос был колокольным — будто она на грани раздражения.
— Ты что, вообразил, что мужиков рода Сун раздирают на куски? — продолжила она, вскидывая брови. — Я не та, кто просто так проиграет мерзавцам.
— Я знаю, — пробормотал я, но чувство было другим. Виноватый холод пробежал по спине.
— Ну и понял ты теперь, каково это — беспокоиться о слабом мужчине в доме, — сказала Ай Фа, отводя взгляд и надувая губы. — Если понял — побереги свои поспешные выводы.
— …Да, — ответил я тихо.
— И после этого — нет ни слова благодарности за то, что я взялась за эту грязную работу, — она поднялась, сжала губы в тонкую линию и, сложив руки на груди, приняла вид, будто корит меня за неблагодарность.
Я поймал себя на мысли: может, она ждала аплодисментов или восторженного крика «Какой молодец!»? Но вместо этого Ай Фа упрямо дуться, как ребёнок.
Я глубоко вздохнул и решился: провёл ладонью по её золотисто-коричневым волосам — «хороший мальчик, хороший» — и тут же получил колкий удар в солнечное сплетение.
— А дальше что? — спросила она, чуть отдышавшись, голосом, полным деловитости. — Я только кожу сдирать умею — а что дальше? Как вынимать внутренности?
Я набрался сил и, прихрамывая от боли, поднялся.
— Ты всерьёз собираешься разделать тушу до конца? — спросил я.
— Так делают мужчины рода Ву, — отрезала она, щурясь и морщая нос. На лице — та самая кошачья ухмылка, что я давно не видел.
— Ладно, — уступил я наконец. — Я тебе покажу. Но если ты будешь делать всю работу до конца, моя часть останется куда меньше, понял? Мне кажется, только ты начинаешь таскать на себе всю нагрузку.
— Что за глупости, — фыркнула она. — Когда ты слоняешься по городу, кто будет разделывать? Когда ты вернёшься домой, сможешь ли ты успеть разделать гибу и потом ещё пожарить пойтан? Я не собираюсь жевать пресный скучный пойтан.
Её голос был твёрд и ровен, без тени сомнения. И в нём я услышал то, что всегда заставляло меня двигаться: ответственность.
Хм.
На самом деле я ещё утром собирался испечь пойтан и для ужина, вместе с той партией, что пойдёт в торговлю. Но даже в этом случае на разделку гибы у меня одного ушло бы три-четыре часа, не меньше. Так или иначе, это неизбежно нарушило бы весь график приготовления ужина.
Выходит, Ай Фа продумала всё дальше меня.
Точнее говоря — она по-настоящему воспринимает «открытие лавки» как общее дело, как работу, в которой мы с ней равные партнёры.
Во мне, наверное, всё ещё слишком силён страх — не начать полагаться на неё чересчур.
С точки зрения моего прежнего мира это, возможно, правильно…
Но сейчас я не в своём мире. Это Морихен.
И навязывать только свои представления здесь — тоже ошибка.
Нельзя злоупотреблять чужой силой, но и отвергать помощь нельзя.
Без этого мы не сможем по-настоящему разделить радость — ни труда, ни успеха.
— Понял, — сказал я наконец. — Ты права. Если ты возьмёшь на себя съём шкуры и разделку, я сосредоточусь на остальном.
— Хм, — коротко откликнулась она.
— Надёжнее главы дома и пожелать нельзя, — усмехнулся я. — Чтобы ты меня не бросила, придётся работать, как одержимому.
— Глупости, — нахмурилась Ай Фа. — Всё, что я делаю, под силу любому охотнику.
С этими словами она чуть повела плечом, и в её руке сверкнул нож.
— А вот твоё дело можешь выполнять только ты. Старайся как следует — и приготовь вкусное блюдо.
— Приготовлю, — пообещал я. — Но, знаешь…
Я уверен: и то, что делает Ай Фа, под силу только ей одной.
Утром она успевает трудиться, как любая женщина из рода, а после полудня берёт на себя охоту, как мужчина.
Наверное, даже среди всех людей Морихена нет никого, кто смог бы жить так, кроме неё.
П.П. А вот и сотая глава! Ну, по моему исчислению. Ха, вы не поверите, но это около 5 % произведения. Автор очень уж трудолюбив, постараюсь ему соответствовать!
И еще один забавный факт - сто глав, и еще ни одной оценки, ни одного лайка, ни одного спасибо за хоть какую-то главу. И не сказать, что не читаете... Хм, может произведение настолько хорошо, что остановиться и отлайкать невозможно?
Буду думать так!
Ваш Капитан Глум!
То ли еще будет!
http://tl.rulate.ru/book/149243/8740682
Готово:
