Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
— Ну вот, ну вот, задержался я немного, — беспечно объявил гость, вернувшись ровно в тот момент, когда солнце уже касалось западного леса.
— Всего-то пять сотен жителей, а поселение — просто огромное! Второй раз прихожу и всё равно не могу охватить его целиком.
— А зачем вам вообще охватывать?
— Ну… всё же дело у меня серьёзное, крупное, понимаешь?
Прошло несколько часов, а подозрительная ухмылка Камуи так никуда и не делась.
— Впрочем, пахнет просто восхитительно! Не зря я весь день голодал, не притронувшись даже к вяленому мясу! Ага, ага, вот, беру и отдаю клинок.
— Прошу, ставьте его сюда. Как раз всё готово.
Мы и не собирались сбивать свой привычный распорядок из-за Камуи, так что если бы он опоздал ещё сильнее, поужинали бы без него. Но этот тип вернулся как по заказу. Хотя… надеюсь, он всё это время не стоял под окном, подслушивая?
Не то чтобы я боялся, что он услышит разговор. Просто не хотелось бы, чтобы кто-то наблюдал, как мы с Ай Фа весь этот долгий час буквально не отходили друг от друга.
— Ого, а это что за чудо? Почему мясо такое круглое?
— Мы его мелко рубим, а потом формуем заново.
— Хм… и зачем же такая морока?
— Потому что так вкуснее.
Похоже, в этом мире просто не существует ничего вроде котлет или бифштексов. Или, может, просто Камуя о них не знает.
— Ладно, давайте есть. Мы тоже уже изрядно проголодались.
— Отлично! Так и поступим!
Без лишних разговоров я решил подать ему фирменный ужин дома Фа.
Меню:
— гибургер из мяса гибы,
— жареные ария и тино,
— и поджаренный пойтан.
Вот бы скорее купить новый железный котёл — тогда можно будет добавить к этому суп.
— Хм? Это что, фуано? Я ведь слышал, что люди Морихена едят пойтан как основное блюдо.
— Это и есть пойтан. А что такое фуано?
— Это оболочка тех мясных пирожков, что ела Тара. На западе принято есть её вместе с мясом или овощами... Что? Это и есть пойтан?! Почему? Как так-то?
Выходит, за пределами Морихена никто и не додумался готовить пойтан таким образом? Любопытство во мне взыграло, и я чуть подался вперёд.
— А как вообще в городе его едят?
— В городе пойтан никто не ест. Это провиант для путешествий. Не портится, как фуано, стоит копейки, да и готовится просто — залей кипятком, и готово. Отличная еда для дороги… если бы не одно "но" — невкусная донельзя.
— Да, неудачный изъян, — вставил я, и в этот момент Ай Фа слегка дёрнула меня за подол футболки.
Ах да, она проголодалась. Простите, хозяйка.
— Тогда прошу к столу. И, если можно, пусть ваша «иная личина» останется за дверью.
— Постараюсь! …С благодарностью принимаю.
— Приятного аппетита.
— …………
Каждый произнёс своё «приятного аппетита» по-своему, и мы потянулись к деревянным тарелкам.
Хотя вчера я наготовил этих гибургеров гору, самому поесть толком не довелось. И теперь, кусая сочную котлету, я почувствовал — рука уже набила нужный жар, вкус выходит всё лучше.
Каждая котлета — граммов на пятьсот, не меньше. Я вонзаюсь в мясо, пропитанное фруктовым соусом, и горячий сок приятно обжигает язык. Чем дольше жуёшь, тем глубже раскрывается вкус гибы — насыщенный, тёплый, жирный.
Поджаренная корочка и мягкая сердцевина создают чудесный контраст. После такого блюда мелкие порции кажутся детским лепетом.
А ария и тино, жаренные вместе с мясом, дополняют его вкус просто идеально. Тино, в отличие от арии и пойтана, долго не хранится, так что хорошо, что мы расходуем её быстро.
И вот — поднимаю взгляд на гостя.
К счастью, он не выглядел так, будто собирается всех проклинать или умереть на месте. Но… лицо у него было странное: расслабленное, почти плаксивое.
Не слишком хотелось в это влезать, но ради приличия я всё же спросил:
— Ну как, вам по вкусу?
— Вкусно, — ответил он голосом, будто вот-вот расплачется.
— Я стараюсь не терять самообладания, знаешь ли. Как тебе кажется… получается? Всё ещё в порядке?
— Не знаю, что у вас за критерии «в порядке», но, по крайней мере, мне не страшно.
— Вот как. Рад слышать, — сказал он и впился зубами в пойтан.
В следующую секунду с его лица мгновенно спала всякая эмоция, и я чуть не заорал.
— Вот! Теперь страшно! Что это вообще было?! Вы юморист, что ли?
— Не было у меня такого намерения. Это ты меня напугал.
Голос его при этом прозвучал так, будто следующей фразой он собрался добавить: «Так что теперь я тебя убью».
Этот человек вообще в своём уме?
Ай Фа, похоже, уже окончательно устала от бесконечных гримас Камуи, и спокойно уплетала свой гибургер.
Он ведь человек, не принадлежащий народу Морихена, и всё же без колебаний ест мясо гибы — наверняка где-то глубоко в душе ему это всё ещё нелегко. Но ни малейшего признака внутренней борьбы он не показывал.
...Или, может, дело просто в том, что Ай Фа действительно обожает гибургеры?
Когда она ест их, лицо у неё всегда чуть мягче, спокойнее, чем во время стейка или похлёбки. Иногда я всерьёз опасаюсь, что если не буду следить за меню, то Ай Фа с радостью будет есть гибургеры каждый день.
И всё же — странное, тёплое чувство: счастье.
Наверное, женщины из родов Ву и Лутим тоже испытывают такое счастье за ужином со своими семьями.
Хотелось бы верить, что даже грубоватые мужчины из дома Ву — кроме, пожалуй, Рудо Ву — умеют по-своему передать заботу и любовь близким.
Хотелось бы думать, что да.
— Ах, вкусно, — наконец сказал Камуя, допив свой фруктовый соус до последней капли и вернув себе привычно беспечное выражение. — Вкусно… и необычно! Асута, кто ты вообще такой?
— Простите?
— Никогда не пробовал ничего подобного! Мясо, которое мелко режут, а потом снова лепят в шар? Как вообще в голову приходит такая забавная идея?
— Без понятия. В моей стране так было принято — обычный способ готовки.
Кажется, я когда-то слышал, что в древности кочевники где-то в Монголии начали рубить жёсткую конину, чтобы было легче жевать… но, пожалуй, в этом мире такая история никому не поможет.
— М-м… это потрясающе. Настоящее открытие. Наверное, впервые в жизни я ем настолько вкусное блюдо.
— Ну вы и загнули. Разве вы не ужинали с маркграфами из Каменного города?
— А, ну то — еда для аристократов. Она редкая, необычная, но, честно говоря, я там не понимаю, что хорошо, а что нет. А вот готовка Асуты… — он кивнул с выражением глубочайшего одобрения, скрестив руки. — Это по-настоящему вкусно.
Передо мной сидел Камуя Йош — «Северный Вихрь», как его называют — и выглядел так, будто рассуждает о судьбах мира. Слишком театрально, но, что уж там, приятно.
— Однако, Асута, вкус блюда ведь не только во вкусе, — продолжил он.
— Э-э, да?
— Подумай: мясо гибы, которое принято считать вонючим и жёстким, оказалось мягким и сочным. Пойтан, который все считают мутной похлёбкой, превратился в что-то вроде фуано. А в остальном — только ария и тино. И всё это вместе создаёт вкус, удивляющий не меньше, чем сам результат.
— Понятно… вроде бы.
— Представь, что тебе подали такое же блюдо в замке. Ты бы просто подумал: “Интересно, редкое блюдо, наверное, дорогое”, и удивление было бы вполовину меньше. Ведь если есть деньги, можно и сложную кухню себе позволить. Но здесь — мясо гибы, да дешёвые ария и пойтан, которые все считают грубой, простецкой пищей… и вдруг такая вкуснотища! Это по-настоящему потрясает!
— Погодите, а ария — тоже дешёвая еда?
— Хм? Ну, да, ария — обычный продукт, часто едят в городе. Дешёвая, сытная, питательная. Почти как фуано, можно сказать, основа рациона. Но вот внутри каменных стен её почти не встретишь. Там считается дурным тоном использовать такие простые овощи. Едят в основном в придорожных посёлках и деревнях.
— Значит, это еда простолюдинов, не для знати.
— Точно. Но, знаешь… — он улыбнулся, слегка прищурившись. — Даже без всяких историй и “эффекта неожиданности” это всё равно просто вкусно. Благодаря такому мастерству тебе, Асута, и доверили готовить для большого пира, верно?
О, вот и подошли к самому важному.
Философия Камуи о вкусе была любопытной, но сейчас следовало прояснить кое-что другое.
— Кстати, — сказал я, — вы ведь вчера подглядывали за праздником, да? Зачем вообще? Это, мягко говоря, дурной вкус.
— Прости-прости! Просто любопытство заело. Видишь ли, когда я встретил тебя в поселении Ву, там уже всё выглядело так, будто собираются устроить большой пир. Ну я и подумал: “Ага, через два дня у Асуты как раз работа — значит, тогда и праздник”. Вот и прокрался потихоньку.
— Может, это и не преступление… но где вы, простите, прятались?
– В зарослях кустарника перед площадью. Я подумал, что входить прямо на площадь будет уже чересчур, – сказал он, чуть ухмыльнувшись. – Ну, а потом появился какой-то храбрец, который ворвался туда с куда меньшими сомнениями, чем я.
– …Поскольку там был Додда Сун, вы поняли, что это были мужчины из дома Сун, верно?
– Ага. К тому же я слышал их разговор. Так что и то, что ты, Асута, был поваром на том пиру, тоже узнал.
– Вот черт.
Значит, он слышал и крики Дана Лутим, и рычание Донды Ву.
Пожалуй, теперь действительно уже мало что можно скрыть.
– Ай Фа была тогда прекрасна! – протянул Камуя. – Мне и нынешний её вид по душе, но всё же… в обычное время она ведь не надевает таких нарядов, как на пиру, верно?
Ай Фа чуть склонила голову набок, будто спрашивая: «А мне обязательно на это отвечать?»
Похоже, она уже понемногу научилась обращаться с этим человеком.
В глубине души, конечно, всё ещё насторожена, да и раздражение от его странных выходок никуда не делось, но внешне – спокойствие само.
А вот я всё ещё бродил на ощупь.
Как ни пытайся ухватить его характер – скользит, как угорь.
Чтобы понять, что у него в голове, нужно, похоже, очень много времени.
Но тут Камуя вдруг поднялся со словами:
– Ну что ж, пожалуй, я уже пойду.
Я чуть не свалился со своего места.
– У-уже уходите?
– Ага. Ведь вы сами говорили, что у людей Морихена принято после ужина ложиться спать пораньше? Я-то, конечно, сова, но заставлять вас бодрствовать из-за меня было бы невежливо.
– Камуя Йош, вы… скажите честно, зачем вы вообще сюда пришли?
– Затем, чтобы лучше узнать вас. Я ведь сразу так и сказал, разве нет?
Безнадёжно.
Похоже, с этим человеком я так и не смогу на одной волне говорить.
Я ещё думал, нельзя ли использовать его положение или связи, чтобы хоть как-то повлиять на распущенность рода Сун – да и нас с Ай Фа защитить заодно. Но если уж настолько непонятно, что у него на уме, – управлять таким союзником просто невозможно.
Наверное, лучше забыть о нём совсем.
– А, да. Прежде чем уйду, одно предложение… даже скорее совет, – сказал он.
– Что ещё? – отозвался я без особого энтузиазма.
Наверняка опять какая-нибудь нелепость. Если уж совсем чушь скажет – может, хоть повод появится оборвать все контакты.
Но его следующая фраза превзошла все ожидания.
– Не хочешь открыть лавку в постоялом городке?
Так, напоследок, этот человек выдал такое, что у меня чуть челюсть не отвисла.
http://tl.rulate.ru/book/149243/8697463
Готово:
